Жизнь и творчество юрия тынянова

Жизнь и творчество Юрия ТыняноваЮрий Николаевич Тынянов (1894 – 1943) – уникальный феномен в русской словесности. Обыкновенно даже разносторонне одарённых людей мы помним больше по одному аспекту их трудов, о Тынянове же трудно говорить однозначно, поскольку он внёс значительный вклад и в русскую науку, и в русскую литературу.

Родился Юрий Николаевич 18 октября 1894 в г. Режица Витебской губернии (ныне г. Резекне, Латвия).

После окончания в 1918 г. историко-филологического факультета Петроградского университета остался в alma mater на кафедре русской литературы для продолжения научной работы. На последних курсах познакомился с В.Б. Шкловским и Б.М.

Эйхенбаумом,  тогда же образовалось Общество по изучению теории поэтического языка (ОПОЯЗ), которое объединило множество выдающихся умов своего времени в области литературоведения (уже упомянутые В.Б. Шкловский, Б.М. Эйхенбаум, Ю.Н. Тынянов) и лингвистики (Е.Д. Поливанов, Р.О.

Якобсон, Л.П. Якубинский). Из творческого общения между ними выросла русская формальная школа.

Шкловский в воспоминаниях о Тынянове так определял деятельность ОПОЯЗа: «Мы прежде всего утверждали, что поэзия познаваема, что ее можно познать, как и другие явления действительности, у нее есть свои специфические законы, относящиеся к самому искусству».

Жизнь и творчество Юрия ТыняноваПервой опубликованной работой Тынянова была книга «Достоевский и Гоголь (к теории пародии)» (1921), в которой он продемонстрировал пародийность повести  Достоевского «Село Степанчиково и его обитатели» по отношению к «Выбранным местам из переписки с друзьями» Гоголя. В начале работы утверждалось, что для развития литературы характерны не столько преемственность, сколько «отталкивание»: «Нет продолжения прямой линии, есть скорее отправление, отталкивание от известной точки – борьба».  Как отмечают исследователи, именно это положение стало основополагающим в дальнейших научных поисках Тынянова.

В 1920-х гг. были написаны работы об А.С. Пушкине и литературной борьбе его эпохи («Архаисты и Пушкин»,  «Пушкин и Тютчев», «Мнимый Пушкин»), историко-литературные характеристики Ф.И. Тютчева и Н.А. Некрасова, А.А. Блока и В.Я. Брюсова.

В 1924 был опубликован важный теоретический труд  «Проблема стиховой семантики», где рассматривался вопрос о том, чем отличаются стих и проза. В 1928 появились тезисы «Проблемы изучения литературы и языка» (совместно с Р.О.

 Якобсоном), а в 1929 – сборник статей «Архаисты и новаторы» (результаты научно-критической работы за 9 лет).

Жизнь и творчество Юрия Тынянова

В наброске к автобиографии о своём художественном творчестве Тынянов писал: «моя беллетристика возникла главным образом из недовольства историей литературы, которая скользила по общим местам и неясно представляла людей, течения, развитие русской литературы».

Юрий Николаевич был не только большим учёным и талантливым прозаиком. Он проявил себя как поэт и переводчик (Генрих Гейне сб. «Сатиры», «Стихотворения», поэма «Германия. Зимняя сказка»), литературный критик, сценарист («Шинель» 1926, «Союз великого дела» 1927, «Поручик Киже» 1934).

Жизнь и творчество Юрия Тынянова

Творческое наследие Юрия Николаевича – наследие теоретика и практика литературы. Русский формализм, неотъемлемой частью которого являются труды Тынянова, оказал значительное влияние на литературоведение, семиотику, способствовал появлению структурализма.

Но известен Тынянов не только учёным: множество читателей по всему миру с большим удовольствием продолжают знакомиться с биографиями Кюхельбекера, Грибоедова, Пушкина в его особом творческом осмыслении, которое превращает привычные «монументы» в живых людей.

Источник: http://ifiyak.sfu-kras.ru/news/k-125-letiyu-yun-tynyanova-1894-1943/

Мемория. Юрий Тынянов — ПОЛИТ.РУ

18 октября 1894 года родился филолог и писатель Юрий Тынянов.

Личное дело

Юрий Николаевич Тынянов (1894 – 1943) родился в городе Режица Витебской губернии (ныне Резекне, Латвия) в семье врача. В 1904 году поступил в псковскую гимназию, где учился в одном классе со Львом Зильбером, в будущем известным медиком и основателем отечественной вирусологии.

Тынянов на всю жизнь подружился с младшим братом Льва Зильбера Вениамином, который впоследствии прославился как писатель Вениамин Каверин. В 1912 году Юрий окончил гимназию с серебряной медалью и поступил на историко-филологический факультет Петроградского университета.

Во время обучения участвовал в работе Пушкинского семинара Семена Венгерова.

В 1916 году Тынянов женился на сестре своих друзей Лие Зильбер. В 1918 году вступил в Общество изучения поэтического языка (ОПОЯЗ), основанное О. Бриком, В. Шкловским, Б. Эйхенбаумом, Р. Якобсоном и Л.

Якубинским, через два года стал секретарем ОПОЯЗа. В 1919 году окончил университет, представив дипломную работу «Пушкин и Кюхельбекер», и был оставлен при кафедре русской словесности.

Одновременно преподавал литературу в школе.

В 1921 – 1930 годах Юрий Тынянов был профессором Государственного института истории искусств. До 1924 года также работал переводчиком в Коминтерне и редактором в Госиздате. С середины 1920-х годов начал публиковать помимо научных работ также и художественные произведения. С 1936 года жил в Москве.

Уже в молодости у Тынянова появились признаки болезни, которая была, как выяснилось, рассеянным склерозом. Особенно тяжелый характер она приняла в последние 15 лет его жизни. Последний роман «Пушкин», оставшийся неоконченным, ему приходилось диктовать, так как писать сам он уже не мог. Умер Юрий Тынянов в Москве 20 декабря 1943 года.

Чем знаменит

Жизнь и творчество Юрия Тынянова

Один из основоположников так называемого формального метода в литературоведении, который он развивал совместно с коллегами по ОПОЯЗу. Предложенный ими подход должен был отличаться от подхода к литературному произведению историка, публициста или критика,  находить закономерности, не сводимые к свойствам личности или фактам биографии авторов.

В 1921 году Тынянов опубликовал книгу «Достоевский и Гоголь», представив в ней новую теорию пародии. В первой половине 1920-х годов он написал ряд работ о Пушкине, Тютчеве, Некрасове, Блоке, Брюсове. В 1923 году завершил свой главный теоретический труд – «Проблема стиховой семантики», изданный годом позже отдельной книгой под названием «Проблема стихотворного языка».

О чем надо знать

Первый роман Тынянова появился неожиданно. Он получил от одного из издательств заказ на популярную брошюру о декабристе Вильгельме Кюхельбекере.

Но в процессе написания брошюра превратилась в художественное произведение, которое было издано в 1925 году под названием «Кюхля».

За ним последовали роман «Смерть Вазир-Мухтара» о Грибоедове, повести «Подпоручик Киже» об эпохе Павла I, «Восковая персона» о Петре I, «Малолетний Витушишников» об эпохе Николая I и неоконченный роман «Пушкин».

Прямая речь

«Обо многом передумал я, читая гимназические сочинения Тынянова. К семнадцати годам он не просто прочел, а пережил русскую литературу. Среди его любимых героев – Платон Каратаев, потому что «он обладает чем-то таким, что не дано Наполеону и Александру. …

Счастье его – в непрерывной творческой работе сердца, бессознательно претворяющего каждого голодного пса в носителя жизни». Так писал Юрий в одном из сочинений. Ему понятны и близки были самоотречение Толстого и трагедия Лермонтова.

Он уже свободно владел крылатым знанием, основанным на памяти, которую смело можно назвать феноменальной. Он поражал всех способностью часами читать наизусть Овидия и Вергилия, Пушкина и Шевченко.

В начале 20-х годов он на моих глазах в течение очень короткого времени научился читать и свободно переводить с итальянского»

Из воспоминаний Вениамина Каверина

«Есть ученые разного типа, Тынянов по всему своему складу был изобретателем, открывателем. Помню, как на научных заседаниях, обсуждениях мы ждали, когда же заговорит Тынянов; иногда он долго молчал. Ждали поворота. Вот он заговорит, и факты переместятся, предстанут в новом соотношении, непредвиденном и очень точном.

Он и писал только тогда, когда сознавал эту возможность открытия, поворота. Это относится и к большим его работам (относительно большим – он был немногословен) и к статьям даже самым кратким. В работах Тынянова всегда есть своего рода научный сюжет, развязка, решение задачи. Но отнюдь не в порядке игры ума, парадоксов.

Все, напротив того, питается упорной черновой работой. Подготовительную работу Тынянов не обрушивал на читателя. Читатель видел совсем другое – незаменимую связь изучения литературы с самой литературой, с артистическим пониманием литературы прошлых лет, с острым интересом к проблематике литературы современной.

Читатель безошибочно чувствовал, что этот ученый – сам участник литературного процесса 20–30-х годов. И еще об одной черте Тынянова хочется сказать сразу. Идеям его была присуща не бесспорность, не неотменяемость (такого не бывает), но применимость, очень долговечная и прочная.

Есть мысли, и очень существенные, которые действуют по прямому назначению и вообще по прямой – от учителя к ученику. И есть расходящиеся кругами; они обладают способностью влиять в разных контекстах и на больших расстояниях от предлагающей их статьи или книги. Так было с идеями Тынянова.

Они порождали новые соображения, применялись и проверялись на практике. Причем на материале, самим Тыняновым еще не обследованном. Пересаженная в новую среду, концепция продолжала работать и приносить новые результаты»

Из статьи Лидии Гинзбург «Тынянов-ученый»

«Когда Юрий Николаевич Тынянов был молод, многие находили, что он внешне очень похож на Пушкина. Пушкинские кудри, пушкинские курчавые баки.

На самом же деле Юрий Николаевич был похож на Пушкина не только кудрями и не только баками, которые он вскоре сбрил, не только маленькой, легкой, стройной своей фигуркой, подвижностью, темпераментностью, веселостью, остроумием, не только умением так верно подделывать пушкинскую подпись, что и специалисту не легко было отличить ее от подлинной, но и гораздо более глубокими свойствами натуры, ума, склонностей, интересов. Так же, как Пушкина, его страстно интересовала история русского народа, и так же, как для Пушкина, для него в русской истории самым важным были трагические отношения между русской государственностью и русским человеком»

Из воспоминаний Николая Чуковского

7 фактов о Юрии Тынянове

  • Тынянов писал, что он родился часах в шести от места рождения Шагала и в восьми от места рождения Екатерины I.
  • Троюродным братом Тынянова был литературовед и лингвист Виктор Жирмундский.
  • Не только Юрий Тынянов был женат на сестре Вениамина Каверина, но и Вениамин Каверин был женат на сестре Юрия Тынянова.
  • В художественной литературе Юрий Тынянов дебютировал с рассказом «Попугай Брукса. (Из Чарицких хроник)», опубликованным в 1925 году в журнале «Ленинград» под псевдонимом Юзеф Мотль.
  • Именно Тынянов ввел понятие «лирический герой» для обозначения субъекта лирического произведения, не тождественного автору.
  • В современном романе Андрея Дмитриева «Закрытая книга» есть персонаж – филолог Плетнев, прототипом которого стал Тынянов.
  • Сохранился замысел рассказа Тынянова о посещении Санкт-Петербурга Эдгаром По. Согласно сюжету, американский писатель встретился там с Пушкиным, но в ужасе отпрянул от него, заметив синеву под ногтями, выдающую негритянское происхождение.
  • Тынянов написал сценарии для фильмов «Шинель», «СВД» («Союз великого дела» совместно с Ю. Оксманом), «Подпоручик Киже».
  • Материалы о Юрии Тынянове
  • Статья о Юрии Тынянове в русской Википедии
  • Статья о Юрии Тынянове в энциклопедии «Кругосвет»
  • Произведения Тынянова в библиотеке Мошкова
  • Филологические работы Тынянова
  • Воспоминания о Тынянове

Источник: https://polit.ru/news/2015/10/18/tynjanov/

Юрий Николаевич Тынянов биография

Юрий Тынянов Биографии / Знаменитые тезки / Имена / Фамилии / Отчества / Имя-отчество / Гороскопы / Тесты / События / Главная

Жизнь и творчество Юрия Тынянова

Юрий Николаевич Тынянов (1894-1943) — русский[en] советский писатель, поэт, драматург, сценарист, переводчик, литературовед и критик, представитель русского формализма. Исследования поэтики литературы и кино. Знак Зодиака — Весы.

Юрий Тынянов родился 18 октября (6 октября по старому стилю) 1894 года в городе Режице, Витебской губернии (ныне город Резекне, Латвийской ССР) в состоятельной еврейской семье. Отец был врачом[en], большой любитель литературы.

В 1918 году Юрий окончил историко-филологический факультет Петроградского университета. В 1921 — 1930 работал профессором института истории искусств. Печатался с 1921 года, с книги «Достоевский и Гоголь. (К теории пародии)».

Для Тынянова характерно равное внимание к истории и теории литературы, глубина и тонкость анализа литературного текста: книга «Проблема стихотворного языка» (1924), статьи «Архаисты и Пушкин», «Пушкин и Тютчев», «Словарь Ленина-полемиста» и другие, вошедшие затем в сборник «Архаисты и новаторы» (1929). Был членом ОПОЯЗа.

Наука и литература органически слились в художественных произведениях Юрия Николаевича — в романах «Кюхля» (1925) о декабристе В. К.

Кюхельбекере, «Смерть Вазир-Мухтара» (1927 — 1928, отдельное издание 1929), посвящение Александру Сергеевичу Грибоедову, и «Пушкин» (части 1 — 3, 1935 — 1943, не окончил), повестях «Подпоручик Киже» (1928, одноимённый фильм, 1934), «Восковая персона» (1931), «Малолетный Витушишников» (1933) и др., ставших классикой советской исторической прозы.

Произведения Тынянова отличают концептуальность и проблемность в подходе к историческому материалу, живое ощущение описываемой эпохи, её бытовой и нравственной атмосферы, тонкий психологизм, смелость творческого воображения, выразительность языка. Автор сценариев фильмов «Шинель» (1926) и «СВД» («Союз великого дела», 1927; совместно с Юлианом Григорьевичем Оксманом) и статей по теории кино. Выступал как переводчик Генриха Гейне и других. Один из создателей серии «Библиотека поэта».

Произведения Юрия Николаевич Тынянова переведены на многие иностранные языки. Награжден орденом Трудового Красного Знамени (31 января 1939). (В. А. Каверин)

Читайте также:  Какое первое животное запустила франция в космос?

Сочинения

  • Сочинения, т. 1 — 3, М. — Л., 1959;
  • Пушкин и его современники, М., 1969;
  • Пушкин, Л., 1974;
  • Из наследия Юрия Тынянова, «Литературное обозрение», 1974, № 10;
  • Кюхля, М., 1975.

Мастер исторического романа: «Кюхля» (1925) о Вильгельме Карловиче Кюхельбекере, «Смерть[en] Вазир-Мухтара» (1927-928) об Александре Сергеевиче Грибоедове, «Пушкин» (ч. 1-3, 1935-1943, не окончен).

Книга «Архаисты и новаторы»

Юрий Николаевич Тынянов скончался 20 декабря 1943 года в Москве. Похоронен на Ваганьковском кладбище. В Резекне в 1981 году педагог Анна Власьевна Уланова создала Музей писателя, а с начала 1980-х годов проходят чтения, посвящённые памяти Тынянова.

Подробнее о Юрии Тынянове читайте[en] в литературе:

  • Аркадий Викторович Белинков. Юрий Тынянов. — 2-е издание — М.: Советский писатель, 1965;
  • Юрий Тынянов. Писатель и учёный. Воспоминания. Размышления. Встречи. — М.: Молодая гвардия, 1966;
  • Воспоминания о Ю. Тынянове. Портреты и встречи. — М.: Советский писатель, 1983;
  • Вениамин Александрович Каверин, Владимир Иванович Новиков. Новое зрение. Книга о Юрии Тынянове. — М.: Книга, 1988;
  • Блюмбаум Аркадий Борисович. Конструкция мнимости: К поэтике «Восковой персоны» Юрия Тынянова. — СПб.: Гиперион, 2002. — 200 с.
  • Цырлин Л., Тынянов-беллетрист, Л., 1935: Хмельницкая Т., Исследовательский роман. Историческая проза Тынянова, в её сб.: Голоса времени, М. — Л., 1963;
  • Юрий Тынянов. Писатель и учёный. Воспоминания. Размышления. Встречи, М., 1966;
  • Эйхенбаум Борис Михайлович. Творчество Ю. Тынянова, в его книге: О прозе, Л., 1969;
  • Русские советские писатели-прозаики. Биобиблиографический указатель, т. 5, М., 1968.

Источник: https://to-name.ru/biography/jurij-tynjanov.htm

Тынянов, Юрий Николаевич — это… Что такое Тынянов, Юрий Николаевич?

Ю́рий Никола́евич (Насо́нович) Тыня́нов (6 [18] октября 1894, Режица, Витебская губерния, ныне Резекне в Латвии — 20 декабря 1943, Москва) — русский советский писатель, драматург, литературовед и критик.

Биография

Юрий Тынянов родился в 1894 году в уездном городе Режица Витебской губернии в состоятельной еврейской семье врача Насона Ароновича Тынянова (Но́сона Аро́новича, Николая Аркадьевича, 1862—1924, уроженца Бобруйска) и его жены Соры-Хаси Беровны Эпштейн (Софьи Борисовны Тыняновой, 1868—1940, уроженки местечка Докшицы Борисовского уезда Минской губернии).[1][2] У Тынянова были старший брат Лев и младшая сестра Лидия. Когда он был ребёнком, семья переехала в Псков, где доктор Тынянов работал в земской больнице.

Учился в Псковской гимназии (1904—1912, окончил с серебряной медалью), где среди его одноклассников и друзей были Лев Зильбер, Август Летавет, Ян Озолин, Борис Лепорский.

Окончил историко-филологический факультет Петроградского университета (1912—1918). В 1915 году из местечка Велионы Режицкого уезда в Ярославль был эвакуирован кожевенный завод Г. М.

Эпштейн, совладелицами которого после смерти отца стали сёстры Софья Борисовна Тынянова и Анна Борисовна Гаркави, перебравшиеся сюда с семьями (кожевенный завод и раскройно-посадочные и заготовительные мастерские наследников Г. М. Эпштейн был разрушен в ходе ярославского восстания 1918 года и восстановлен в годы НЭПа; в 1917 году на заводе работали 236 рабочих).

[3][4][5] В 1918 году двоюродная сестра Юрия Тынянова детский врач Эсфирь Александровна Гаркави (1889—1986) вышла замуж за его брата Льва Тынянова (1891—1946), главврача ярославского городского противотуберкулёзного диспансера.[6]

В студенческие годы участвует в работе Пушкинского семинара С. А. Венгерова, Пушкинского историко-литературного кружка/научного общества.

С 1918 года Тынянов — участник ОПОЯЗа, где, наряду с В. Б. Шкловским, Б. М. Эйхенбаумом и др. вносит свой вклад в создание научного литературоведения («формального метода» в литературоведении).

В 1919 году сдает выпускную работу «Пушкин и Кюхельбекер» (утеряна в Гражданскую войну; в 1934 году Тыняновым написана одноименная статья) и «оставляется при университете» (что близко к современной аспирантуре).

В 1919-20 годах Тынянов преподает литературу в школе, в 1919-21 служит в Центральном бюро Союза коммун Северной области, затем в Отделе информации петроградского бюро Коминтерна, читает лекции в Доме искусств и Доме литераторов.

В 1921—30 профессор Института истории искусств.

В 20-е годы Тынянов выступает как литературовед и литературный критик, публикует книги «Достоевский и Гоголь (к теории пародии)» (1921), «Проблема стихотворного языка» (1924), представляющую наиболее его проработанную теоретическую работу, сборник статей о литературном процессе первой трети XIX века «Архаисты и новаторы» (1929), а также многочисленные работы, не вошедшие в прижизненные сборники.

В те же годы он начинает писать профессиональную прозу (дебютировал в 1925 году под псевдонимом Юзеф Мотль в № 26-27 журнала «Ленинград»; затем следуют романы «Кюхля» (1925) и «Смерть Вазир-Мухтара» (1928), рассказ (фактически, маленькая повесть) «Подпоручик Киже» (1927)), переводить Г. Гейне, пишет также сценарии к кинофильмам («Шинель» (1926), «СВД» (1927; совместно с Ю. Г. Оксманом)). Постепенно писательство становится его второй профессией.

К концу 1920-х годов рассеянный склероз, которым Тынянов страдал с молодости, приводит к частичной утрате работоспособности. В 1930-х гг. прогрессирующая болезнь, наряду с гонениями на «формалистов», несколько снижают его научную активность и переводят её из теоретического в историко-литературное русло.

В это десятилетие выходят его роман «Пушкин» (1936, ч. 1 и 2), повесть «Восковая персона» (1930), рассказы «Черниговский полк ждет» (1932) и «Малолетный Витушишников» (1933), ещё две книги переводов из Гейне.

Тынянов принимает активное участие в подготовке книг из серии «Библиотека поэта», становясь после смерти Максима Горького фактическим её руководителем.

Войну Тынянов встречает в состоянии инвалида. Однако до конца жизни он продолжал работать над третьей частью своего последнего романа («Пушкин», не завершен) и писать рассказы (во время войны в провинциальных изданиях опубликованы как минимум три его рассказа).

Умер Ю. Н. Тынянов в декабре 1943 года, вернувшись из эвакуации в Москву.

Похоронен на Ваганьковском кладбище.

В г. Резекне в 1981 году педагог Анна Уланова создала музей писателя, а с начала 80-х годов проходят чтения, посвященные памяти Тынянова.

Семья

Был женат (1916) единственным браком на Елене (Лее) Александровне Тыняновой (в девичестве Зильбер; сестра Льва Зильбера и Вениамина Каверина); дочь (1916) — Инна.

Троюродные братья (по материнской линии) — лингвист Виктор Максимович Жирмунский, музыкальный педагог, виолончелист, профессор Токийской консерватории Константин Исаакович Шапиро (1896—1992) и филолог-романист Яков Львович Малкиель.[7][8]

Адреса в Петрограде — Ленинграде

  • 1919—1936 — доходный дом — Греческий проспект, 15;
  • 1940 год — Дом творчества писателей — Пушкин, Пролетарская улица, 6;
  • весна 1941 года — Дом творчества писателей — Пушкин, Пролетарская улица, 6.

Научное творчество

Художественное творчество

По свидетельствам, приводимым в мемуарной литературе, Тынянов писал рассказы и стихи, начиная с детских лет[9].

Систематическая профессиональная деятельность его в качестве литератора начинается в 1924 году, когда Тынянов, взявшись (по коммерческому заказу, организованному Корнеем Чуковским) за подготовку популярной брошюры о лицейском товарище Пушкина, а впоследствии декабристе, каторжнике и ссыльном В. К.

 Кюхельбекере, неожиданно написал о нём роман («Кюхля»). Роману, написанному достаточно неровно, но остающемуся одним из образцов воспроизведения «духа эпохи» в беллетристике, суждено было оказаться флагманом жанра «советского исторического романа», требуемого конъюнктурой.

Однако сам роман не конъюктурен ни в какой мере и остаётся переиздаваемым и читаемым восемь десятилетий спустя.

Следующий роман Тынянова — «Смерть Вазир-Мухтара» (1928)[10], посвящённый последнему году жизни А. С. Грибоедова, представляет собой совершенно зрелое произведение со своеобразной стилистикой.

Несколько ранее Тынянов публикует первое из серии произведений («исторических повестей»), которые в равной мере могут быть отнесены к большим рассказам или коротким повестям — «Подпоручик Киже» (1927), за которым последовали «Восковая персона» (1930) и «Малолетный Витушишников» (1933). Автор привлекает в двух первых из них материал эпох, иных, нежели начало XIX века, являющееся «центром притяжения» большинства как научных работ, так и художественных произведений Тынянова (их действие относится к царствованию Павла I, Петра I и Николая I, соответственно).

В этих небольших по размеру и отточенных по форме произведениях сочетаются историческая стилизация языка (включая элементы сказовости, особенно в «Восковой персоне») с тонким пародированием «социологической прозы», получившей определённое распространение в советской литературе 1920-х — начала 1930-х годов (отчасти это относится и к миниатюрным зарисовкам, опубликованным в 1930 году под названием «Исторические рассказы»).

Согласно опубликованному Н. Л. Степановым списку (относящемуся к 1932 году)[11], Тынянов вынашивал замысел «собрания сочинений», содержащего, наряду с написанными «Кюхлей», «Смертью Вазира-Мухтара», историческими повестями, а также незавершенным «Пушкиным» и романом «Ганнибалы» (работу над которым Тынянов начал, но оставил), ещё ряд пунктов.

Они включали произведения «Граф Сардинский» (о Д. И. Хвостове, известном деятеле литературы и графомане конца XVIII — начала XIX веков), «Евдор» (по всей видимости, о П. А. Катенине), «Капитан Шишков 2-й» (о поэте и бретере А. А. Шишкове), «Овернский мул» (о Ж.

Ромме; сохранился набросок, и по его мотивам написан поздний рассказ «Гражданин Очер»), «Бани Сандуновские», «Пастушок Сифил», «Иван Барков», «Потери».

Сниженная из-за болезни работоспособность и ранняя смерть не позволили Тынянову осуществить большую часть задуманного. Зная о неизлечимости своей болезни, он стремился успеть написать главное произведение своей жизни — роман «Пушкин», грандиозную эпопею о становлении, жизни и смерти национального поэта.

Наряду со «Смертью Вазир-Мухтара» и историческими повестями, две части «Пушкина» (1935 и 1936-37, соответственно), которые писатель успел завершить, относятся к вершинам его прозы. Третья часть (1943, опубликована посмертно) носит следы незавершённости, в последних главах выглядит как «творческий конспект» ненаписанного материала.

Художественное наследие Тынянова включает также короткие рассказы 1920-х годов[12]; ряд рассказов («Гражданин Очер», «Генерал Дорохов», «Красная шапка»), написанных во время войны в эвакуации; киносценарии и одну пьесу; книгу переводов из Жоржа Дюамеля, три книги переводов из Г. Гейне.

Кроме того, по воспоминаниям знакомых, Тынянов был мастером устного рассказа и актёрской пародии. Ираклий Андроников ссылался на Тынянова как на неподражаемый образец этого жанра, который сам Андроников впоследствии популяризовал посредством телевидения.

Художественные произведения

Основная статья: Художественные произведения Юрия Николаевича Тынянова

Основная статья: Научные труды Юрия Николаевича Тынянова

  • Достоевский и Гоголь (к теории пародии) (1921)
  • Проблема стихотворного языка Л.(1924)
  • Архаисты и новаторы (1929)

Академическое собрание сочинений писателя никогда не издавалось, но его статьи печатались в следующих сборниках:

  • Пушкин и его современники. — М.: Наука, 1969.
  • История литературы. Критика. — СПб.: Азбука-классика, 2001.
  • Литературная эволюция: Избранные труды. — М.: Аграф, 2002.

Литература

Примечания

  1. Нянковский М.А. «О тех, кого помню и люблю…» Гаркави. Тыняновы. Рохленко. Нянковские / М.А. Нянковский: худож. М.Е. Бороздинский. Ярославль, 2009. 240 с.: с ил. (нажать на линк Подробнее под текстом)
  2. JewishGen (сайт еврейской генеалогии, раздел Databases (Базы данных), Латвия (Витебская губерния), требуется регистрация): В переписи населения «Вся Россия» (1897) фигурируют врач Насон Аронович Тынянов и и его жена Сора Беровна Эпштейн, проживающие в Режице по адресу Нижне-Замковая 22—3. В раввинских записях о смерти в декабре 1890 года старшего сына, десятимесячного Арона Носоновича Тынянова отец указан как доктор Носон Аронович Тынянов.
  3. Выставка в Ярославском музее-заповеднике «Ярославские страницы биографии Юрия Тынянова»
  4. Ярославль: История города в документах и материалах от первых упоминаний до 1917 года / Под ред. д-ра ист. наук, проф. А. М. Пономарева; Авт. вступит. статьи д-р ист. наук, проф. А. М. Пономарёв; Сост. В. Н. Козляков, Г. Н. Полева, Л. А. Полушкина и др. Ярославль: Верх.-Волж. кн. изд-во, 1990. С. 384.
  5. Архивная служба Ярославской области: В годы НЭПа — Кожевенный завод «Наследники Эпштейн» Ярославского губернского Совета народного хозяйства.
  6. Нянковский М.А. «О тех, кого помню и люблю…» Гаркави. Тыняновы. Рохленко. Нянковские / М.А. Нянковский: худож. М. Е. Бороздинский. Ярославль, 2009. 240 с.: с ил. (заслуженный учитель Российской Федерации М. А. Нянковский — внучатый племянник Ю. Н. Тынянова)
  7. Статья «Ю. Н. Тынянов» в Электронной Еврейской Энциклопедии
  8. Филолог-славист Михаил Константинович Шапиро (род. 1939, сноска 1) (Michael Shapiro); на русском языке была опубликована книга его брата Исаака Константиновича Шапиро «Эдокко» (КоЛибри, 2010; «Edokko: Growing Up a Foreigner in Wartime Japan»)
  9. В большинстве утрачены. Одно из стихотворений — «Дождь» — приводится без текстологической справки Вениамином Кавериным в В. А. Каверин, В. И. Новиков. Новое зрение. Книга о Юрии Тынянове. — М.: Книга, 1988. — С. 36—37.
  10. Lib.ru/Классика: Тынянов Юрий Николаевич. Смерть Вазир-Мухтара
  11. Юрий Тынянов. Писатель и ученый. Воспоминания. Размышления. Встречи. — М.: Молодая гвардия, 1966.
  12. В большинстве утрачены. Один из коротких рассказов — «Яблоко» — приводится без текстологической справки Вениамином Кавериным в В. А. Каверин, В. И. Новиков. Новое зрение. Книга о Юрии Тынянове. — М.: Книга, 1988. — С. 29—30.
Читайте также:  Сочинение жестокость. что такое жестокость 11 класс егэ

Источник: https://dic.academic.ru/dic.nsf/ruwiki/80916

ТЫНЯНОВ, ЮРИЙ НИКОЛАЕВИЧ

ТЫНЯНОВ, ЮРИЙ НИКОЛАЕВИЧ (1894–1943), русский прозаик, литературовед, критик, переводчик. Родился 6 (18) октября 1894 в Режице Витебской губ. (ныне г.Резекне, Латвия) в семье врача.

В 1904–1912 учился в Псковской гимназии, в 1912–1918 на историко-филологическом факультете Петербургского университета, где занимался в пушкинском семинаре С.А.Венгерова и по окончании был оставлен для продолжения научной работы.

В 1918 вступил в общество по изучению поэтического языка (ОПОЯЗ), познакомился с В.Б.Шкловским и Б.М.Эйхенбаумом, вместе с которыми впоследствии создал так называемый «формальный метод», определивший развитие отечественного и мирового литературоведения в 20 в.

С 1921 в течение десяти лет читал лекции в Институте истории искусств, до 1924 совмещал преподавание со службой в Коминтерне (переводчиком) и в Госиздате (корректором). См. также СЕМИОТИЧЕСКИЕ ШКОЛЫ И НАПРАВЛЕНИЯ.

Первая опубликованная работа Тынянова – статья Достоевский и Гоголь (к теории пародии), написанная в 1919 и вышедшая в 1921 отдельным изданием в опоязовской серии Сборники по теории поэтического языка.

В первой половине 1920-х годов Тынянов написал ряд работ о Пушкине (Архаисты и Пушкин, Пушкин и Тютчев, Мнимый Пушкин), где по-новому раскрыта историческая роль великого поэта, статьи о Ф.Тютчеве, Н.Некрасове, А.Блоке, В.Брюсове.

В 1923 завершил свой главный теоретический труд – Проблема стиховой семантики, изданный в 1924 отдельной книгой под названием Проблема стихотворного языка, где исследованы принципиальные различия стиха и прозы, выявлена специфика «стихового слова».

В статье Литературный факт (1924) предложен смелый ответ на вопрос «Что такое литература? («динамическая речевая конструкция»), показана диалектика взаимодействия «высоких» и «низких» жанров и стилей. В эти годы Тынянов выступал в периодике со статьями о современной литературе, создав такие непревзойденные шедевры критического искусства, как статьи Промежуток и Литературное сегодня (обе 1924).

В 1924 получил от издательства «Кубуч» заказ на популярную брошюру о В.К.Кюхельбекере. Взявшись за эту работу, Тынянов неожиданно за короткий срок написал роман Кюхля, положивший начало его писательской судьбе.

Воскрешая для современников полузабытого поэта-декабриста, используя при этом обширный фактический материал, Тынянов достиг эмоциональной достоверности благодаря интуитивным догадкам.

«Где кончается документ, там я начинаю», – так позднее определил он свой способ художественного проникновения в историю в статье для сборника Как мы пишем (1930).

В 1927 Тынянов закончил роман об А.С.Грибоедове Смерть Вазир-Мухтара – произведение, в котором художественные принципы автора, его взгляд на историю и современность отразились с наибольшей полнотой.

В романе развернуто художественное сравнение «века нынешнего» с «веком минувшим», раскрыта вечная ситуация «горя от ума», в которую неизбежно попадает в России мыслящий человек. Власти видят в Грибоедове опасного вольнодумца, прогрессисты – благополучного дипломата в «позлащенном мундире».

Эта драматическая ситуация, безусловно, проецировалась на судьбу самого Тынянова и его единомышленников: разочарование в революционных идеалах, распад опоязовского научного круга и невозможность дальнейшего продолжения коллективной научной работы в условиях идеологического контроля.

В 1927 Тынянов писал Шкловскому: «Горе от ума у нас уже имеется. Смею это сказать о нас, о трех-четырех людях. Не хватает только кавычек, и в них все дело. Я, кажется, обойдусь без кавычек и поеду прямо в Персию».

Композиция и синтаксис Смерти Вазир-Мухтара отчетливо «кинематографичны»: здесь несомненную роль сыграла работа Тынянова как теоретика кино (ряд статей 1926–1927) и как киносценариста (сценарии фильма Шинель по Гоголю, фильма о декабристах С.В.Д., в соавторстве с Ю.Г.Оксманом).

С кинематографом был связан и замысел рассказа Подпоручик Киже (1927), первоначально задуманного как сценарий немого кинофильма (экранизация рассказа осуществлена в 1934). Анекдотическая фабула гротескно разработана Тыняновым как универсальная модель служебной карьеры в условиях российского политического быта.

Выражение «подпоручик Киже» стало крылатым.

Приобретя известность как прозаик, Тынянов продолжал теоретико-литературную работу. В статье О литературной эволюции (1927) наметил плодотворную методику изучения литературного и социального «рядов» в их взаимодействии.

В 1928 выезжал в Германию для лечения, встречался в Праге с Р.О.Якобсоном, планируя с ним возобновление ОПОЯЗа, итогом разговора стали совместные тезисы Проблемы изучения литературы и языка.

В 1929 вышел сборник статей Тынянова Архаисты и новаторы – результат его научной и критической работы за девять лет.

Важной частью многогранной творческой работы Тынянова был художественный перевод. В 1927 вышел сборник Гейне Сатиры, в 1932 его же поэма Германия. Зимняя сказка в переводах Тынянова. В этих книгах раскрылся несомненный поэтический талант Тынянова (явленный также в стихотворных экспромтах и эпиграммах, представленных, в частности, в рукописном альманахе Чукоккала).

Кульминацией трагических раздумий Тынянова о русской истории стала повесть Восковая персона (1931), посвященная петровской эпохе.

Мотив всеобщего предательства и доносительства, развернутый автором на материале 18 в., имеет определенное отношение и к эпохе создания повести.

В рассказе Малолетний Витушишников (1933), где действует Николай I, иронически заострен мотив случайности, лежащей в основе крупных политических событий.

В начале 1930-х годов Тынянов задумал большое художественное произведение о Пушкине, которое он сам определил как «эпос о рождении, развитии, гибели национального поэта». Первая часть романа Пушкин (Детство) была опубликована в 1935, вторая (Лицей) – в 1936–1937.

Над третьей частью (Юность) Тынянов работал уже очень больным – сначала в Ленинграде, потом в эвакуации в Перми. Повествование о судьбе Пушкина доведено до 1820. По мнению Шкловского, работа «оборвалась, вероятно, на первой трети».

Несмотря на незавершенность романа, он воспринимается как целостное произведение, являясь составной частью трилогии о Кюхельбекере, Грибоедове и Пушкине. Духовное формирование Пушкина изображено Тыняновым в широком контексте, в соотнесении с судьбами многих других исторических и литературных деятелей.

В юном Пушкине автор подчеркивает жизнелюбие, страстность, пылкое творческое вдохновение. Пафос романа созвучен блоковской формуле «веселое имя – Пушкин», и его оптимистический настрой отнюдь не был уступкой «требованиям эпохи»: при рассказе о дальнейшей судьбе героя, по-видимому, было не миновать трагических тонов.

В эвакуации Тынянов написал два рассказа об Отечественной войне 1812 – Генерал Дорохов и Красная шапка. В 1943 был перевезен в Москву. Умер в Москве 20 декабря 1943.

Литература:

Тынянов Ю. Сочинения, тт. 1–3. М., 1959 Белинков А.В. Юрий Тынянов. 2-е изд. М., 1965 Тынянов Ю. Пушкин и его современники. Сост. В.А.Каверина и З.А.Никитиной. М., 1968 Тынянов Ю. Пушкин. Л., 1974 Тынянов Ю. Поэтика. История литературы. Кино. Подгот.изд. и коммент.

М.О.Чудаковой, Е.А.Тоддеса и А.П.Чудакова. М., 1977Воспоминания о Юрии Тынянове. Портреты и встречи. М., 1983 Каверин В., Новиков Вл. Новое зрение. Книга о Юрии Тынянове. М., 1983 Тынянов Ю. Сочинения, тт. 1–2. Вступит. ст., прим. Б.Костелянца. Л., 1985 Немзер А.

Литература против истории. – Дружба народов, 1991, № 6 Тынянов Ю. Литературный факт. Вступит. ст., коммент. Вл.Новикова, сост. О.И.Новиковой. М., 1993 Новиков Вл. Горе от ума у нас уже имеется… – Новый мир, 1994, № 10Тыняновский сборник, I–VI.

Рига, 1984, 1986, 1988, 1990, 1994. М., 1998

Источник: https://www.krugosvet.ru/enc/kultura_i_obrazovanie/literatura/TINYANOV_YURI_NIKOLAEVICH.html

Тынянов юрий николаевич

Русский писатель, драматург, литературовед-формалист.

Биография и творчество

Происходил из обеспеченной еврейской семьи. Отец – Насон Аронович (Николай Аркадьевич) Тынянов, мать – Софья Борисовна Эпштейн.

В 1904 году мальчик поступил в гимназию во Пскове, из которой выпустился в 1912 году с медалью. После этого он стал студентом историко-филологического факультета Петербургского (затем Петроградского) университета, который окончил в 1919 году.

В этот период юноша был участником Пушкинского кружка под руководством известного историка литературы и библиографа Семена Венгерова. С 1918 года Тынянов входил в ОПОЯЗ – группу литературоведов и лингвистов, отстаивавших т.н. формальный метод исследования в данных областях знания, также их называли русскими формалистами.

Помимо Тынянова, в группе состояли Виктор Шкловский, Борис Эйхенбаум, Осип Брик, Виктор Жирмунский, Лидия Гинзбург, Михаил Слонимский и др.

В студенческие годы молодой человек завел свою семью – в 1916 году сочетался браком с Еленой Зильбер. Вскоре у пары родилась дочь Инна, ставшая впоследствии переводчицей и поэтессой.

В 1919 году Тынянов представил свою выпускную университетскую работу «Пушкин и Кюхельбекер» и был оставлен при университете для подготовки к профессорскому званию, т.е.

стал, по современной терминологии, аспирантом.

В 1919-начале 1920-х годов работал учителем в средней школе, а также трудился в Союзе коммун Северной области, Петроградском бюро Коминтерна, выступал с лекции в Доме литераторов и Доме искусств.

В 1921-1931 годах Юрий Николаевич уже в звании профессора работал в Государственном институте истории искусств. В тот период в свет вышли такие его научные работы, как «Достоевский и Гоголь (к теории пародии» (1921), «Проблема стихотворного языка» (1924), сборник о литераторах первой половины XIX века «Архаисты и новаторы» (1929) и др.

В середине 1920-х Тынянов начал писать и художественную прозу, изначально под псевдонимом Юзеф Мотль в журнале «Ленинград». В 1925 году был опубликован его первый роман «Кюхля», который появился после написания литературоведом статьи о лицейском товарище Пушкина Вильгельме Кюхельбекере.

В 1928 году последовал еще один известный роман автора – «Смерть Вазир-Мухтара» о последних месяцах жизни Александра Грибоедова. Годом ранее была напечатана повесть Тынянова «Подпоручик Киже».

Тогда же писатель занялся переводами произведений Генриха Гейне (в 1927 и 1934 годах вышли три книги его переводов), а также выступил сценаристом в нескольких кинокартинах («Шинель», 1926; «СВД», 1927 и др.).

В конце 1920-х годов литератор стал все больше мучиться от преследовавшего его рассеянного склероза. Это чисто физически мешало полноценно работать, к тому же во второй половине 1920-х – середине 1930-х официальной критике подверглось течение формализма.

В тот непростой период Юрий Николаевич в основном занимался не научной деятельностью, а творчеством. В 1930 году он выпустил повесть «Восковая персона», за которой последовали рассказы «Черниговский полк ждет» 1932 года, «Малолетний Витушишников» 1933 года.

Но главным произведением тех лет стал роман «Пушкин», точнее в 1935 и 1936-1937 годах автором были окончены и изданы две первые его части.

В 1936 году Юрий Николаевич поселился в Москве, где занялся деятельностью по разработке книжной серии «Библиотека поэта», сменив умершего Максима Горького. В 1939 году он был удостоен ордена Трудового Красного Знамени.

К началу 1940-х годов литературовед был уже в статусе инвалида. Во время войны был в эвакуации, откуда возвратился в 1943 году. Последние годы жизни он посвятил написанию третьей части «Пушкина», которая вышла в печать уже после его смерти. Помимо этого, писал рассказы в различные журналы.

Писатель и историк литературы скончался в конце 1943 года в Москве. Погребен на Ваганьковском кладбище.

В 1981 году в родном городе Тынянова Режице, нынешнем латвийском Резекне, был создан его музей. 

Литература

  • Белинков А.В. Юрий Тынянов. М., 1965.
  • Бобылев Б.Г. Ю.Н. Тынянов — исследователь теории поэтического языка // Русский язык в школе. 2009. № 9.
  • Блюмбаум А.Б. Конструкция мнимости: к поэтике «Восковой персоны» Юрия Тынянова. СПб., 2002.
  • Воспоминания о Ю. Тынянове. Портреты и встречи. М., 1983.
  • Каверин В.А., Новиков В.И. Новое зрение. Книга о Юрии Тынянове. М., 1988.
  • Немзер А.С. Из наблюдений над романом Тынянова «Пушкин». Явление героя // Тыняновский сборник. М., 1998. Вып. 11.
  • Тынянов Ю.Н. Сочинения. В 2 т. Л., 1985.
  • Юрий Тынянов. Писатель и учёный. Воспоминания. Размышления. Встречи. М., 1966.

Источник: https://w.histrf.ru/articles/article/show/tynianov_iurii_nikolaievich

Тынянов Юрий

Skip to main content

ТЫНЯ́НОВ Юрий Николаевич (Насонович; 1894, город Режица, Витебская губерния, ныне Резекне, Латвия, — 1943, Москва), русский писатель, литературовед.

Отец, Насон Тынянов (1862–1924), — врач, мать, Сора Хася Эпштейн (1868–1940), — совладелица кожевенного завода. Тынянов — троюродный брат В. Жирмунского. В детстве Тынянова обучали ивриту, о чем он позже писал: «В семь лет — горловая древнееврейская грамота, не похожая на человеческий язык» (ср. О.

 Мандельштам, «Шум времени», глава «Хаос иудейский»). В 1912 г. окончил с серебряной медалью гимназию в Пскове, где на всю жизнь сдружился с братьями Л. Зильбером и В. Кавериным, сестра которых, Лия, стала его женой (1916). В 1912–18 гг.

учился на славяно-русском отделении историко-филологического факультета Петербургского университета, был активен в пушкинском семинаре С. Венгерова. В 1919 г. окончил университет и был оставлен при кафедре русской словесности. В 1918 г. примкнул к Обществу изучения поэтического языка (ОПОЯЗ), основанному в 1917 г. О. Бриком, В. Шкловским, Б.

 Эйхенбаумом, Р. Якобсоном и Л. Якубинским; с 1920 г. — секретарь Общества. В 1921–30 гг. — профессор Государственного института истории искусств.

В 1921 г. опубликовал книгу «Достоевский и Гоголь»; изложив в ней новую теорию пародии, Тынянов затем развивал ее в общую концепцию литературной эволюции как непримиримой борьбы литературных поколений и направлений (сборник статей «Архаисты и новаторы», Л., 1929).

Читайте также:  Сочинение нужно ли быть добрым к тому, кто тебя обидел?

Основополагающая теория семантики художественной речи разработана в книге «Проблема стихотворного языка» (Л., 1924). Выступал как критик текущей литературы, прилагая к ней свою модель динамики литературной эволюции: статья «Промежуток» (1924; особенно существенны главки о Б. Пастернаке и О.

 Мандельштаме), «200 000 метров Ильи Эренбурга» (1924; см. И. Эренбург), «Льву Лунцу» (1925; см. Л. Лунц), и др.

Как прозаик дебютировал рассказом «Попугай Брукса. (Из Чарицких хроник)» (журнал «Ленинград», 1925, № 26–27; под псевдонимом Юзеф Мотль, по-видимому, отсылающим к имени персонажа Шалом Алейхема), в котором описывал еврейскую среду провинциального города (детские впечатления и наблюдения о Режице). В том же году был издан роман «Кюхля» о В.

 Кюхельбекере, жизнь и творчество которого Тынянов начал изучать еще в пушкинском семинаре С. Венгерова, а впоследствии опубликовал его произведения, в большинстве оставшиеся в рукописях (В. Кюхельбекер, «Лирика и поэмы», тт. 1–2, Л., 1939).

Вслед за этим романом последовала серия исторических произведений, в которых органически сливались наука и художественное творчество: роман «Смерть Вазир-Мухтара» (1927–28, отдельное издание — 1929) о А.

 Грибоедове, повести «Подпоручик Киже» (1928; одноименный фильм — 1934) об эпохе Павла I, «Восковая персона» (1931) о Петре I, «Малолетний Витушишников» (1933) об эпохе Николая I, роман «Пушкин» (ч. 1–3, 1935–43, не окончен) и др.

Не увидели воплощения многие замыслы Тынянова, в том числе связанные с еврейской темой, прежде всего воспоминания о Режице («часах в шести от мест рождения Михоэлса и Шагала»): споры хасидов (см. Хасидизм), пуримшпили, эмиграция в Америку и т. п. Отчасти этот материал отражен в его «Автобиографии» (1939).

Был задуман роман «Король Самоедский» о шуте Петра I Лакосте (см. Ян д’Акоста), которого Тынянов хотел сопоставить с Уриэлем Акостой, его земляком (Амстердам) и тоже португальским евреем из марранов. В романе Тынянов предполагал описать еврейских персонажей петровской и допетровской эпох: придворного врача Даниила Гадена (умер в 1682 г.), П. Шафирова, графа А. Дивьера (1682–1745), братьев Евреиновых, братьев Веселовских.

Тынянов написал сценарии для кинофильмов «Шинель» (1926) и «СВД» («Союз великого дела», 1927, совместно с Ю. Оксманом) и статьи по истории кино («Об основах кино», 1927, и др.). С 1926 г. Тынянов публиковал свои переводы стихотворений Г. Гейне (отдельные издания — 1927, 1933, 1934) и других поэтов, был одним из создателей книжной серии «Библиотека поэта».

Последние 15 лет его жизни были омрачены как прогрессирующей болезнью (рассеянный склероз), так и страхом обступающего государственного террора (в 1937 г. он уничтожил часть архива и покушался на самоубийство). В 1939 г. Тынянов вместе с В. Кавериным и другими пытался хлопотать о пересмотре дел репрессированных Л. Зильбера, Ю. Оксмана, Н. Заболоцкого.

КЕЭ, том: 8. Кол.: 1140–1142.

Издано: 1996.

Источник: https://eleven.co.il/jews-of-russia/in-culture-science-economy/14191/

О юрии николаевиче тынянове (корней чуковский)

Тынянов был с детства книжником, самым жадным глотателем книг из всех, каких я когда-либо видел. Где бы он ни поселялся — в петергофском санатории или в московской гостинице, его жилье через день, через два само собою обрастало русскими, французскими, немецкими, итальянскими книгами, они загромождали собою всю мебель, и их количество неудержимо росло.

В первые годы моего с ним знакомства, когда он был еще так моложав, что все принимали его за студента, зайдет, бывало, ко мне на минуту — по пути в библиотеку или в Пушкинский Дом — и засидится до самого вечера, толкуя о Державине, о Якове Гроте, о Николае Филиппыче Павлове (он так и называл его Николаем Филиппычем), о Диккенсе, о Мицкевиче или о какой-нибудь мелкой литературной букашке, которую, кажется, ни в какой микроскоп не увидишь. И, помню, меня тогда же поражало, что из каждой прочитанной книги перед ним во весь рост вставал ее автор, живой человек с такими-то глазами, бровями, привычками, жестами, и что о каждом из них он говорил как о старом приятеле, словно только что расстался с ним у Летнего сада или в Госиздате на Невском.

И если бы во время таких разговоров ко мне в комнату вошел, например, Бенедиктов, или, скажем, Языков, или Дружинин, или Некрасов с Иваном Панаевым, я нисколько не удивился бы, потому что и сам под гипнозом тыняновской речи начинал чувствовать себя их современником.

Все писатели были для него Николаи Филиппычи, Василии Степанычи, Алексеи Феофилактычи, Кондратии Федоровичи. Они-то и составляли то обширное общество, в котором он постоянно вращался.

Ему не нужно было напрягать воображение, чтобы воскресить, например, баснописца Измайлова, — тот и так стоял перед ним во весь рост — талантливый нетрезвый забулдыга, — и Тынянову были ясно видны даже синие жилки у него на носу.

Это художническое восприятие литературы минувших веков тогда же, в юности, ярче всего выражалось в тех мимических сценах из писательской жизни, которые он исполнял с таким блеском, ибо втайне, по секрету от всех, был первоклассным актером, художником жестикуляции и мимики, и легко преображался, например, в Воейкова, в Крылова, в Жуковского и артистически воспроизводил целые эпизоды из их биографий.

Вообще в нем не было ни тени ученого педантства, гелертерства. Его ум, такой разнообразный и гибкий, мог каждую минуту взрываться целыми фейерверками экспромтов, эпиграмм, каламбуров, пародий и так свободно переходить от теоретических споров к анекдоту, к бытовому гротеску.

Недаром его связывала крепкая дружба с такими мастерами изощренного светлого юмора, как Михаил Зощенко и Евгений Шварц. Они часто собирались втроем друг у друга (и в Доме искусств), и всякий раз, когда я попадал в их компанию, я заранее знал, что буду хохотать до полного истощения сил.

Высокая культура объединяла всю эту троицу: Зощенко и Шварц были люди того же интеллектуального уровня, что и Тынянов. Он отлично дополнял их обоих.

Чудесно изображал он профессора Венгерова (Семена Афанасьича),академика Орлова, академика Шахматова, профессора Щербу, артиста Михоэлса, и на этом поприще у него был единственный соперник — Ираклий Андроников.

Как и Андроников, он не просто копировал внешние особенности того или иного лица, но полностью перевоплощался в него: так что, когда он изображал, например, Пастернака, мне казалось, что даже пальцы, даже ресницы, даже уши становились у него пастернаковскими.

…Каждую человеческую личность Тынянов воспринимал как художник, во всем своеобразии ее индивидуальных особенностей, которые всегда были страшно интересны ему, как интересны они только художникам.

Ибо он был раньше всего портретист, живописец человеческих характеров, чрезвычайно остро ощущавший в каждом жесте, в каждом слове человека, в его походке, в его манерах, в очертании его носа и глаз самое существо его личности.

  • …Я помню, как полнокровно, с каким изобилием живописных подробностей изображал он у меня на ленинградской квартире легкомысленного, чванного, скупого и все же милого какой-то обаятельной детскостью Сергея Львовича Пушкина, в голубом галстуке, в кригс-комиссариатском мундире, и потом, когда я прочитал в его незаконченном романе страницы, посвященные Сергею Львовичу, я вспомнил, что уже видел этого человека — у себя на квартире, на Кирочной улице, за десять лет до того, — когда Тынянов исполнял его роль.
  • Но была в характере Тынянова одна непостижимая странность, которая глубоко огорчала меня.
  • Этот природный художник, мастер живописи, портретист по призванию, человек очень конкретного бытового мышления, воскресавший воображением десятки давно умерших людей, не ценил своего дарования и даже как бы стыдился его.
  • Те чудесные портреты старинных писателей, которые он так легко и свободно, такой уверенной кистью воссоздавал перед нами, оставались достоянием тесного круга друзей и не выходили за пределы его устного творчества, а читатели даже не подозревали о них.
  • Читатели знали Тынянова как автора очень ценных ученых работ, написанных с большой эрудицией, и, я думаю, были бы весьма изумлены, если бы в одно из воскресений увидели этого творца многосложных теорий, как он в гостях у нашего общего друга разыгрывает пантомиму о некоем дряхлом, но очень похотливом филологе, влюбившемся в свою аспирантку.

По какой-то непонятной причине Тынянов-ученый не любил Тынянова-художника, держал его в черном теле, исключительно для домашних услуг, и давал ему волю лишь в веселой компании, по праздникам, когда хотел отдохнуть от серьезных занятий. Это, повторяю, огорчало меня. Не то чтобы я не уважал его ученых трудов.

Как самобытный мыслитель, как эрудит, как исследователь, он не мог не импонировать мне. В его книгах, написанных на историко-литературные темы, было много широких идей и зорко подмеченных фактов.

Но эти книги, статьи, брошюры не вызывали во мне той непосредственной радости, того восторженного, благодарного чувства, которое пробуждала во мне его (если можно так выразиться) изустная живопись.

Однажды эти две ипостаси Тынянова — ученого и художника — явились передо мною с особой наглядностью.

На Невском, 28, существовал в 1924 году очень неуютный и замызганный клуб при ленинградском Госиздате, клуб для служащих, и там Юрию Николаевичу случилось прочесть лекцию об «архаисте» Кюхельбекере.

Лекция была посвящена исключительно стилю писателя, причем стиль рассматривался как некая самоцельная сущность; и, так как слушатели были равнодушны к проблемам, которые ставил перед ними докладчик, и вообще утомлены целодневной работой, они приняли лекцию сумрачно. Но когда после окончания лекции мы шли обратно по Невскому и потом по Литейному, Юрий Николаевич так художественно, с таким обилием живописных подробностей рассказал мне трагическую жизнь поэта, так образно представил его отношения к Пушкину, к Рылееву, к Грибоедову, к Пущину, что я довольно наивно и, пожалуй, бестактно воскликнул:  — Почему же вы не рассказали о Кюхле всего этого там, перед аудиторией, в клубе? Ведь это взволновало бы всех. А мне здесь, на улице, вот сейчас, по дороге, рассказали бы то, что говорили им там.

Он насупился. Ему было неприятно при мысли, что Тынянов-художник может нанести хоть малейший ущерб Тынянову-ученому, автору теоретических книг и статей.

И должно же было так случиться, что через несколько дней одно ленинградское издательство, функционировавшее под загадочным и звонким названием «Кубуч», вздумало издавать детские книжки — для среднего и старшего возраста — и поручило мне наладить это дело.

В план издательства я самовольно включил и маленькую тыняновскую книжку о Кюхле — не больше пяти листов. Предполагалась серия таких биографий.

Когда я пришел к Юрию Николаевичу и стал упрашивать его, чтобы он написал эту книжку, он согласился с большой неохотой; и кажется, если бы не бедность, угнетавшая его тогда особенно тяжко, он ни за что не взялся бы за такую работу, которая отвлекала его от научных занятий.

Так что делать было нечего, и Юрию Николаевичу пришлось скрепя сердце приняться за писание этой заказанной книжки, благо она так невелика.

Мы не видались довольно долгое время — Юрий Николаевич уехал куда-то на юг, но я хорошо помню свое изумление, когда он принес мне объемистую рукопись «Кюхли», в которой, когда мы подсчитали страницы, оказалось не пять, а девятнадцать листов! Так легко писал он этот свой первый роман, что даже не заметил, как у него написалось четырнадцать лишних листов! Вместо восьмидесяти заказанных ему страниц он, сам того не замечая, написал больше трехсот, то есть перевыполнил план чуть ли не на четыреста процентов. Все главы, за исключением двух-трех, были написаны им прямо набело и поразительно быстро. Он почти не справлялся с архивами, так как все они были у него в голове.

Своим творческим воображением он задолго до написания книжки пережил всю жизнь Кюхельбекера как свою собственную, органически вжился в ту эпоху, усвоил себе ее стиль, ее язык, ее нравы, и ему не стоило ни малейших усилий заносить на бумагу те картины и образы, которые с юности стали как бы частью его бытия. Впоследствии оп всегда вспоминал эти блаженные месяцы, когда им с такой фантастической легкостью — страница за страницей, глава за главой — создавался его первый роман, как счастливейшую пору своей творческой жизни.

Но что было делать с издательством? Как виноватые пришли мы в «Кубуч»… Но тут случилось чудо, почти небывалое в тогдашней издательской практике. Один из главарей «Кубуча» (тов. Сапир) догадался не страховать себя трусливой уклончивостью, а взять и прочитать весь роман. Прочитал и сделался таким страстным приверженцем «Кюхли», что героически отстоял его перед синклитом издательства.

Печатание «Кюхли» шло быстро.

Еще до того как появились первые корректуры, Тынянов задумал новый роман: о русских, проживавших в Париже в 1770-х годах и участвовавших во французской революции, — о князьях Голицыных, о графе Павле Строганове.

Роман был полностью готов у него в голове, на столе у него высилась груда блокнотов, где были записаны нужные ему материалы; казалось, стоит только взять в руки перо — и роман возникнет сам собою.

И другой роман был у него в голове — об «арапе Петра Великого»; и он тогда с большим азартом принялся собирать материалы о Петровской эпохе, которые пригодились ему лишь впоследствии, для его позднейшей повести «Восковая персона». Он хотел посвятить своего «Кюхлю» отцу; где-нибудь в его бумагах найдется, может быть, текст этого посвящения, очень лаконический, полный задушевной признательности, потому что с отцом у него была большая духовная связь.

Но вот и корректурные гранки «Кюхли». Юрий Николаевич в корне переработал главу «Петровская площадь» — о декабристском восстании (в сущности, написал ее заново) — и стал очень взволнованно и даже тревожно ждать появления книги. Эта тревога отразилась в той записи, которую за день до выхода книги, 1 декабря 1925 года, он сделал на странице моего альманаха «Чукоккала»:

«Сижу, бледнея, над экспромтом, И даже рифм не подыскать. Перед потомками потом там За все придется отвечать

(Накануне рождения „Кюхли“ — поэтому так плохо)».

Потомки уже вынесли ему свой приговор, ибо тотчас же после появления в печати «Кюхля» сделался раз навсегда любимейшей книгой и старых и малых советских людей, от двенадцати лет до восьмидесяти. Стало ясно, что это и в самом деле универсальная книга — и для высококвалифицированного, и для так называемого рядового читателя, и для академика, и для школьницы четвертого класса.

Последняя книга Тынянова, «Пушкин», вызывает во мне трагические воспоминания. Начал он эту книгу с большим аппетитом, очень бодро и радостно; и когда я, бывало, при встрече спрашивал: «Ну, сколько теперь лет вашему Александру Сергеевичу?» — он отвечал с виноватой улыбкой: «Вот честное слово: написал о нем двести страниц, а ему все еще семь».

Потом, при новой встрече: — Ему уже стало четырнадцать.

Роман был весь у него в голове — капитальнейшая, многотомная книга о Пушкине, но вдруг что-то застопорилось, и я впервые услышал от Юрия Николаевича такое странное в его устах слово: «Не пишется»; он стал просиживать над иными страницами по две, по три недели, и браковал их, и вновь переписывал, и вновь браковал. А потом обнаружилось, что во всем виновата болезнь; и хотя он нечеловеческим усилием воли все еще пытался писать, но эти попытки оказались бесплодными; и когда наконец он окончательно оторвался от своей недописанной книги, это для него значило: смерть.

Из книги «Воспоминания о Ю. Тынянове. Портреты и встречи» (М.: «Советский писатель», 1983).

Источник: https://omiliya.org/article/o-yurii-nikolaeviche-tynyanove-kornei-chukovskii.html

Ссылка на основную публикацию