Анализ стихотворений антона дельвиг

Анализ стихотворений Антона Дельвиг

  • Поляк Евгений Геннадьевич, учитель русского языка и литературы  МОУ ИРМО
  • «Кудинская СОШ», Иркутская область.

Снова, други, в братский круг Собрал нас отец похмелья, Поднимите ж кубки вдруг В честь и дружбы, и веселья. Но на время омрачим Мы веселье наше, братья, Что мы двух друзей не зрим И не жмем в свои объятья. Нет их с нами, но в сей час В их сердцах пылает пламень. Верьте. Внятен им наш глас, Он проникнет твердый камень. Выпьем, други, в память их! Выпьем полные стаканы, За далеких, за родных

Будем ныне вдвое пьяны.

Стихотворение посвящено очередной годовщине открытия Царскосельского лицея, оно было написано 19 октября 1826 года. Всего в творчестве Антона Дельвига стихотворений, посвящённых «лицейскому празднику» 4: это «19 октября» 1822, 1824, 1825 и 1926 гг, последнее более известно по первой строке  «Снова, други, в братский круг».

Конечно, широкому кругу читателей в большей степени известны стихи Пушкина к лицейским годовщинам, как и то, что именно Пушкин был хранителем традиций лицейского братства.

Но лицеисты отмечали дату открытия Лицея и без него. Так состоялась встреча друзей 19 октября 1822 года, когда Пушкин был в южной ссылке.

Тогда «лицейский зал» для встречи «воскрес» в квартире Илличевского. В 1824 году, находясь в Михайловском, Пушкин снова не смог присоединиться к празднованию 19 октября. Но сама встреча состоялась.

В квартире Яковлева и Вольховского снова прозвучали стихи Дельвига.

Семь лет пролетело, но, дружба, Ты та же у старых друзей: Всё любишь лицейские песни,

Всё сердцу твердишь про Лицей.

В 1825 году в Михайловском Пушкин пишет самое известное своё лицейское стихотворение «19 октября», но снова не может обнять друзей, пришедших на встречу. А Дельвиг пишет своё «19 октября» 1825 года.

В третий раз, мои друзья, Вам пою куплеты я

В этом же стихотворении Дельвиг обещает:

И в четвертый раз, друзья Воспою охотно я Вам лицейский праздник. Лейся, жженка, через край, Ты ж под голос наш играй,

Яковлев-проказник.

Поэт как будто предчувствует, что, несмотря на обещание Пушкина быть с друзьями 19 октября 1826 года, обстоятельства помешают тому быть, и воспевать встречу придется снова ему, Дельвигу.

Поэтому вполне закономерно, что стихотворение начинается словом «снова»:

Снова, други, в братский круг Собрал нас отец похмелья, Поднимите ж кубки вдруг

В честь и дружбы, и веселья.

«Снова» здесь можно рассматривать в двух контекстах: снова встреча – это признак сложившейся традиции, и снова лицейское братство воспевает Дельвиг.

В первой строфе обозначена тема – веселье в братском кругу в честь дружбы. На общее настроение веселья накладывается отпечаток высокого чувства к друзьям, дружбе, Лицею, где эта дружба родилась, в застольной речи звучит устаревшая форма обращения «други» и слово «вдруг» в устаревшем значении «разом, дружно», а в честь дружбы поднимаются не стаканы, а кубки.

Во второй строфе настроение меняется.

Но на время омрачим Мы веселье наше, братья, Что мы двух друзей не зрим

И не жмем в свои объятья.

Используя прием умолчания, не называя имен, автор напоминает друзьям о недавних событиях 1825 года и их последствиях. И друзья, и читатели понимают, что речь идет о декабристах Кюхельбекере и Пущине.

Но, несмотря на расстояние и трагические события, разделяющие друзей, они чувствуют взаимосвязь, собравшиеся на встречу шлют слова поддержки и знают, что их друзья пылают ответным дружеским чувством, тем более ценным сейчас, когда они в беде.

Нет их с нами, но в сей час В их сердцах пылает пламень.

При чтении следующих двух строк смутно наметившаяся ранее параллель с более известным стихотворением становится явной.

Верьте. Внятен им наш глас, Он проникнет твердый камень.

  1. Справедливости ради следует отметить, что стихотворение Дельвига написано в 1826 году, а Пушкинское послания «В Сибирь» – в 1827 году, то есть, пальма первенства в создании образа дружеского «гласа», проникающего через затворы и камень, принадлежит Дельвигу.
  2. Заканчивается стихотворение призывом выпить в память друзей, которых нет рядом, за друзей «далеких, родных».
  3. Стихотворение написано четырёхстопным хореем с использованием перекрёстных женских и мужских рифм.

Использование художественных средств сведено к минимуму. Это устаревшая высокая лексика, метафоры «отец похмелья», «в их сердцах пылает пламень». Минимализм использования средств выразительности делает речь, обращённую к близким друзьям, максимально простой и прозрачной, но при этом служит для создания общего пафоса дружбы.

Источник: http://journalpro.ru/articles/analiz-stikhotvoreniya-a-a-delviga-quot-snova-drugi-v-bratskiy-krug-quot/

Литература

Антон Антонович Дельвиг
Анализ стихотворений Антона Дельвиг

Биография

Антон Антонович
Дельвиг родился в Москве, в семье генерал-майора, происходившего из обедневшего
рода прибалтийских немецких баронов.

Семья была настолько обрусевшей, что
Дельвиг даже не знал немецкого языка. Отец, Антон Антонович Дельвиг (17.6.1773
— 8.7.1828) — офицер, майор Астраханского полка, генерал-майор (1816).

Мать —
Любовь Матвеевна Красильникова была внучкой русского ученого-астронома.

В 1811 году
Дельвиг поступил в Царскосельский лицей; учился он лениво, но рано начал писать
стихи, и уже в 1814 году они появились в печати, в «Вестнике Европы» («На
взятие Парижа» — за подписью Русский).

Кончил курс с
первым выпуском лицея, в 1817 г., и к выпуску написал стихотворение «Шесть
лет», которое было напечатано, положено на музыку и неоднократно пелось
лицеистами.

Служил в департаменте горных и соляных дел, оттуда перешёл в
канцелярию Министерства финансов; с 1821 по 1825 г. был помощником библиотекаря
(И. А. Крылова) в Императорской публичной библиотеке. Затем до смерти своей
служил в Министерстве внутренних дел.

Умер от тифа («гнилой горячки») в 32
года. Похоронен на некрополе мастеров искусств Александро-Невской лавры.

Александр Сергеевич Пушкин посвятил Дельвигу стихотворение. Блажен,
кто с юных лет увидел пред собою
Извивы темные двухолмной высоты,
Кто жизни в тайный путь с невинною душою

Пустился пленником мечты!

Наперснику
богов безвестны бури злые,
Над ним их промысел, безмолвною порой
Его баюкают Камены молодые

И с перстом на устах хранят певца покой.

Стыдливой
Грации внимает он советы
И, чувствуя в груди огонь еще младой,
Восторженный поет на лире золотой.

О Дельвиг! счастливы поэты!

Мой
друг, и я певец! и мой смиренный путь
В цветах украсила богиня песнопенья,
И мне в младую боги грудь

Влияли пламень вдохновенья.

В
младенчестве моем я чувствовать умел,
Всё жизнью вкруг меня дышало,
Всё резвый ум обворожало.

И первую черту я быстро пролетел.

С
какою тихою красою
Минуты детства протекли;
Хвала, о боги! вам, вы мощною рукою

От ярых гроз мирских невинность отвели.

Но
всё прошло — и скрылись в темну даль
Свобода, радость, восхищенье;
Другим и юность наслажденье:

Она мне мрачная печаль!

Так
рано зависти увидеть зрак кровавый
И низкой клеветы во мгле сокрытый яд. Нет, нет! ни счастием, ни славой

Не буду ослеплен. Пускай они манят

На
край погибели любимцев обольщенных.
Исчез священный жар!
Забвенью сладких песней дар

И голос струн одушевленных!

Во
прах и лиру и венец!
Пускай не будут знать, что некогда певец,
Враждою, завистью на жертву обреченный,

Погиб на утре лет.

Как
ранний на поляне цвет,
Косой безвременно сраженный.
И тихо проживу в безвестной тишине;
Потомство грозное не вспомнит обо мне,
И гроб несчастного, в пустыне мрачной, дикой,

Забвенья порастет ползущей повиликой!

Анализ
стихотворения А. С. Пушкина «К Дельвигу»

1.   
Семантический анализ

1) В этом стихотворении присутствуют два
основных образа – образ автора (Пушкина) и его друга Антона Антоновича
Дельвига. Эти образы названы прямо, поэтому нет надобности выявлять их из
подтекста.

Автор обращается к своему другу, доверяя ему свои самые сокровенные
мысли, переживания, чувства.

Александр Сергеевич рассказывает другу о жизни
поэта (а точнее – самого его, Пушкина), описывает свои чувства и ощущения, которые
он испытывает, когда пишет стихотворения.

2) Два главных образа связаны крепкой
дружбой, начавшейся ещё в лицейские годы. Дельвиг – также поэт, и Пушкин,
возможно, хотел посредством этого стихотворения разъяснить что-либо своему
другу.

3) Сопутствующими образами в данном
стихотворении являются образы остальных людей, вне их дружбы, союза. Так же это
образы соблазнов большого света — славы, клеветников, которые могли бы
разрушить их дружбу. В произведении Пушкин описывает свое противостояние этим
силам.

4) Автор рассказывает о музе, о её
неуловимости в поэтическом мире. При прочтении стихотворения возникает ощущение
красоты, легкости и чего-то прекрасного благодаря грамотному выстраиванию
Пушкиным ассоциативных рядов.

  • 2.   
    Анализ изобразительных средств
  •         1) Автор применяет инверсии:
  • …Стыдливой Грации внимает он советы…
  • Риторические обращения:
  • …Хвала, о боги! …
  • Олицетворения:
  • …Нет,
    нет! ни счастием, ни славой
  • Не
    буду ослеплен. Пускай они манят…
  • Оксюморон:
  • …От
    ярых гроз мирских невинность отвели…
  • Эпитет:
  • …Так рано зависти увидеть зрак
    кровавый…
  • Сравнения:
  • …Как
    ранний на поляне цвет, Косой безвременно сраженный…

2) В данном стихотворении преобладает
опоясывающая рифма (рифмуются первая и четвертая, вторая и третья строки).
Стихотворение состоит из одиннадцати четверостиший.

Однако в последнем отрывке
мы наблюдаем появление одного шестистишия, возможно, для того, чтобы
подчеркнуть особый смысл, подвести итог всему вышесказанному.

В четверостишиях
чередуются мужская и женская рифма, присутствуют инверсии.

Источник: http://annanikulina3.blogspot.com/p/blog-page_14.html

Анализ стихотворения Дельвига “К Диону”

Творческое наследие Антона Дельвига немногочисленно, так как лицейский товарищ Пушкина, по собственному признанию, отличался хронической ленью.

Именно поэтому он не преуспел в учебе и был одним из первых кандидатов на отчисление из Царскосельского лицея. Юного Дельвига спасло лишь то, что он очень рано начал писать стихи, и в 16 лет уже публиковался в московских журналах.

Именно этому периоду творчества поэта принадлежит стихотворение “К Диону”, выдержанное в древнегреческой манере.

Сам Антон Дельвиг на полном серьезе считал себя

эллином и восхищался античной литературой. Поэтому неудивительно, что сюжет этого произведения основан на древнегреческой мифологии, а его главным героем является Дион (или Дионис) – бог виноделия.

Именно к нему обращается юный поэт, предлагая скоротать время “под сенью развесистой рощи” и отдать дань уважения молодому фалернскому вину. “В честь вечно юного Вакха осушим мы дно золотое”, – провозглашает свой первый тост поэт, отмечая при этом, что сам он настроен на философский лад.

Действительно, в этом произведении Дельвиг рассуждает о том, насколько скоротечно время, и неумолимый бог Хронос беспощаден к юношам, которые просят его замедлить свой бег.

В итоге молодой человек не успевает оглянуться, как превращается в дряхлого старика и ловит насмешки юного бога Эроса, который когда-то был к нему благосклонен.

Поэтому поэт выводит для себя некую формулу счастья, утверждая, что не стоит “в жизни сей краткой за тщетною славой гоняться”. По мнению поэта, жить вечно в трудах ради того, чтобы стать знаменитым, и при этом добровольно отказаться от счастья – глупо и расточительно. Ведь боги даровали человеку жизнь “для наслаждений любви”, а не для того, чтобы он превозносил самого себя.

Именно по этой причине Дельвиг считает, что бессмысленно тратить свою жизнь на то, чтобы разбогатеть. По его мнению, богиня Фортуна благосклонна лишь к тем, кто относится к богатству с легкостью и не боится потерять то, что имеет.

Читайте также:  Доклад на тему всемирное наследие юнеско

Но при этом высшей ценностью для человека должны оставаться чувства, которые неподвластны деньгам, так как за них мы “счастье себе не прикупим”.

Мирская суета также утомляет юного поэта, который убежден, что жизнь нужно посвятить созерцанию прекрасного.

Именно поэтому время от времени нужно приглашать бога Диона провести вечер под сенью деревьев и вкусить дары небес, к которым поэт относит вино и фрукты. Такое времяпровождение, по мнению Дельвига, позволяет обрести душевное равновесие и на время забыть мирские заботы, которые привносят в жизнь любого человека хаос и суету.

(No Ratings Yet) Loading… Анализ стихотворения Дельвига “К Диону”« Образ и характер Митрофана по комедии Недоросль (Фонвизин Д. И.)Карамзин Николай Михайлович биография »

Источник: https://lit.ukrtvory.ru/analiz-stixotvoreniya-delviga-k-dionu/

Антон Дельвиг. Критика. Анализ поэзии А. Дельвига

Н. В. Фридман

«Никто на свете не был мне ближе Дельвига», — писал Пушкин о безвременной кончине своего лучшего друга.

Дельвиг первым угадал и оценил гений Пушкина, когда тот был еще мальчиком. Под впечатлением от публичного лицейского экзамена в январе 1815 г., на котором Пушкин читал свои «Воспоминания в Царском Селе», Дельвиг сочинил стихотворение, которое заканчивалось так:

Пушкин! Он и в лесах не укроется: Лира выдаст его громким пением,

И от смертных восхитит бессмертного Аполлон на Олимп торжествующий.

Еще в конце 1824 г. Дельвиг стал издавать альманах «Северные цветы», а в 1830-1831 гг. — «Литературную газету», вокруг которой объединились, передовые писатели во главе с Пушкиным.

«Литературная газета» прежде всего боролась с реакционной журналистикой Булгарина и Греча, и роль Пушкина в ней была настолько велика, что — по верному замечанию современного исследователя — «она никак не может быть определена словом «сотрудник». И все же Дельвиг вошел в историю русской культуры прежде всего как поэт.

Еще Пушкин писал о Дельвиге, называя его «прекрасным талантом»: «Он не был оценен при раннем появлении на кратком своем поприще: но он еще не оценен и теперь, когда покоится в своей безвременной могиле!» И даже в наши дни поэзия Дельвига иногда рассматривается с чисто формальной стороны, как некое «упражнение» в жанрах и стихотворных размерах. Между тем поэзия Дельвига глубоко содержательна и может быть отнесена к числу интереснейших идейно-художественных явлений пушкинского времени.

Понятие поэты пушкинской плеяды поныне точно не определено. Недаром часто говорят о поэтах пушкинской поры, пушкинского окружения и т. п.

С нашей точки зрения, к пушкинской плеяде следует относить тех поэтов, которые были связаны личной дружбой с Пушкиным, испытали его творческое влияние. Но все же эти поэты были интереснее всего там, где не повторяли, не дублировали Пушкина.

Это хорошо понимал и сам Пушкин. Недаром он писал о крупнейшем из поэтов пушкинской плеяды Боратынском: «Он у нас оригинален — ибо мыслит».

Сосредоточенно-философская поэзия Боратынского, удалая гусарская поэзия Дениса Давыдова, грубовато-вакхическая поэзия Языкова отражали влияние Пушкина. Но никто из этих поэтов не был подражателем, эпигоном Пушкина. Собственной, ярко выраженной творческой индивидуальностью обладал и Дельвиг.

Дельвиг входил в организации, связанные с передовыми, в первую очередь декабристскими, идеями — в «Зеленую лампу» и в Вольное общество любителей российской словесности. В его стихах встречаются смелые выпады против властей и церкви. Он переводит, по-видимому, в 1821 г.

одно из атеистических произведений Беранже («Подражание Беранже») и уже в 1814 г. прославляет тех, «кто в советах не мудрствует», явно иронически характеризуя правящие круги («Пушкину»), но политические идеалы Дельвига были довольно расплывчатыми. Дельвиг-поэт чувствует себя затерянным и лишним в современной ему действительности.

Он отчетливо видит тяжкий «удел поэта» (так и называется одно из его стихотворений). Образ поэта дан у Дельвига в двух планах — реально-бытовом и возвышенно-романтическом. Характерно, что в своих стихах Дельвиг очень прочно прикрепляет к себе эпитет бедный, имеющий как материальное, так и моральное значение.

У Дельвига есть стихотворение «Утешение бедного поэта» и «Бедный Дельвиг». Второе из них начато словами:

Вот бедный Дельвиг здесь живет,Не знаем суетою,Бренчит на лире и поет

С подругою мечтою.

Но именно «мечта» — романтические устремления — позволяла Дельвигу создать в своей лирике и образ поэта-пророка, близкий к такому же образу у Пушкина. Это поэт, которому открыто будущее; он стоит гораздо выше окружающей его среды, где он должен вести жалкое существование.

Кульминации эти мысли Дельвига достигает в стихотворении «Поэт», сочиненном в 1820 г., в пору развития декабристского движения. Здесь поэт-пророк представлен как обличитель общественного зла, осуществляющий свое призвание вопреки безнравственности общественных верхов.

Познайте! Хоть под звук цепей Он усыплялся б в колыбели,

И все же возвышенно-патетический тон строк мало характерен для Дельвига. Официальному и светскому миру Дельвиг, вслед за Батюшковым и ранним Пушкиным, противопоставляет искреннюю дружбу и земную пылкую любовь — «счастье в Лилете».

При этом, в отличие от своих предшественников, он, так сказать, распространяет эту философию на все возрасты человеческой жизни и даже на старость и смерть.

Дельвиг часто рисует старика, который не только не тяготится своими годами, но вместе с юношами говорит о вине и любви; он «по опыту веселый человек».

Самыми замечательными и самыми характерными стихотворениями Дельвига были идиллии, заслужившие высокую оценку Пушкина. «Идиллии Дельвига для меня удивительны, — писал Пушкин.

— Какую должно иметь силу воображения, дабы из России так переселиться в Грецию, из 19 столетия в золотой век, и необыкновенное чутье изящного, дабы так угадать греческую поэзию сквозь латинские подражания или немецкие переводы».

Дельвиг действительно — и в этом выражались романтические тенденции его творчества — хотел уйти от неудовлетворявшей его современности в воображаемый «золотой век» древней Греции.

Вспомним, что и Пушкин, и многие близкие к нему поэты, используя образ из поэмы Гесиода «Труды и дни», называли свой, XIX век «железным». «Наш век — торгаш; в сей век железный Без денег и свободы нет», — писал Пушкин в «Разговоре книгопродавца с поэтом».

А Боратынский начал стихотворение «Последний поэт» словами: «Век шествует путем своим железным, В сердцах корысть…». Тема гибели «золотого века» с большой силой выразилась и в поэзии Дельвига. Одна из его самых ярких идиллий озаглавлена «Конец золотого века».

Здесь нарисована гибель некогда счастливой Аркадии и наступившие затем тяжелые времена. В идиллии путешественник восклицает:

Жестокие люди С детства гонят меня далеко от родимого града. На что его собеседник-пастух отвечает: Вечная ночь, поглоти города! Из вашего града Вышла беда и на бедную нашу Аркадию!

Эти последние строки связаны с глубинами мироощущения Дельвига и его романтическими настроениями. Дельвиг вообще отрицательно относился к современной ему городской цивилизации и к типичной для нее власти денег. И с тем большим упорством он стремился хотя бы в поэзии воспроизвести картины золотого века древней Греции.

Опираясь на идиллии Феокрита, Дельвиг проникает в самую суть античного искусства и в то же время очень обдуманно выбирает свой творческий материал.

Его не интересуют городские сцены, нарисованные эллинским поэтом в нарочито грубоватых тонах, он старается воспроизвести и творчески переосмыслить мотивы буколических, пастушеских сцен Феокрита, изображающих кипение и покой человеческого духа и земную красоту.

Мир света и доброты в идиллиях Дельвига создан яркими красками, пластичностью и предельной зримостью образов. Поэт дал превосходные образцы русского гекзаметра и заявил себя как блестящий мастер поэтической звукописи и ритмики.

Большинство звуковых и ритмических приемов и опытов Дельвига было несомненно удачным и знаменовало собой значительный шаг вперед в области стихотворного мастерства. Это, быть может, сильнее всего сказалось в таком мало освоенном в русской литературе того времени жанре, как сонет. Недаром Пушкин в стихотворении «Сонет» писал:

У нас еще его не знали девы,Как для него уж Дельвиг забывал

Гекзаметра священные напевы.

Сонеты Дельвига прекрасно звучат и отличаются той медленной певучестью, той поэтической кантиленой, без которых вообще невозможно представить высокохудожественный образец этого жанра. Такое «сладкозвучие» живет в начале стихотворения Дельвига «H. М. Языкову», которое, вероятно, является лучшим сонетом в его творчестве:

Младой певец, дорогою прекраснойТебе идти к парнасским высотам,Тебе венок (поверь моим словам)Плетет Амур с каменой сладкогласной.От ранних лет и пламень не напрасныйХраню в душе, благодаря богам,Я им влеком к возвышенным певцам

С какою-то любовью пристрастной.

Прав был Пушкин, писавший после смерти Дельвига, что в его произведениях «заметно необыкновенное чувство гармонии и той классической стройности, которой никогда он не изменял». Эти свойства поэзии Дельвига проявились и в его песнях, которые прочно вошли в историю русской литературы и музыки.

Песни Дельвига — не просто подражание народным песням или их использование. Они глубоко содержательны и отражают мироощущение «бедного Дельвига».

В этих песнях звучат преимущественно мотивы печали и щемящей тоски, то «уныние новейшей поэзии», которое — по словам Пушкина — было одной из отличительных черт творчества Дельвига, Вспомним знаменитую песню «Соловей, мой соловей», получившую широкую популярность благодаря музыке Алябьева. Это песня о погубленной любви, о девушке, которую разлюбил милый:

  • Кто-то бедная, как я,Ночь прослушает тебя,Не смыкаючи очей,Утопаючи в слезах?Побывай во всех странах,В деревнях и в городах:Не найти тебе нигде
  • Горемышнее меня.
  • Песни Дельвига, несмотря на иногда проявляющуюся в них «литературность», были гораздо более народными, чем песни русских сентименталистов — Карамзина, Дмитриева и Нелединского-Мелецкого, так как песни этих авторов сильно портила излишняя чувствительность и манерность.

В стихотворных ритмах своих песен Дельвиг подчас предвосхищает Некрасова. Б. В. Томашевский привел прекрасный пример сходства ритмических интонаций Дельвига и Некрасова в трехстопном ямбе дактилического окончания.

Мой суженый, мой ряженый, Услышь меня, спаси меня!..

Б. В. Томашевский сопоставил с этим началом песни Дельвига одно из мест поэмы Некрасова «Кому на Руси жить хорошо» («Разобран по кирпичику Красивый дом помещичий…» и т. д.). Но можно привести еще более близкое к строчкам Дельвига место из этой поэмы:

Ой, ласточка! ой, глупая!Не вей гнезда под берегом,

Под берегом крутым!

И дело здесь не только в ритмическом сходстве. В процитированной выше песне «Сон» Дельвиг предвосхитил не только ритмическую энергию и стремительность стихов Некрасова, но и их чисто народный колорит и одну из лучших черт созданного Некрасовым характера русской женщины — необыкновенную силу ее любви, силу, преодолевшую все препятствия.

На тексты песен Дельвига, равно как и на тексты его романсов и элегий, писали свои произведения крупные русские композиторы — М. И. Глинка, А. С. Даргомыжский, А. А. Алябьев, А. Е. Варламов и др.

Особенно показательна любовь к поэзии Дельвига Глинки, тесно связанного и по времени и по характеру своего творчества с Пушкиным и поэтами его плеяды. Глинка сочиняет вариации на музыку романса Алябьева «Соловей» со словами Дельвига.

Сочиняет он и очень популярный романс на слова Дельвига «Не осенний частый дождичек…».

Дельвиг с несправедливой скромностью оценивал свое творчество. Ему казалось, что он только помогал другим поэтам, а его лирика лишь отражает свет чужих, гораздо более значительных художественных образов. Дельвиг писал о Пушкине и Боратынском, дарование которых он открыл и поддерживал: «И славой их горжусь в вознагражденье». На самом же деле Дельвиг явно недооценивал себя.

Читайте также:  Мандрагора - краткое содержание книги макиавелли

Он был самостоятельной, обладающей собственным, неземным, светом, звездой пушкинской плеяды. Конечно, его творчество захватывало довольно узкий диапазон интимно-психологических мотивов, и он на практике не осуществил выдвинутые им в критических статьях принципы реализма. Но в области интимно-психологической лирики он сделал много.

Особенно большим было значение Дельвига в создании отмеченных печатью народности русских песен и высокохудожественных произведений в античном духе. Идиллии Дельвига, столь высоко оцененные Пушкиным, в пределах этого жанра до сих пор остаются непревзойденными в русской поэзии. Дельвиг и сам понимал, что здесь он отличается от Пушкина и идет своим путем.

Недаром он однажды сказал: «Пушкину позволительно ошибаться в древних размерах: он ими не пишет!»

Не менее важно, что поэзия Дельвига воплощала высокую гуманность и человечность ее автора. Потому-то Пушкин с грустью писал о смерти своего ближайшего друга: «Со мной доброго Дельвига нет».

Но добрая поэзия Дельвига осталась с нами. Сейчас нас по-прежнему восхищает ослепительный блеск «солнца русской поэзии» — Пушкина.

Но до нас доносит мягкий, ровный и теплый свет и добрая звезда лирики Дельвига.

Л-ра: Литература в школе. – 1973. – № 4. – С. 90-92.

Биография

Произведения

  • Друзья, друзья! я Нестор между вами
  • Любовь
  • Не говори: любовь пройдёт

Критика

  • «Внимая звуку струн твоих…»
  • Загадка «бронзового Сфинкса»
  • Поэзия Дельвига

Ключевые слова: Антон Дельвиг,А. С. Пушкин,критика на творчество Антона Дельвига,скачать критику,скачать бесплатно,русская литература 19 в

Источник: https://md-eksperiment.org/post/20200120-poeziya-delviga

А. А. Дельвиг (1798–1831)

А. А. Дельвиг (1798–1831)

В отличие от Вяземского, лицейский и послелицейский товарищ Пушкина Антон Антонович Дельвиг облек свой романтизм в классицистические жанры. Он стилизовал античные, древнегреческие и древнеримские стихотворные формы и размеры и воссоздавал в своей лирике условный мир древности, где царствуют гармония и красота.

Для своих античных зарисовок Дельвиг[8] избрал жанр идиллий и антологических стихотворений. В этих жанрах Дельвигу открывался исторически и культурно-определенный тип чувства, мышления и поведения человека античности, который являет собой образец гармонии тела и духа, физического и духовного («Купальницы», «Друзья»).

«Античный» тип человека Дельвиг соотносил с патриархальностью, наивностью древнего «естественного» человека, каким его видел и понимал Руссо. Вместе с тем эти черты – наивность, патриархальность – в идиллиях и антологических стихотворениях Дельвига заметно эстетизированы.

Герои Дельвига не мыслят свою жизнь без искусства, которое выступает как органическая сторона их существа, как стихийно проявляющаяся сфера их деятельности («Изобретение ваяния»).

Действие идиллий Дельвига развертывается обычно под сенью деревьев, в прохладной тишине, у сверкающего источника. Поэт придает картинам природы яркие краски, пластичность и живописность форм. Состояние природы всегда умиротворенное, и это подчеркивает гармонию вне и внутри человека.

Герои идиллий и антологий Дельвига – цельные существа, никогда не изменяющие своим чувствам. В одном из лучших стихотворений поэта – «Идиллия» (Некогда Титир и Зоя под тенью двух юных платанов…) – восхищенно рассказывается о любви юноши и девушки, сохраненной ими навеки.

В наивной и чистой пластической зарисовке поэт сумел передать благородство и возвышенность нежного и глубокого чувства. И природа, и боги сочувствуют влюбленным, оберегая и после их смерти неугасимое пламя любви.

Герои Дельвига не рассуждают о своих чувствах – они отдаются их власти, и это приносит им радость.

В другой идиллии – «Друзья» – весь народ от мала до велика живет в согласии. Ничто не нарушает его безмятежного покоя.

После трудового дня, когда «вечер осенний сходил на Аркадию», «вокруг двух старцев, друзей знаменитых» – Палемона и Дамета – собрался народ, чтобы еще раз полюбоваться их искусством определять вкус вин и насладиться зрелищем верной дружбы. Привязанность друзей родилась в труде.

Отношения любви и дружбы выступают в поэзии Дельвига мерилом ценности человека и всего общества. Не богатство, не знатность, не связи определяют достоинство человека, а простые личные чувства, их цельность и чистота.

Читая идиллии Дельвига, можно подумать, что он явился запоздалым классицистом в романтическое время. Самые темы, стиль, жанры, размеры – все это взято у классицистов. И все-таки причислять Дельвига к классицистам или сентименталистам, которые тоже культивировали жанр идиллий (В. И.

 Панаев), было бы ошибочно. Дельвиг, прошедший школу Жуковского и Батюшкова, также был романтиком, который тосковал по утраченной античности, по патриархальности, по «естественному» человеку, по условному миру классической стройности и гармонии.

Он был разочарован в современном обществе, где нет ни настоящей дружбы, ни подлинной любви, где человек чувствовал разлад и с людьми, и с самим собой. За гармоничным, прекрасным и цельным миром античности, о которой сожалеет Дельвиг, стоит лишенный цельности человек и поэт.

Он озабочен разобщенностью, разрозненностью, внутренней дисгармонией людей и страшится будущего.

С этой точки зрения идиллии и антологические стихотворения Дельвига противостояли как классицистическим, так и сентиментальным образцам этих жанров.

Они считались высокими художественными достижениями поэзии русского романтизма и одним из лучших воплощений духа античности, древней поэзии, ее, по словам Пушкина, «роскоши», «неги», «прелести более отрицательной», чем положительной, «которая не допускает ничего напряженного в чувствах; тонкого, запутанного в мыслях; лишнего, неестественного в описаниях!»[9].

Дельвиг внес в жанры идиллии и антологического стихотворения несвойственное ему содержание – скорбь о конце «золотого века». Подтекст его восхитительных идиллий, наивных и трогательных своей жизнерадостностью, коренился в чувстве тоски по утраченной былой гармонии между людьми и человека с природой.

В нынешнем мире под покровом гармонии таится хаос, и потому прекрасное хрупко и ненадежно. Но потому же и особенно дорого. Так в идиллию проникают элегические мотивы и настроения. Ее содержание становится драматичным и печальным.

Дельвиг ввел в идиллию трагический конфликт – крушение патриархально-идиллического мира под воздействием городской цивилизации – и тем самым обновил жанр.

В идиллии «Конец золотого века» городской юноша Мелетий полюбил прекрасную пастушку Амариллу, но не сдержал клятв верности. И тогда всю страну постигло несчастье.

Трагедия коснулась не только Амариллы, которая потеряла разум, а потом утонула, – померкла красота Аркадии, потому что разрушилась гармония между людьми и между человеком и природой. И виноват в этом человек, в сознание которого вошли корысть и эгоизм. Идиллического мира теперь нет в Аркадии. Он исчез. Больше того: он исчез повсюду.

Вторжение в идиллию романтического сознания и углубление его означало гибель идиллии как жанра, поскольку утратилось содержательное ядро – гармонические отношения людей между собой и внешним миром.

Пушкин соглашался с Дельвигом: прекрасное и гармоничное подвержены гибели и смерти, они преходящи и бренны, но чувства, вызванные ими, вечны и нетленны. Это дает человеку силу пережить любую утрату.

Кроме того, жизнь не стоит на месте. В ходе исторического движения прекрасное и гармоничное возвращаются – пусть даже в ином виде, в ином облике. Трагические моменты столь же временны, как и прекрасные. Печаль и уныние не всевластны.

Они тоже гости на этой земле.

В такой же степени, как и в идиллиях, Дельвиг явился романтиком и в своих народных песнях. В духе романтизма он обращался к народным истокам и проявлял интерес к древней национальной культуре. Если для воссоздания «античного» типа и миросозерцания он избрал жанр идиллий, но для «русского» типа и миросозерцания – жанр русской песни.

Песни Дельвига наполнены тихими жалобами на жизнь, которая делает человека одиноким и отнимает у него законное право на счастье.

Песни запечатлели мир страданий простых русских людей в печальных и заунывных мелодиях («Ах, ты ночь ли…», «Голова ль моя, головушка…», «Скучно, девушки, весною жить одной…», «Пела, пела, пташечка…», «Соловей мой, соловей…», «Как за реченькой слободушка стоит…», «И я выйду на крылечко…», «Я вечор в саду, младешенька, гуляла…», «Не осенний частый дождичек…».

Содержание лирических песен Дельвига всегда грустно: не сложилась судьба девицы, тоскующей о суженом, нет воли у молодца. Любовь никогда не приводит к счастью, а приносит лишь неизбывное горе.

Русский человек в песнях Дельвига жалуется на судьбу даже в том случае, когда нет конкретной причины.

Грусть и печаль как бы разлиты в воздухе, и потому человек их вдыхает и не может избежать, как не в силах избавиться от одиночества.

В отличие от своих предшественников Дельвиг не обрабатывал народные песни, превращая их в литературные, а сочинял свои, оригинальные, воссоздавая формы мышления и поэтику подлинных фольклорных образцов. Свои песни Дельвиг наполнял новым, чаще всего драматическим содержанием (разлука, несчастная любовь, измена).

Русские песни создавались по аналогии с антологическим жанром и отличались такой же строгостью, выдержанностью и сдержанностью поэтической речи.

И хотя Дельвиг эстетизировал язык песен в соответствии с нормами поэтического языка 1820-х годов, ему удалось уловить многие специфические черты поэтики русского фольклора, в частности, принципы композиции, создания атмосферы, отрицательные зачины, символику и пр.

Среди русских поэтов он был одним из лучших знатоков и интерпретаторов народной песни. Его заслуги в песенном жанре ценили Пушкин и А. Бестужев.

Из других жанровых форм в творчестве Дельвига были продуктивны жанры сонета и романса.

Тяготением к строгим классицистическим формам можно объяснить, по-видимому, и обращение Дельвига к твердой жанрово-строфической форме сонета, высоким образцом которого является у поэта сонет «Вдохновение».

Романсы Дельвига («Вчера вакхических друзей…», «Друзья, друзья! я Нестор между вами…», «Не говори: любовь пройдет…», «Одиноко месяц плыл, зыбляся в тумане…», «Прекрасный день, счастливый день…», «Проснися, рыцарь, путь далек…», «Сегодня я с вами пирую, друзья…», «Только узнал я тебя…») сначала писались в сентиментальном духе. В них имитировались приметы фольклорных жанров, но затем Дельвиг устранил в них налет чувствительности, несколько салонной изысканности и искусственной поэтичности. Из немногочисленных элегий Дельвига, положенных на музыку и близких романсу, наиболее известна «Когда, душа, просилась ты…».

В середине 1820-х годов Дельвиг – уже признанный мастер, занявший прочные позиции в литературной среде. В 1826 г. он выпускает знаменитый альманах «Северные цветы на 1825», который имел большой успех. Всего было выпущено семь книжек, к которым в 1829 г. присоединился альманах «Подснежник».

В «Северных цветах» печатались близкие Дельвигу, Пушкину и всему пушкинскому кругу литераторы – Вяземский, Баратынский, Плетнев, И. Крылов, Дашков, Воейков, В. Перовский, Сомов, Гнедич, Ф. Глинка, Д. Веневитинов, А. Хомяков, В. Туманский, И. Козлов, Сенковский, В. Одоевский, З. Волконская, Н.

 Гоголь и др.

В конце 1829 г. Пушкин, Вяземский, Жуковский задумали издавать газету и сделать ее органом своей литературной группы. Редактором и издателем ее стал Дельвиг (первые 10 номеров редактировал Пушкин совместно с О. Сомовым). В ней Дельвиг проявил себя не только как издатель и редактор, но и как видный литературный критик, отличавшийся вкусом и широкими познаниями.

Он критиковал романы Булгарина за их антиисторичность и антихудожественность, выступал против «торгового» направления в литературе и «неистовой словесности». Именно эти тенденции в литературе отвергались пушкинским кругом писателей. Прекращение «Литературной газеты» тяжело подействовало на Дельвига, и он вскоре умер.

В пользу братьев Дельвига Пушкин собрал последнюю книжку альманаха «Северные цветы на 1832 год».

Следующая глава

Источник: https://lit.wikireading.ru/11874

Анализ стихотворения Дельвига «Романс» — Сочинения, рефераты, доклады на все темы

Античные мотивы у Пушкина появляются рано и проходят через все творчество. Искусство древних греков и древних римлян привлекало поэта гуманистическими идеалами, гармоническим единством содержания и формы.

Читайте также:  Лад - краткое содержание книги белова

Примеры анталогической лирики встречаются уже среди лицейских стихотворений. В числе подобных произведений – “Рассудок и любовь”. Оно представляет собой пастораль. Жанр этот восходит к античной буколике.

Его главная особенность – прославление простой жизни на природе.

Подробнее…

Анализ стихотворения Есенина “Может, поздно, может, слишком рано”

Стихотворение “Может, поздно, может, слишком рано…” относится к поздней интимной лирике Есенина.

Оно написано в середине декабря 1925 года, когда поэт находился на лечении в психоневрологической клинике Московского университета, которой руководил выдающийся ученый Петр Борисович Ганнушкин.

21 декабря Сергей Александрович покинул медицинское заведение и отправился в Ленинград. Спустя четыре дня его нашли мертвым в номере гостиницы “Англетер”, официальная версия – самоубийство.

Подробнее…

Анализ стихотворения Бродского «Рождественская звезда»

Не секрет, что литературные произведения религиозной тематики в СССР были категорически запрещены.

Тем не менее, многие поэты и писатели время от времени обращались к библейским сюжетам, оспаривая, тем самым, главный лозунг коммунизма о том, что Бога не существует.

Этот вопрос остается открытым и по сей день, хотя цензура на подобные произведения давно уже снята. Однако в 1987 году, когда перестройка еще только начиналась, говорить о религии вслух было не принято.

Подробнее…

Анализ стихотворения Прокофьева «Аленушка»

“Аленушка” Прокофьева на первый взгляд посвящена описанию и осмыслению картины Васнецова.

Поэт включает в стихотворение детали, будто бы отражающие содержание картины: «пруд заглохший» (на картине перед нами не пруд, а лесное озеро, судя по изображенной растительности и валунам моренного происхождения). «тростник качается» (рогоз).

«мертва вода» (очевидно, этот эпитет связан с неподвижностью воды). В то же время Прокофьев по-своему словно дорисовывает картину, пишет о том, чего на картине нет, например о венке на голове или в руках у Аленушки.

Подробнее…

Анализ стихотворения Лермонтова «Воздушный корабль»

Стихотворение, полное атмосферы сновидения, рассказывает о фантастическом путешествии, чудесном посмертном явлении императора Наполеона, умершего и похороненного на острове Святая Елена в Атлантическом океане в 1821 году. Рассказ начинается с описания корабля-призрака, который спешит к этому острову раз в год, в годовщину смерти свергнутого монарха

Подробнее…

Анализ стихотворения Цветаевой «Пригвождена к позорному столбу»

Так случилось, что после Октябрьской революции муж Марины Цветаевой Сергей Эфронт оказался за границей. Поэтесса же вместе с детьми осталась в голодной и разоренной России.

Она вдруг осознала, что совершенно никому не нужна, а ее творчество на фоне ура-патриотических стихов других авторов кажется неуместным.

Более того, ее перестали публиковать, и для того, чтобы выжить Цветаевой пришлось продавать свои вещи и немногочисленные украшения.

Подробнее…

Источник: https://express5top.ru/index.php/analiz-stikhotvorenij/5394-analiz-stikhotvoreniya-delviga-romans.html

Вдохновение дельвиг анализ. Анализ стихотворения "вдохновение" дельвиг

*Краткая биографическая справка — билет 24

Дельвиг вошел в историю литературы как ближайший друг и поэтический соратник Пушкина. Связь эта не ограничивалась их дружбой и известной общностью их литературных вкусов.

Дельвиг своим поэтическим творчеством принимал деятельное участие в формировании поэзии пушкинской эпохи. Он стоял во главе печатных органов пушкинской группы (альманах «Северные цветы», «Литературная газета»), выступая как поэт и критик.

Но талант Дельвига, по словам Пушкина, рано засверкавший, не получил полного развития.

Наиболее продуктивными жанровыми формами в творчестве Дельвига являются идиллии, народные песни и сонеты. Сонеты — наиболее яркое и полное воплощение философских, «мыслительных» тенденций поэзии Дельвига.

Перу поэта принадлежит семь сонетов, выдержанных в строгом соответствии с каноническим сонетом французского типа.

Ни одного, даже самого незначительного отступления от принятого эталона (AbbA AbbA cDD ccD) Дельвиг не допускает.

Тяготением к строгим классицистическим формам можно объяснить, по-видимому, обращение Дельвига к твердой жанрово-строфической форме сонета. Высоким образцом жанра является у поэта сонет «Вдохновение» (1822/3 г.).

Лирический герой этого сонета находится в конфликте с окружающей его действительностью, как и поэт других стихотворений Дельвига.

Жанр дружеского послания во «Вдохновении» осложняется рефлексией о высоком предназначении поэта («В друзьях обман, в любви разуверенье/ И яд во всем, чем сердце дорожит,/ Забыты им: восторженный пиит/ Уж прочитал свое предназначенье»).

Оно заключается в том, что истинный поэт «говорит с грядущими веками», что и обеспечивает ему бессмертную славу (кульминация стихотворения — первый терцет). Вообще, надо сказать, в этом сонете легко отыскать параллели с «Пророками» Пушкина и Лермонтова. Равным образом сонет Пушкина «Поэту» можно рассматривать как непосредственное продолжение программных размышлений своего друга-единомышленника.

Другой сонет Дельвига «Златых кудрей приятная небрежность…» (1822 г.) трактует традиционный мадригальный мотив страстной, но неразделенной, безнадежной любви.

Атрибуты внешнего облика героини и характер их образного осмысления напоминают о возлюбленной Петрарки Лауре («Златых кудрей приятная небрежность,/ Небесных глаз мечтательный привет,/ Звук сладкий уст при слове даже нет/ Во мне родят любовь и безнадежность).

Подобно Петрарке Дельвиг использует антонимы: «кипит-холодеет», «печаль-веселье», «смерть-жизнь», призванные обнажить жестокую драму любовного смятения.

Легко и непринужденно преодолевает он стилистическое расстояние от предельно обобщенного обожествления любимой, так хорошо нам знакомого в образах Беатриче и Лауры, до конкретной интимности, которую позволил себе Шекспир в образе «смуглой красавицы». Для этого Дельвигу потребовалось лишь соединить архаизированный поэтизм «златых кудрей» с бытовой реалией «приятная небрежность».

Еще последовательнее эта тенденция проявилась в сонете «Языкову» (1823 г.). В нем Дельвиг обращается к конкретному адресату, а также упоминает еще двоих друзей: Пушкин называется прямо, а Баратынский значится под именем «Певец Пиров» (тот был автором поэмы «Пиры»).

В предыдущем сонете автор разбавлял высокую лирическую ситуацию бытовой конкретикой. На этот раз Дельвиг пошел другим путем: интимное дружеское общение он осветил идеализирующими эпитетами («к парнасским высотам», «возвышенным певцам», «любовию пристрастной»), а также архаичными формами слов («младой», «пламень», «влеком»).

Пушкин в своем письме Дельвигу разделил надежды писателя, связанные с Языковым, который впоследствии стал ярким представителем золотого века русской поэзии, «поэтом разгула и свободы». В благодарность за лестный отзыв о его творчестве Языков пообещал Дельвигу принять участие в первом выпуске альманаха «Северные цветы».

Как мы видим, элементы поэтики дружеских посланий нашли себе место в сонете Дельвига «Языкову».

Таким образом, Дельвиг одним из первых разрабатывал жанр сонета в русской литературе. Несмотря на то, что поэт был отодвинут на задний план последующим ходом развития русской литературы, он обогатил содержание лирики новыми мыслями и формами, а также внес неоценимый вклад в в процесс формирования большого, нового явления русской литературы — поэзии пушкинской эпохи.

  • «Вдохновение» Антон Дельвиг
  • Не часто к нам слетает вдохновенье,
    И краткий миг в душе оно горит;
    Но этот миг любимец муз ценит,
  • Как мученик с землею разлученье.
  • В друзьях обман, в любви разуверенье
    И яд во всем, чем сердце дорожит,
    Забыты им: восторженный пиит
  • Уж прочитал свое предназначенье.
  • И презренный, гонимый от людей,
    Блуждающий один под небесами,
  • Он говорит с грядущими веками;
  • Он ставит честь превыше всех частей,
    Он клевете мстит славою своей
  • И делится бессмертием с богами.

Анализ стихотворения Дельвига «Вдохновение»

Рассуждая о «золотом веке» русской поэзии, обычно вспоминают самых ярких его представителей – А.С. Пушкина, В.А. Жуковского, И.А. Крылова и других.

На фоне этих значительных фигур персона Антона Антоновича Дельвига немного теряется – в отличие от некоторых своих современников, молодой поэт не был слишком плодовит в творческом плане.

Однако это не дает никаких оснований считать, что Дельвиг был менее талантливым автором. Его незаурядный поэтический дар оставил заметный след в развитии русской культуры.

Одной из отличительных черт поэта была необыкновенная способность к подражанию.

Перу Антона Антоновича принадлежат изящные строки стихотворений, созданных по образу греческих идиллий, христианских псалмов; баллады и романсы, имитирующие стиль и форму европейских авторов.

При этом нельзя сказать, что это вторичные, лишенные художественной ценности и смысла, произведения. Подражая другим традициям, Дельвигу удавалось привнести в поэзию свежие образы, чувства и смыслы.

Одним из таких произведений является сонет «Вдохновение», созданный в 1822 году. В этом стихотворении Дельвиг обращается к классической строгой поэтической форме и размеру – пятистопному ямбу, применяет типичное для сонета чередование мужских и женских рифм. Структура катренов напоминает «французскую» последовательность abba abba ccd eed, но в терцетах автор меняет ее на cdd ccd.

Поэт играючи обходится не только с формой стихотворения, но и с темой. Если обычным для сонетов мотивом является любовь, преклонение перед женской красотой, возвышенные чувства, то для Дельвига центральной фигурой становится поэт. Подчеркивая его значение, автор прибегает к метафорам («любимец муз») и устаревшим выражениям («пиит»).

Это стихотворение вполне можно назвать философским размышлением о предназначении и судьбе поэта в мире.

Дельвиг сравнивает момент творческого озарения со смертью, избавлением от земных мук, потому что только в этот миг поэт освобождается от суеты, несовершенства окружающего мира, разочарований и страданий.

В остальное же время участь поэта, по мнению автора, незавидна – он не понят обществом, «презренный, гонимый от людей, блуждающий один под небесами».

Лирический герой сонета похож на прорицателя: «Он говорит с грядущими веками». Он предвосхищает наступление новых времен, крушение старых порядков, и за это его отвергают. Эта идея получит впоследствии развитие – выдающиеся современники, например, М.Ю. Лермонтов и А.С. Пушкин также прославят поэтов как пророков будущего.

Поэтический текст, относящийся к 1817 г., вошел в число лицейских произведений, переделанных автором спустя 8-9 лет после их написания. Стихотворение, жанровые особенности которого определены рамками товарищеского послания, является характерным примером ранней пушкинской лирики. Ее адресаты — товарищи по лицейской учебе.

Лирический субъект произведения уверен в творческом амплуа своего однокашника, выраженного краткой формулой «Ты поэт». Герой призывает друга, «наперсника богов», оберегать и развивать высокий дар художественного слова, воспитывая его «в уединении», вдали от суеты и тревог.

Источниками вдохновения служат вечные чувства любви и дружбы, к которым присоединяется неожиданная составляющая — «лень». При помощи последней поэт юмористически характеризует не только собственное настроение, но и стихотворный образ Дельвига, восторженного «сына лени».

В поэтическом тексте декларируется «святое», божественное происхождение творческих способностей, которые преподносят «богини песнопенья», покровительницы искусства.

Прекрасные неземные девы одарили таинственной «искрой вдохновения» и лирического субъекта, и адресата его произведения.

«Лира мой удел», — так резюмирует свое предназначение герой, испытавший «жар сердца» в упоительные минуты творческого порыва.

Заключительный эпизод посвящен известной романтической теме разочарования, вызванного наговорами завистников и клеветников. Обозначая себя как жертву интриг, поэт прибегает к метафорам «кровавый взор» и «невидимый кинжал».

Оскорбленный и отчаявшийся герой желает забыться в «бездействии счастливом», оставив муз-«мучительниц». Путь, который избрал лирический субъект, — его собственный выбор, вынужденное решение трагического романтика.

Оно противопоставляется судьбе адресата, который остается верен гармоничным «звукам струн» высокой поэзии, способной успокоить мятущуюся душу лирического «я».

Юношеское стихотворение предваряет основные мотивы ключевой темы предназначения поэта: провозглашаются божественные истоки творчества, его гуманистическая суть и безразличие к земным волнениям.

Попытка моделирования собственной судьбы изображается в юношеском произведении «Товарищам». Герой не желает прославиться на воинской или гражданской стезе. Относя характеристику «сын лени» к собственной персоне, он выбирает душевное спокойствие и «красный колпак», символ свободы

Источник: https://www.dosaaf-khab.ru/vdohnovenie-delvig-analiz-analiz-stihotvoreniya-vdohnovenie-delvig.html

Ссылка на основную публикацию