Война с саламандрами — краткое содержание романа чапек

Карел Чапек – один из самых известных чешских писателей. Он является автором романов, рассказов, пьес, фельетонов, созданных с неистощимой фантазией и блистательным юмором, покоривших сердца читателей многих стран мира. В настоящий сборник вошли наиболее знаменитые произведения автора: лучшие рассказы, фантастическая пьеса «R.U.R.

» (именно в ней впервые появляется слово «робот», которое придумал Чапек, и рождается на свет столь знакомый нам сегодня сюжет о восстании машин против людей) и, наконец, роман «Война с саламандрами», представленный впервые в новом переводе.

Яркая, причудливая, необыкновенная история о саламандрах, обнаруженных на затерянных островах капитаном ван Тохом, считается вершиной творчества Чапека и одним из лучших романов двадцатого века.

Война с саламандрами - краткое содержание романа Чапек

Читать онлайн Война с саламандрами

скачать книгу    /   читать онлайн

Любите читать книги? На нашем книжном портале вы можете скачать бесплатно книги в формате fb2, rtf или epub. Для любителей чтения с планшетов и телефонов у нас есть замечательный ридер.

Отрывок

Если бы вам вдруг приспичило искать на карте островок Тана‑Маса, вы нашли бы его прямо на экваторе, немного к западу от Суматры. Но если бы вы спросили капитана Я.

ван Тоха, что это, собственно, за Тана‑Маса, у берегов которой его судно «Кандон‑Бандунг» только что бросило якорь, он сначала какое‑то время ругался бы, а потом ответил бы вам, что это самая грязная дыра во всем Зондском архипелаге, еще более поганая, чем Тана‑Бала, и, по крайней мере, столь же гнусная, как Пини или Баньяк; и что единственный человек – если его можно так назвать, – живущий там (не считать же, в самом деле, этих вшивых батаков[1]), – это пьяный вдупель торговый агент, помесь кубу с португальцем, еще бо́льшая свинья, мошенник и нехристь, чем чистокровные кубу и белый человек, вместе взятые; и что если на этом свете есть нечто по‑настоящему пропащее, то это, сэр, – пропащая жизнь на этой самой пропащей Тана‑Масе.

После этого вы, вероятно, спросили бы капитана, зачем же он в таком случае бросил здесь свои чертовы якоря, как будто собирается тут провести по меньшей мере три чертовых дня; в ответ капитан уязвленно засопел бы и проворчал что‑нибудь в том смысле, что «Кандон‑Бандунг», конечно, не стал бы сюда заходить только ради чертовой копры или пальмового масла, это ясно, да впрочем, вам до этого нет никакого дела, сэр, а я получил чертовы приказания, сэр, – и ругался бы при этом столь заковыристо и многословно, как, собственно, и следует ругаться уже немолодому, но для своих лет еще вполне хорошо сохранившемуся морскому капитану.

Но если бы вместо надоедливых вопросов вы предоставили капитану Я. ван Тоху возможность ворчать и ругаться себе под нос, то смогли бы узнать побольше. Разве по нему не видно, что ему просто необходимо излить свою душу? Оставьте его на минутку в покое – и его недовольство само найдет себе выход.

«Вот какие дела, сэр, – заговорит капитан, – эти ребята у нас в Амстердаме, жиды проклятые, там, наверху, вдруг говорят: жемчуг, братишка, поищи‑ка какой‑нибудь жемчуг. Говорят, что сейчас все с ума сходят по жемчугу и всему такому». Тут капитан плюнет от отвращения. «Ну да понятно, – все хотят свои бабки в жемчуг вложить.

Это все потому, что вы, людишки, все время хотите воевать и так далее. Ну и, конечно, дрожите за свои денежки. Для этого, сэр, даже название есть – кризис». После чего капитан ван Тох на какой‑то миг задумается, не стоит ли завести с вами речь о макроэкономических вопросах; в наши дни, в конце концов, ни о чем другом и не говорят.

Но здесь, у Тана‑Масы, для этого слишком жарко, да и лень; так что капитан ван Тох махнет рукой и пробормочет: «Ну конечно, жемчуг! Сэр, на Цейлоне его подчистили на пять лет вперед, на Формозе вообще запретили добывать, – так ведь нет, говорят, давай, капитан ван Тох, ищи какие‑нибудь новые месторождения.

Поезжайте на эти поганые острова, вдруг там найдутся целые россыпи раковин…» – тут капитан презрительно‑громко высморкается в небесно‑голубой платок.

«Эти крысы в Европе, наверное, думают, что здесь можно еще найти что‑то, о чем никто не знает! Вот козлы же, прости господи! Хорошо еще, что от меня не требуют тут заглядывать в пасть батакам – вдруг они там жемчуг выращивают.

Новые ме‑сто‑ро‑жде‑ни‑я! Вот новый бордель в Паданге – это я понимаю, но месторождения? Сэр, я ведь эти острова знаю, как свои штаны… От Цейлона – до поганого острова Клиппертона.

Если кто‑то думает, что тут еще можно найти что‑то, на чем можно сколотить капитал, так флаг ему в руки, на здоровье! Я тут плаваю тридцать лет, а теперь эти полудурки хотят, чтобы я здесь что‑то открыл!» Капитан ван Тох прямо задыхается от такого оскорбительного предписания.

«Пусть они пошлют сюда какого‑нибудь молокососа, тот им такое откроет, что они все клювы поразевают; но требовать этого от человека, который так знает эти места, как капитан Я. ван Тох… Ну согласитесь, сэр.

В Европе, наверное, еще можно что‑нибудь новое открыть, но здесь… Сюда ведь люди‑то приезжают только затем, чтобы вынюхать, что здесь можно сожрать, да даже и не сожрать – купить и продать.

Если бы в поганых тропиках еще сохранилось что‑то, что можно продать за двойную цену, – то вокруг этого тут же столпились бы агенты и махали бы грязными носовыми платками пароходам семи держав, призывая остановиться. Такие дела, сэр. Я об этих местах, простите за нескромность, знаю больше, чем министерство по делам колоний ее величества королевы».

Тут капитан ван Тох попытается превозмочь свой справедливый гнев, что у него в конце концов – после долгой борьбы – наконец получится. «А видите вон там тех двух жалких лодырей? Это ловцы жемчуга с Цейлона, господи прости, сингалезы[2]как они есть, как их Бог сотворил; только вот зачем Он их творил, я не знаю.

И вот теперь я таскаю их с собой, сэр, и если мне удается найти кусок побережья, на котором нет надписей „Агентство“, или „Батя“, или „Таможенное управление“, я запускаю их в воду, чтобы они, значит, раковины искали. Вон тот бездельник, который пониже ростом, ныряет метров на восемьдесят; как‑то на Принцевых островах на глубине девяноста метров он выловил ручку от киноаппарата, но жемчуг – хе! Куда там! Эти сингалезы – никчемные отбросы. Вот такая у меня поганая работа – делать вид, будто бы я скупщик пальмового масла, а при этом искать новые месторождения этих самых раковин. Может, потом они захотят, чтобы я для них открыл какой‑нибудь неоткрытый континент? Нет, сэр, это не дело для порядочного капитана торгового флота. Я. ван Тох вовсе никакой не поганый искатель приключений, сэр. Вовсе нет, сэр…» И так далее. Велико море, а океан времени безграничен; ты можешь плевать в море – но воды в нем не прибавится, можешь проклинать свою судьбу – но не переменить ее; и вот, после долгих предисловий и отступлений мы возвращаемся к тому, что капитан голландского судна «Кандон‑Бандунг» Я. ван Тох, вздыхая и ругаясь, лезет в шлюпку, чтобы отправиться в кампонг[3]на острове Тана‑Маса и поговорить там с вечно пьяным метисом, помесью кубу и португальца, о некоторых коммерческих вопросах.

Все книги Карел Чапек(биография и полный список произведений)

Источник: https://fantasywiki.ru/vojna-s-salamandrami-sbornik-karel-chapek/

11. Автор беседует сам с собой. «Война с саламандрами» | Чапек Карел

— И ты это так оставишь? — вмешался тут внутренний голос автора

— Что именно? — несколько неуверенно спросил писатель.

— Так и дашь пану Повондре умереть?

— Видишь ли, — защищался автор, — я сам неохотно делаю это, но… В конце концов пан Повондра немало пожил на свете, ему сейчас, скажем, далеко за семьдесят…

— И ты дашь ему переживать такие душевные муки? И не скажешь: дедушка, дело не так плохо; мир не погибнет от саламандр, и человечество спасется; вы только погодите немного и доживете до этого… Послушай, неужели ты ничего не можешь для него сделать?

— Ну, я пошлю к нему доктора, — предложил автор. — У старика, вероятно, нервная лихорадка; в его возрасте это может осложниться воспалением легких, но надо надеяться, что он поправится; он еще будет качать Марженку на коленях и расспрашивать, чему ее учили в школе… Старческие радости, господи, пусть этот человек и в старости найдет еще радость!

— Хорошенькие радости!… — насмешливо возразил внутренний голос. — Он будет прижимать к себе ребенка старческими руками и бояться, да, бояться, что и Марженке в один прекрасный день придется бежать, спасаясь от клокочущей воды, которая неотвратимо поглощает весь мир; охваченный ужасом, он насупит свои косматые брови и будет шептать: «Это я сделал, Марженка, это я…»

— Слушай, ты в самом деле хочешь дать погибнуть всему человечеству?

Автор нахмурился.

— Не спрашивай, чего я хочу. Думаешь, по моей воле рушатся континенты, думаешь, я хотел такого конца? Это простая логика событий; могу ли я в нее вмешиваться? Я делал, что мог; своевременно предупреждал людей; ведь Икс — это отчасти был я.

Я взывал: не давайте саламандрам оружия и взрывчатых веществ, прекратите отвратительные сделки с саламандрами и так далее — ты знаешь, что получилось… Все приводили тысячи безусловно правильных экономических и политических доводов, доказывая, что иначе поступить нельзя. Я не политик и не экономист; я не мог их переубедить.

Что делать, по-видимому, мир должен погибнуть; но по крайней мере это произойдет на основании общепризнанных экономических и политических соображений; по крайней мере это совершится с благословения науки, техники и общественного мнения, причем будет пущена в ход вся человеческая изобретательность! Никакой космической катастрофы — только интересы государственные и хозяйственные, соображения престижа и прочее… Против этого ничего не поделаешь.

Внутренний голос помолчал с минуту.

— И тебе не жалко человечества?

— Постой, не торопись! Ведь не все человечество обязательно погибнет. Саламандрам нужно только побольше берегов, чтобы жить и откладывать свои яйца.

Они, наверное, нарежут сушу, как лапшу, чтобы берегов было как можно больше. На этих полосках земли останутся, скажем, какие-то люди, не так ли! И будут изготавливать металлы и другие вещи для саламандр.

Ведь саламандры не могут сами работать с огнем, понимаешь?

— Значит, люди будут служить саламандрам.

— Да, если хочешь, назови это так. Они просто будут работать на фабриках и заводах, как и сейчас. У них только переменятся хозяева.

— Ну, а человечества тебе не жалко?

— Оставь меня, пожалуйста, в покое! Что же я могу сделать? Ведь люди сами этого хотели; все хотели иметь саламандр; этого хотела торговля, промышленность и техника, хотели политические деятели и военные авторитеты… Вот и молодой Повондра говорит: все мы виноваты.

Еще бы мне не жалко человечества! Но больше всего мне было жалко его, когда я видел, как оно само неудержимо стремится в бездну. Прямо плакать хотелось. Кричать и махать обеими руками, как если бы ты увидел, что поезд идет по поврежденной колее.

Теперь уж не остановишь Саламандры будут размножаться дальше, будут все больше и больше дробить старые континенты Вспомни, что доказывал Вольф Мейнерт. люди должны уступить место саламандрам; и только саламандры создадут счастливый, целостный и однородный мир…

— Сказал тоже — Вольф Мейнерт! Вольф Мейнерт — интеллигент. Есть ли что-нибудь достаточно пагубное, страшное и бессмысленное, чтобы не нашлось интеллигента, который захотел бы с помощью такого средства возродить мир? Ну ладно, оставим это. Ты не знаешь, что делает сейчас Марженка?

— Марженка? Думаю, играет в Вышеграде. Веди себя смирно, сказали ей, дедушка спит. Ну, и она не знает, чем заняться, и ей ужасно скучно…

— Что же она делает?

— Не знаю. Скорее всего, пробует кончиком языка достать кончик носа.

— Вот видишь! И ты готов допустить нечто вроде нового всемирного потопа?

— Да отстань ты от меня! Разве я могу творить чудеса? Пусть будет что будет. Пусть события идут своим неумолимым ходом! И в этом есть даже некоторое утешение все происходящее свершается в силу внутренней необходимости и закономерности.

— А саламандр никак нельзя остановить?

— Никак Их слишком много. Им нужно жизненное пространство.

— А нельзя ли, чтобы они отчего-нибудь вымерли? Допустим, среди них начнется какая-нибудь эпидемия или вырождение…

— Слишком дешево, братец.

Неужели природе вечно исправлять то, что напортили люди? Значит, и ты не веришь, что они могут сами себе помочь? Вот видишь, вот видишь! Вы всегда хотите иметь в запасе надежду, что кто-нибудь или что-нибудь спасет вас! Скажу тебе одну вещь: знаешь, кто даже теперь, когда пятая часть Европы уже потоплена, все еще доставляет саламандрам взрывчатые вещества, торпеды и сверла? Знаешь, кто днем и ночью лихорадочно работает в лабораториях над изобретением еще более эффективных машин и веществ, предназначенных разнести мир вдребезги? Знаешь, кто ссужает саламандр деньгами, кто финансирует Конец Света, весь этот новый всемирный потоп?

Читайте также:  Сочинение утро изменившее жизнь после бала для 8 класса

— Знаю. Все промышленные предприятия. Все банки Все правительства.

— То-то же. Были бы только саламандры против людей — тогда еще, наверное, что-нибудь можно было бы сделать; но люди против людей — этого, брат, не остановишь.

— Погоди-ка!… Люди против людей… Мне пришло в голову… Ведь в конце концов могли бы быть и саламандры против саламандр!

— Саламандры против саламандр? Как ты себе это представляешь?

— Предположим… когда саламандр станет слишком много, они могли бы передраться между собой из-за какого-нибудь куска побережья, бухты или еще чего-нибудь в этом роде; потом предметом распри станут все более и более обширные побережья; и в конце концов им придется воевать друг с другом за господство над всеми морскими берегами, не так ли? Саламандры против саламандр! Скажи-ка сам, разве это не логично с точки зрения истории?

— …Да нет, не годится. Саламандры не могут воевать против саламандр. Это противоречит природе. Ведь саламандры — один род.

— Люди тоже один род. А, как видишь, это им нисколько не мешает. Один род, а смотри — из-за чего только они не воюют! Сражаются даже не за место под солнцем, а за могущество, за влияние, за славу, за престиж, за рынки и уж не знаю, за что еще! Почему бы и саламандрам не начать между собою войну, скажем ради престижа?

— Зачем им это? Ну, скажи, пожалуйста, что им это даст?

— Ничего, разве только то, что одни временно имели бы больше берегов и были бы более могущественны, чем другие. А через некоторое время наоборот…

— Да к чему им это могущество? Ведь они все одинаковы, все — саламандры; у всех одинаковый скелет, все одинаково противны и одинаково посредственны… Зачем же им убивать друг друга? Скажи сам, во имя чего им воевать между собой?

— Ты их только не трогай, а уж причина найдется.

Вот смотри-ка— здесь европейские саламандры, а там африканские; тут разве сам черт помешает, чтобы в конце концов одни не захотели быть чем-то большим, чем другие! Ну, и пойдут доказывать свое превосходство во имя цивилизации, экспансии или чего-нибудь еще; всегда найдутся какие-нибудь идеологические, политические соображения, в силу которых саламандры одного побережья обязательно станут резать саламандр другого побережья. Саламандры столь же цивилизованны, как и мы, и у них не будет недостатка в политических, экономических, юридических, культурных и всяких других аргументах.

— И у них есть оружие! Не забудь, они прекрасно вооружены.

— Да, оружия у них хоть отбавляй Вот видишь! Неужели же они не научатся у людей делать историю?

— Постой, погоди минутку! (Автор вскочил и забегал по кабинету.) Это правда! Было бы чертовски странно, если бы они не додумались до этого! Теперь я понимаю. Достаточно взглянуть на карту мира… Черт подери, где бы взять какую-нибудь карту мира?

  • — Я представляю ее себе.
  • — Хорошо Вот, значит, здесь Атлантический океан со Средиземным и Северным морями. Тут Европа, а вот тут Америка Это колыбель культуры и современной цивилизации И где-то здесь потонула древняя Атлантида…
  • — А теперь саламандры пускают на дно новую.

— Правильно. Ну, а вот здесь — Тихий и Индийский океаны. Древний таинственный Восток. Колыбель человечества, как его называют. Здесь, где то на восток от Африки, затонула мифическая Лемурия Вот Суматра, а немного западнее…

— …островок Танамаса. Колыбель саламандр.

— Да. И там владычествует Король Саламандр, духовный глава саламандр. Там еще живут tapa-boys капитана ван Тоха, исконные тихоокеанские, полудикие саламандры.

Короче, это их Восток, понял? Вся эта область называется теперь Лемурией, а та, другая область, цивилизованная, европеизированная и американизированная, современная и технически зрелая, — это Атлантида.

Там теперь диктаторствует Верховный Саламандр — великий завоеватель, техник и солдат, Чингисхан саламандр и разрушитель континентов. Любопытнейшая личность.

(— Слушай, а он в самом деле саламандра?)

(— Нет. Верховный Саламандр — человек. Его настоящее имя — Андреас Шульце, во время мировой войны он был где-то фельдфебелем .)

(— Ах, вот оно что!…)

(— Ну да. То-то и оно.) Итак, значит, Атлантида и Лемурия. Такое разделение объясняется причинами географическими, административными, культурными…

— И национальными. Не забывай национальных причин: лемурские саламандры говорят на «пиджин-инглиш», а атлантские — на «бэзик-инглиш».

— Ну, ладно. С течением времени атланты проникают через бывший Суэцкий канал в Индийский океан…

— Естественно. Классический путь на Восток.

— Верно. Наоборот, лемурские саламандры огибают мыс Доброй Надежды и устремляются на западный берег бывшей Африки. Они утверждают, что в состав Лемурии входит вся Африка.

— Разумеется.

— Лозунг гласит: «Лемурия — лемурам! Долой инородцев!» — и тому подобное Между атлантами и лемурами растет пропасть взаимного недоверия и наследственной вражды. Смертельной вражды.

— Другими словами, они превращаются в Нации.

— Да. Атланты презирают лемуров и называют их «грязными дикарями»; а лемуры фанатически ненавидят атлантских саламандр и видят в них осквернителей древней, чистой, исконной саламандренности. Верховный Саламандр домогается концессий на лемурских берегах якобы в интересах экспорта и цивилизации.

Благородный старец Король Саламандр волей-неволей вынужден согласиться; дело в том, что его вооружение хуже. В заливе Тигра, недалеко от того места, где некогда был Багдад, произойдет вспышка: туземные лемуры нападут на атлантскую концессию и убьют двух офицеров, якобы оскорбивших национальные чувства лемуров.

В результате…

— Начнется война. Естественно.

— Да, начнется мировая война саламандр против саламандр.

— Во имя культуры и права.

— И во имя истинной саламандренности. Во имя национальной славы и величия. Лозунг будет: «Мы или они».

Лемуры, вооруженные малайскими криссами и кинжалами йогов, беспощадно вырежут атлантов, пролезших в Лемурию; в ответ на это более прогрессивные, получившие европейское образование атланты отравят, лемурские моря химическими ядами и культурами смертоносных бактерий, и притом с таким успехом, что будет зачумлен весь мировой океан. Моря будут заражены искусственно культивированной жаберной чумой. А это, брат, конец. Саламандры погибнут.

— Все?

— Все до одной. Это будет вымерший род. От них останется только старый энингенский отпечаток Andrias'a Scheuchzeri.

— А что же люди?

— Люди? Ах да, правда… Люди… Ну, они начнут понемногу возвращаться с гор на берега того, что останется от континентов; но океан еще долго будет распространять зловоние разлагающихся трупов саламандр.

Постепенно континенты опять начнут расти благодаря речным наносам; море шаг за шагом отступит, и все станет почти как прежде. Возникнет новый миф о всемирном потопе, который был послан богом за грехи людей.

Появятся и легенды о затонувших странах, которые были якобы колыбелью человеческой культуры; будут, например, рассказывать предания о какой-то Англии, или Франции, или Германии…

— А потом?

— Этого уже я не знаю…

Источник: http://litra.pro/vojna-s-salamandrami/chapek-karel/read/27

Война с саламандрами

  • ЧЕШСКАЯ ЛИТЕРАТУРА
  • Карел Чапек (Karel Сapek)
  • Война с саламандрами
  • (Valka z mloky)
  • Роман. (1936)

Капитан судна “Кандон-Баддунг” Вантах, занимающийся промыслом жемчуга возле берегов Суматры, неожиданно обнаруживает на острове Танамас удивительную бухту Дэвл-Бэй. По свидетельству местных жителей, там водятся черти. Однако капитан находит там разумных существ – это саламандры.

Они черные, метр-полтора в высоту и с виду похожи на тюленей. Капитан приручает их тем, что помогает раскрывать раковины с их любимым лакомством – моллюсками, и они вылавливают ему горы жемчуга.

Тогда Вантах берет в своей судоходной компании отпуск и едет на родину, где встречается со своим Земляком, преуспевающим бизнесменом Г. X. Бонди. Капитану Вантаху удается убедить богача пуститься в предлагаемую им рискованную авантюру, и вскоре цена на жемчуг из-за резко возросшей добычи начинает падать.

Тем временем проблема саламандр начинает интересовать мировое общественное мнение. Сначала ходят слухи, будто Вантах развозит по свету чертей, затем появляются научные и околонаучные публикации. Ученые приходят к выводу, что обнаруженные капитаном Вантахом саламандры – это считавшийся вымершим вид Аndrias Scheuchzeri.

Одна из саламандр попадает в лондонский зоопарк.

Как-то она заговаривает со сторожем, представившись как Эндрью Шейхцер, и тут все начинают понимать, что саламандры – разумные существа, способные говорить, причем на разных языках, читать и даже рассуждать.

Однако жизнь ставшей сенсацией зоологического сада саламандры оканчивается трагически: посетители перекармливаютее конфетами и шоколадом, и она заболевает катаром желудка.

Вскоре происходит собрание акционеров Тихоокеанской экспортной компании, занимающейся эксплуатацией саламандр.

Собрание чтит память скончавшегося от апоплексического удара капитана Вантаха и принимает ряд важных решений, в частности о прекращении добычи жемчуга и об отказе от монополии на саламандр, которые так быстро плодятся, что их невозможно прокормить.

Правление компании предлагает создать гигантский синдикат “Саламандра” для широкомасштабной эксплуатации саламандр, которых планирует использовать на различных строительных работах в воде. Саламандр развозят по всему свету, поселяя их в Индии, Китае, Африке и Америке.

Кое-где, правда, проходят забастовки в знак протеста против вытеснения с рынка человеческой рабочей силы, но монополиям выгодно существование саламандр, поскольку благодаря этому можно расширить производство необходимых саламандрам орудий труда, а также продуктов сельского хозяйства. Высказываются также опасения, что саламандры создадут угрозу для рыболовства и своими подводными норами подроют берега материков и островов.

Между тем эксплуатация саламандр идет полным ходом.

Разработана даже градация саламандр: лидинг, или надсмотрщики, самые дорогие особи; хэви, предназначенные для самых тяжелых физических работ; тим – обыкновенные “рабочие лошадки” и так далее.

От принадлежности к той или иной группе зависит и цена. Процветает также нелегальная торговля саламандрами. Человечество изобретает все новые и новые проекты, для осуществления которых можно использовать этих животных.

Параллельно проводятся научные конгрессы, обменивающиеся информацией в области как физиологии, так и психологии саламандр. Разворачивается движение за систематическое школьное образование расплодившихся саламандр, возникают дискуссии, какое образование следует давать саламандрам, на каком языке они должны говорить и т. п.

Появляется международная Лига покровительства саламандрам, которая ставит своей целью построить отношения между человечеством и саламандрами на началах приличия и гуманности. Принимается связанное с саламандрами законодательство: раз они мыслящие существа, то должны сами отвечать за свои поступки.

Вслед за изданием первых законов о саламандрах появляются люди, требующие признать за саламандрами и определенные права.

Однако никому не Приходит в голову, что “саламандровый вопрос” может иметь крупнейшее международное значение и что с саламандрами придется иметь дело не только как с мыслящими существами, но и как с единым саламандровым коллективом или даже нацией.

Вскоре численность саламандр достигает семи миллиардов, и они заселяют свыше шестидесяти процентов всех побережий земного шара.

Растетих культурный уровень: выпускаются подводные газеты, возникают научные институты, где трудятся саламандры, строятся подводные и подземные города.

Правда, саламандры сами ничего не производят, но люди продают им все вплоть до взрывчатых веществ для подводных строительных работ и оружия для борьбы с акулами.

Вскоре саламандры осознают собственные интересы и начинают давать отпор людям, вторгающимся в сферу их интересов. Одним из первых возникает конфликт между объедавшими сады саламандрами и крестьянами, недовольными как саламандрами, так и политикой правительства.

Крестьяне начинают отстрел мародерствующих саламандр, на что те выходят из моря и пытаются отомстить. Нескольким ротам пехоты с трудом удается их остановить, в отместку они взрывают французский крейсер “Жюль Фламбо”.

Через некоторое время находившийся в Ла-Манше бельгийский пассажирский пароход “Уденбург” подвергается нападению саламандр – оказывается, это английские и французские саламандры не поделили что-то между собой.

На фоне разобщенности человечества саламандры объединяются и начинают выступать с требованиями уступить им жизненное пространство. В качестве демонстрации силы они устраивают землетрясение в Луизиане. Верховный Саламандр требует эвакуировать людей с указанных им морских побережий и предлагает человечеству вместе с саламандрами разрушать мир людей.

У саламандр действительно большая власть над людьми: они могут блокировать любой порт, любой морской маршрут и тем самым уморить людей голодом. Так, они объявляют полную блокаду Британских островов, и Великобритания вынуждена в ответ объявить саламандрам войну.

Однако боевые действия саламандр гораздо более успешны – они просто начинают затапливать Британские острова.

Тогда в Вадузе собирается всемирная конференция по урегулированию, и адвокаты, представляющие саламандр, предлагают пойти на всеих условия, обещая, что “затопление континентов будет проводиться постепенно и с таким расчетом, чтобы не доводить дело до паники и ненужных катастроф”. Тем временем затопление идет полным ходом.

А в Чехии живет-поживает пан Повондра, швейцар в доме Г. X. Бонди, который в свое время мог не пустить капитата Вантаха на порог и тем самым предотвратить вселенскую катастрофу. Он чувствует, что именно он виноват в случившемся, и радует его лишь то, что Чехия расположена далеко от моря. И вдруг он видит в реке Влтаве голову саламандры…

Читайте также:  Жизнь и творчество александра грина

В последней главе автор беседует сам с собой, пытаясь придумать хоть какой-то способ спасения человечества, и решает, что “западные” саламандры пойдут войной на “восточных”, в результате чего будут полностью истреблены. А человечество станет вспоминать этот кошмар как очередной потоп.

Е. Б. Туева

(1 votes, average: 5.00

Источник: https://goldsoch.info/vojna-s-salamandrami/

Рецензии на книгу Война с саламандрами

Долго меня тут не было, ребятушки. Но это потому что я отходила от академии и от одного своего знакомого, который настойчиво предлагал мне «почитать» советские книжки.

И вот я снова вернулась к книгам и литературе! Я продолжаю покорять вершины книжного слова, не забывая о развлечениях (да-да, теперь я восхищена и самую малость влюблена в Патрика МакХейла, этого очаровательного мужчину, которого видела на живую в эти выходные. Я его даже обнимала).

Когда-то давно (полгода назад), я взялась за прочтение войны с саламандрами. Не ради флэшмоба, и не академии для, а только беспокоясь о себе, любимой, из страстного желания просветиться, стать самую малость мудрее и начитаннее.

Продолжая покорять вершины коллекции БЛТ (библиотека всемирной литературы), я приступила к следующему маленькому шажку, ведущему меня в самый верх просвещённости. И неожиданно споткнулась и с размаху впечаталась в стену.

Стена эта называлась просто — СКУКА и НЕПОНИМАНИЕ, поскольку первые страницы книги ничем другим и не описать — даже невзирая на появление в книге фантастических «морских дьяволов», саламандр, которые умели ходить и даже — умели учиться быть современным человеком.

Меня можно понять — скука и пресность текста, постоянное перескакивание капитана Ван Тоха с одного языка на другой, описание жемчужной лихорадки и странная заторможенность сюжета на одном моменте не располагают к проявлению ярого интереса, однако — вдоволь пресытившись неуёмными фантазиями любителей-энтузиастов, и захотев наконец почитать что-нибудь достойное, я вновь вернулась к старому доброму Карлу Чапеку, и иронично улыбнувшись уставилась на экран электронной книжки.- Ты, — сказала я ей скептически, обращаясь, однако, скорее к автору, чем к ни в чём неповинной книжке. — Обещал мне небо в алмазах, полный взрыв сознания и антиутопичный мир с политикой Германии 30х-40х годов. Но что-то мне пока что кажется, дорогой Карел, что заслуги твои в книжном слове серьёзно преувеличены. Книжка мне, вестимо, не ответила, и со вздохом и томлением во взгляде я лениво приступила к чтению текста. Благо, на память я не жалуюсь, и потому, пролистнув назад всего две-три странички, вспомнила, что было «до», не в силах заставить себя читать книгу с самого начала.Первые главы действительно прошли со скрипом, но потом — ПОТОМ — внезапно оказалось, что Карел-таки не врал, обещая полный взрыв сознания, политическую антиутопию и описание действительного общества, в том виде, какие оно и есть.Книга затянула меня. Я читала её не отрываясь. Я пережила страшную скуку и раздражение первых страниц, чтобы потом полностью окунуться в особую атмосферу — в атмосферу невероятно быстрого развития социума, формирования народной общности, практически мгновенной истории в лицах на примере саламандр. Всё, что происходило с человечеством на протяжении долгих тысячелетий, у саламандр прошло всего за пару десятков лет, и развитие это, стремительное, неожиданное, заставляющее теряться в удивлении весь мир — дошло до своей развязки и кульминации, где автор и обрывает своё повествование.Они уже здесь, — твердит господин Бонди. — Это конец.И конец этот действительно — самый настоящий конец. Этой истории, возможно — всего человечества, а возможно и просто — конец развития общества, ведь без внешнего врага саламандрам ничего бы не осталось, кроме как последовать примеру людей и вцепиться в глотки уже друг друга. Автор обрывает повествование, так и не дав ответа на вопрос, что же случилось с миром, однако вставляет как финал монолог себя и гипотетического читателя, который укоряет его за скорую гибель мира и жестокости к пану Бонди. Автор даёт ответ на вопрос, расплывчатый, гипотетический, что же ожидает саламандр и человечество в самом конце, но финал этой книги — открытый финал. Горький настолько, что хочется, хочется верить, что всё будет хорошо, и слова автора становятся спастельной соломинкой, за которую с облегчением я ухватилась — так, будто всё это происходило в нашем мире, и угроза саламандр нависла надо мной и дорогими мне людьми.Что меня поразило в этой книге, помимо ужасно, до липкого страха и нехорошего предчувствия, быстрого прогресса нового общества, отличного и антиутопического сюжета и хорошей эмоциональной встряски? В первую очередь, меня поразил талант Карла Чапека. То, как он рисовал политику, рисовал отношения между людьми, их портреты (я не могу по-другому назвать то, что читала, ведь слово «описывал», я считаю, слишком блеклое и не подходит в тому, что я видела в книге). Было видно, как Карел хорошо знает Англию, Европу, потому что он великолепно описал политические взаимоотношения между странами. Честное слово, читая про Британские острова, я как будто снова читала переписку Черчилля и восхищалась тем, какой же он всё-таки мудак — так умело раздавать пустые обещания, лить воду, а в конечном итоге не делать ничего, кроме того, что принесло бы выгоду его островной стране.История упадка общества тоже проиллюстрирована достаточно ярко и образно. Меня пугало то, как в погоне за новой модой, «модой на саламандр», люди, особливо молодёжь, беспощадно и без жалости выкидывали из своей культуры, истории, целые эпохи и произведения искусства. Нищал язык, забывались слова, забывалось печатное слово и искусство во всех его проявлениях. По мере того, как взрослела молодёжь, которая была в восторге от новых соседей, росли упаднические настроения в мире, и перед самым его концом меня поразило то, насколько вся эта вакханалия, истеричность — напоминала Содом и Гоморру. И даже перед лицом страшной трагедии люди не смогли объединить свои усилия, чтобы дать отпор внешнему врагу. С карт исчезли островная Англия и Франция, от Германии практически ничего не осталось. Саламандры всё дальше и дальше пробирались вглубь континента.Конец человечества. И даже то, что Чапек не довёл роман до логического конца, не избавляет от внутреннего потрясения, от осознания, что это — конец.

Антиутопичные романы в большинстве своём не настолько критично относятся к обществу. Авторы всегда показывают мир — мир, который ужасен с моральной точки зрения, мир, который задушен правилами. Но этот мир — есть. Люди — продолжают существовать.

И даже со смертью героев в романах антиутопиях, их победами или поражениями, остаётся уверенность, что люди как вид будут продолжать жить, и возможно, когда-нибудь смогут снова вернуться к истокам, снова стать НАСТОЯЩИМИ людьми.

Здесь же ощущение полной безнадёжности и тоски.

Очень сильное и мощное произведение, написано прекрасным языком. Портреты людей настолько человечны и хорошо выписаны, что веришь каждому слову.

Политика у Чапека в книге настолько дурная и идиотическая, что даже усомниться в том, что всё может быть по-другому, не получается.

Потому что политика действительно — просто бессмысленное переливание из пустого в порожнее, вечная подготовка к войне и загребание денег. Карел Чапек действительно талант. Однако за скучное и пресное начало я ставлю книге только 8 баллов из 10.

Источник: http://readly.ru/book/59118/reviews/

Карел Чапек (1890–1938) «Война с саламандрами» (1936)

  • Карел Чапек
  • (1890–1938)
  • «Война с саламандрами»
  • (1936)

Чешский писатель, первый председатель Чехословацкого пен-клуба, член Комитета Лиги Наций по литературе и искусству, Карел Чапек (1890–1938) – автор многих произведений, в т.

 ч. философско-фантастических пьес («R.U.R.», «Средство Макропулоса»), циклов иронических детективов («Рассказы из одного кармана», «Рассказы из другого кармана») и комических миниатюр («Год садовода», «Дашенька», «Как это делается»).

Как мастер «большой» прозы писатель прославился философской трилогией («Гордубал», «Метеор», «Обыкновенная жизнь») и сатирическими антиутопиями о катастрофических последствиях научных открытий («Фабрика Абсолюта», «Кракатит»), а также научно-фантастическим сатирическим романом – «Valka s mloky» – «Война с саламандрами» (1936).

Задумав в середине 1930-хгг. написать идиллию изжизниврача и дать экскурс в патологию общества, Чапек не мог избавиться от тревоги за судьбу человечества. Как вспоминал сам писатель, «я по какому-то поводу написал фразу: „Вы не должны думать, что развитие, которое привело к возникновению нашей жизни, было единственно возможной формой развития на этойпланете“. С этого и началось.

Эта фраза и повинна в том, что я стал автором „Войны с саламандрами“». Начатый как авантюрный, роман стал пародией на газетные репортажи и научные статьи, острой сатирой на нравы общества, анализом двурушнической политики мировых держав, философским трактатом, посвященным природе и человеку.

Впервые он был напечатан в газете «Лидове новины», а также издан отдельной книгой с подзаголовком «Утопический роман». В переизданиях автор подзаголовок убрал, поскольку рецензенты в своих отзывах привязались именно к нему. «Критика сочла мою книгу утопическимроманом, – писал Чапек, – против чего я решительно возражаю. Это не утопия, а современность.

Это не умозрительная картина некоего отдаленного будущего, но зеркальное отражение того, что есть в настоящий момент и в гуще чего мы живем».

Карел Чапек

А жил Чапек после развала Австро-Венгерской империи в самой гуще гуманизма и демократии, разоблаченной еще великим Аристотелем как система общественной организации, от природы не приспособленная к существованию и умеющая выживать только посредством «костылей» лжи, корысти и клеветы.

Сущность этой «гущи» как базовой основы самоуничтожения человеческого общества, как тупик общественного развития писатель помимо воли (был он убежденным демократом и общество человеческое представлял себе сугубо с интеллигентских позиций) показал и вскрыл в своем блистательном романе, приобретшем за три четверти века еще большую актуальность.

Чапек создал воистину свифтовскую критику на систему общественных отношений, способную и готовую оправдать любой порок, любое злодейство в их зародыше, и мнимым добросердечием и ложной справедливостью неизбежно довести малое зло до ужасного и непоправимого Великого Зла разрушения человеческого мира. Причем «добренькие» и оправдывавшие приход этого зла (того же фашизма), как всегда остаются в стороне и начинают винить в случившемся кого угодно, только не себя. Страдают же те, кто просто жил обыденной жизнью и на чьих плечах держится все благое в человеческом обществе.

Наилучшим отзывом на книгу стал приказ А. Гитлера, прибывшего в Прагу 15 марта 1939 г.

, вскоре после Мюнхенского сговора, который открыл его завоевательным походам путь на Восток – арестовать автора возмутительного пасквиля, представившего вождя фашистов в образе Верховного Саламандра (но при этом все-таки человека, во имя маниакальной жажды мирового господства прикинувшегося примитивным саламандром)! Гитлер до глубины души был оскорблен тем, что его – невинное дитя демократии, рафинированного интеллигента, художника объявили узурпатором, диктатором и пр. Но вот ведь обида (!) – эсэсовцы не смогли выполнить приказ фюрера, поскольку писатель уже три месяца как покинул мир, оккупированный фашистскими «саламандрами».

Капитан голландского судна, уроженец Чехии, капитан Ян ван Тох, посланный своим правлением в Амстердаме для поиска новых месторожденийжемчуга, обнаружил в одной из бухт в районе Зондских островов разумных человекоподобных ящерок ростом с десятилетнего ребенка. Пожилой одинокий капитан быстро привязался к милым зверушкам, взял отпуск и целый год провел в их обществе.

Сообразительныеящеркичрезвычайно быстро обучались ремеслам. У животных был опасный враг – акулы. Ван Тох научил их с помощью ножа и гарпуна обороняться от морских хищников. За это ученики приносили ему жемчужницы. Обезопасив себя от акул, ящерки стали быстро размножаться (за год их популяция возрастала в десятки раз).

Для кладки яиц они выворачивали рычагами камни и строили плотины-волнорезы. Через год жемчуг в районе острова кончился. На других островах его было много, но там не водились ящерки, а сами они не могли переплывать открытое море. Задумав найтикорабль, чтобы развезтиживотньжнадругие острова, ван Тох приехал на родину, в Чехию, и стал искать спонсора.

Встретившись с приятелем детства, некогда маленьким веснушчатым еврейским мальчиком, ныне ставшим преде едателем двух десятков компаний и трестов Г.Х. Бонди, капитан заинтересовал миллиардера рассказом о ящерках и своем «честном бизнесе», а еще больше возможностью расширить торговлю с перспективным районом.

Получив финансо – вую помощь, старый Тох развез несколько тысяч ящериц по другим островам, а затем время от времени навещал их, отправляя в Европу посылки с жемчугом.

Через несколько лет про ящерок узнал весь мир – из рассказов моряков, ходивших с ван Тохом, газетных сообщений, снятого кинематографистами фильма. Морские черти, тритоны и пр. пользовались успехом у читателей, вошли в моду.

Читайте также:  Анализ стихотворения небесный барабанщик есенина

«Стали утверждать, будто «морские черти» умеютговорить (!) и строят в населяемых ими бухтах целые системы насыпей и плотин наподобие подводных городов». Когда в «Национальном географическом ежемесячнике» появился бюллетень научной экспедиции Колумбийского университета по изучению «чертей» и в сочинении XVIII в.

д-ра Шейхцера нашли описание Исполинской саламандры полинезийской, названной автором допотопным человеком, за ящерками закрепилось название саламандры. Одну саламандру доставили в лондонский зоологический сад. Благодаря тесному общению со сторожем зверек быстро освоил человеческий язык и научился читать газеты.

В печати появились сообщения о том, что саламандра по интеллекту и духовной жизни вполне сравнима со средним англичанином.

Старый капитан скончался, и дела в свои руки взял его компаньон. Кризис перепроизводства жемчуга вызвал перепрофилирование созданного Бонди синдиката «Саламандра» на торговлю саламандрами – «S-Trade», или, как окрестили ее в СМИ, «работорговлю».

Со смертью ван Тоха ящерки лишились своего единственного защитника и испытали на себе весь ужас рабства – их перевозили в переполненных трюмах кораблей (см. новеллу П. Мериме «Таманго»), морили голодом, убивали, ставили на них медицинские опыты, из их мяса на случай войны готовили консервы. Все это напоминало прежний тюлений промысел.

Видную роль в развитии торговли саламандрами сыграла также наука, изучавшая физиологию и психологию животных и грандиозная волна технического прожектерства по созданию огромных территорий для Рабочих Моря. На саламандроторговле обогащались корсары. Использовали животных на строительстве подводных сооружений, дамб, плотин и пр.

Саламандрами заселили индийские и китайские порты, африканское побережье, американский континент; в Мексиканском заливе создали инкубаторы – это встретило в ряде стран протест против ввоза дешевой рабочей силы, но протестующие оказались бессильными перед алчностью дельцов.

Некая мадам Циммерман выступила застрельщиком Саламандрового Вопроса – выкинула лозунг «Дайте саламандрам систематическое школьное образование!». Были учреждены гимназии и Морской политехникум для саламандр, Саламандровый университет.

В ряде государств были изданы законы против вивисекции, собирались уже предоставлять ящерицам подводную автономию. Пока дискутировали, можно ли крестить саламандр, те сами выбрали для себя поклонение Молоху.

Вскоре саламандры «могли уже похвастать сотнями собственных подводных газет, выходящих миллионными тиражами, прекрасно оборудованными научными институтами и так далее».

У них появились свои подводные и подземные города, свои столицы в пучине, свои перенаселенные фабричные кварталы, гавани, транспортные магистрали и миллионные скопления населения.

У них не было доменных печей и металлургических заводов, но люди доставляли им металлы и взрывчатые вещества в обмен на их работу. Число саламандр на земном шаре превысило число людей в десять раз, и они стали делиться на свои колонии – британские, французские, балтийские, немецкие… «От исполинской саламандры – к немецкой сверхсаламандре. Нам нужны новые жизненные пространства для наших саламандр», – писали германские газеты.

Неожиданно (хотя и предсказуемо) возник главный конфликт эпохи – между цивилизациями людей и саламандр. Началось с эпизодических драк, перестрелок, локальных боевых столкновений.

Но когда саламандры стали взрывать военные, а затем и пассажирские суда минами и торпедами, когда среди них появились «шахиды» – самоубийцы, взрывающие себя в толпе людей, – в депутатских палатах начались запоздалые прения о совести своих правительств и олигархов, озабоченных только барышами от продажи саламандрам прибрежных территорий и оружия.

Мнения людей разделились. Одни благодушно верили в то, «что мир саламандр будет счастливее, чем был мир людей; это будет единый, гомогенный мир, подвластный единому духу». Другие призывали покончить с «гастарбайтерами».

«Перестаньте давать им работу, откажитесь от их услуг… Запретите снабжать их металлами и взрывчатыми веществами, не посылайте им наших машин и изделий!». Саламандры в ответ стали взрывать побережье, после чего присылали телеграммы соболезнования за подписью Верховного Саламандра. (Это был человек.

«Его настоящее имя – Андреас Шульце, во время мировой войны он был где-то фельдфебелем».) Вскоре Верховный по радио призвал человечество освободить морские побережья для будущих поселений саламандр.

Человечество не пошло на это, и началась война – многие боевые корабли были потоплены, Верховный Саламандр закрыл Ла-Манш, Суэцкий канал, Гибралтарский пролив, блокировал порты, а затем последовала серия взрывов, обрушившая южное побережье Европы в воду.

Не помогли людям и переговоры с уполномоченными саламандр (людьми – профессиональными адвокатами). Более того – после того как пятая часть Европы уже была потоплена, все банки и все правительства продолжали доставлять саламандрам взрывчатые вещества, торпеды и сверла, а также ссужать их деньгами и «финансировать Конец Света, новый всемирный потоп».

Человечество подошло к собственному концу. Обыватели рассуждали: «Были бы только саламандры против людей – тогда еще, наверное, что-нибудь можно было бы сделать; но люди против людей – этого, брат, не остановишь». Одно лишь соображение вселяло в них надежду – также как люди воюют друг с другом, так и саламандры вскоре начнут уничтожать друг друга.

Тем более что уже образовалось несколько колоний саламандр, например, Атлантида и Лемурия, представители которых презирали друг друга за происхождение и отсутствие «исконной саламандренности». Вполне вероятно, что они перережут друг друга и отравят моря химическими ядами и культурами смертоносных бактерий. «А это, брат, конец.

Саламандры погибнут» – уповали на развалинах цивилизации обыватели.

«Хотя саламандры послужили лишь предлогом для изображения человеческих дел, – признался Чапек, – автору пришлось вживаться в их образ; при таком эксперименте легко подмочить свою репутацию, но в конечном счете дело это столь же удивительное и столь же страшное, как и вживание в образ человеческих существ».

На русский язык роман переводили А. Гурович и О. Малевич.

Несмотря на тягу кинематографистов к постановке фильмов-катастроф, пока ни один из них не взялся за экранизацию «Войны с саламандрами».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Следующая глава

Источник: https://document.wikireading.ru/62765

«Война с саламандрами»

Капитан судна «Кандон-Баддунг» Вантах, занимающийся промыслом жемчуга возле берегов Суматры, неожиданно обнаруживает на острове Танамас удивительную бухту Дэвл-Бэй. По свидетельству местных жителей, там водятся черти. Однако капитан находит там разумных существ — это саламандры. Они чёрные, метр-полтора в высоту и с виду похожи на тюленей.

Капитан приручает их тем, что помогает раскрывать раковины с их любимым лакомством — моллюсками, и они вылавливают ему горы жемчуга. Тогда Вантах берет в своей судоходной компании отпуск и едет на родину, где встречается со своим Земляком, преуспевающим бизнесменом Г. X. Бонди.

Капитану Вантаху удаётся убедить богача пуститься в предлагаемую им рискованную авантюру, и вскоре цена на жемчуг из-за резко возросшей добычи начинает падать.

Тем временем проблема саламандр начинает интересовать мировое общественное мнение. Сначала ходят слухи, будто Вантах развозит по свету чертей, затем появляются научные и околонаучные публикации. Учёные приходят к выводу, что обнаруженные капитаном Вантахом саламандры — это считавшийся вымершим вид Аndrias Scheuchzeri.

Одна из саламандр попадает в лондонский зоопарк.

Как-то она заговаривает со сторожем, представившись как Эндрью Шейхцер, и тут все начинают понимать, что саламандры — разумные существа, способные говорить, причём на разных языках, читать и даже рассуждать.

Однако жизнь ставшей сенсацией зоологического сада саламандры оканчивается трагически: посетители перекармливают ее конфетами и шоколадом, и она заболевает катаром желудка.

Вскоре происходит собрание акционеров Тихоокеанской экспортной компании, занимающейся эксплуатацией саламандр.

Собрание чтит память скончавшегося от апоплексического удара капитана Вантаха и принимает ряд важных решений, в частности о прекращении добычи жемчуга и об отказе от монополии на саламандр, которые так быстро плодятся, что их невозможно прокормить.

Правление компании предлагает создать гигантский синдикат «Саламандра» для широкомасштабной эксплуатации саламандр, которых планирует использовать на различных строительных работах в воде. Саламандр развозят по всему свету, поселяя их в Индии, Китае, Африке и Америке.

Кое-где, правда, проходят забастовки в знак протеста против вытеснения с рынка человеческой рабочей силы, но монополиям выгодно существование саламандр, поскольку благодаря этому можно расширить производство необходимых саламандрам орудий труда, а также продуктов сельского хозяйства. Высказываются также опасения, что саламандры создадут угрозу для рыболовства и своими подводными норами подроют берега материков и островов.

Между тем эксплуатация саламандр идёт полным ходом.

Разработана даже градация саламандр: лидинг, или надсмотрщики, самые дорогие особи; хэви, предназначенные для самых тяжёлых физических работ; тим — обыкновенные «рабочие лошадки» и так далее.

От принадлежности к той или иной группе зависит и цена. Процветает также нелегальная торговля саламандрами. Человечество изобретает все новые и новые проекты, для осуществления которых можно использовать этих животных.

Параллельно проводятся научные конгрессы, обменивающиеся информацией в области как физиологии, так и психологии саламандр. Разворачивается движение за систематическое школьное образование расплодившихся саламандр, возникают дискуссии, какое образование следует давать саламандрам, на каком языке они должны говорить и т. п.

Появляется международная Лига покровительства саламандрам, которая ставит своей целью построить отношения между человечеством и саламандрами на началах приличия и гуманности. Принимается связанное с саламандрами законодательство: раз они мыслящие существа, то должны сами отвечать за свои поступки.

Вслед за изданием первых законов о саламандрах появляются люди, требующие признать за саламандрами и определённые права.

Однако никому не Приходит в голову, что «саламандровый вопрос» может иметь крупнейшее международное значение и что с саламандрами придётся иметь дело не только как с мыслящими существами, но и как с единым саламандровым коллективом или даже нацией.

Вскоре численность саламандр достигает семи миллиардов, и они заселяют свыше шестидесяти процентов всех побережий земного шара.

Растёт их культурный уровень: выпускаются подводные газеты, возникают научные институты, где трудятся саламандры, строятся подводные и подземные города.

Правда, саламандры сами ничего не производят, но люди продают им все вплоть до взрывчатых веществ для подводных строительных работ и оружия для борьбы с акулами.

Вскоре саламандры осознают собственные интересы и начинают давать отпор людям, вторгающимся в сферу их интересов. Одним из первых возникает конфликт между объедавшими сады саламандрами и крестьянами, недовольными как саламандрами, так и политикой правительства.

Крестьяне начинают отстрел мародёрствующих саламандр, на что те выходят из моря и пытаются отомстить. Нескольким ротам пехоты с трудом удаётся их остановить, в отместку они взрывают французский крейсер «Жюль Фламбо».

Через некоторое время находившийся в Ла-Манше бельгийский пассажирский пароход «Уденбург» подвергается нападению саламандр — оказывается, это английские и французские саламандры не поделили что-то между собой.

На фоне разобщённости человечества саламандры объединяются и начинают выступать с требованиями уступить им жизненное пространство. В качестве демонстрации силы они устраивают землетрясение в Луизиане. Верховный Саламандр требует эвакуировать людей с указанных им морских побережий и предлагает человечеству вместе с саламандрами разрушать мир людей.

У саламандр действительно большая власть над людьми: они могут блокировать любой порт, любой морской маршрут и тем самым уморить людей голодом. Так, они объявляют полную блокаду Британских островов, и Великобритания вынуждена в ответ объявить саламандрам войну.

Однако боевые действия саламандр гораздо более успешны — они просто начинают затапливать Британские острова.

Тогда в Вадузе собирается всемирная конференция по урегулированию, и адвокаты, представляющие саламандр, предлагают пойти на все их условия, обещая, что «затопление континентов будет проводиться постепенно и с таким расчётом, чтобы не доводить дело до паники и ненужных катастроф». Тем временем затопление идёт полным ходом.

А в Чехии живёт-поживает пан Повондра, швейцар в доме Г. X. Бонди, который в своё время мог не пустить капитана Вантаха на порог и тем самым предотвратить вселенскую катастрофу. Он чувствует, что именно он виноват в случившемся, и радует его лишь то, что Чехия расположена далеко от моря. И вдруг он видит в реке Влтаве голову саламандры…

В последней главе автор беседует сам с собой, пытаясь придумать хоть какой-то способ спасения человечества, и решает, что «западные» саламандры пойдут войной на «восточных», в результате чего будут полностью истреблены. А человечество станет вспоминать этот кошмар как очередной потоп.

Капитан Вантах руководит добычей жемчуга возле острова Танамас. От местных жителей команда прослышала, что в бухте Дэвл-Бэй поселились черти. Здесь вместо чертей они обнаружили множество саламандр.

Вантах желает нажиться на своей находке и использует их для поиска жемчуга, ведь существа постоянно находятся в поиске моллюсков и способны открывать горы раковин.

Ученые выявляют вскоре способность саламандр мыслить, говорить и обучаться.

После смерти капитана Вантаха Тихоокеанская экспортная компания принимает решение широкомасштабно эксплуатировать саламандр для водных строительных работ. Постепенно встает вопрос о необходимости защиты прав возрастающей популяции саламандр. Но ученые умы не озабочены опасениями о том, что мыслящие саламандры вскоре могут объединить свои усилия и стать полноправной нацией.

Саламандры организуют целый подводный мир, издают газеты, строят учебные заведения. Производства у них нет, но люди снабжают их мир всем необходимым, включая оружие.

Постепенно саламандры начинают отстаивать свои интересы. Сначала они пытаются дать отпор крестьянам, совершая мародерские набеги на их угодья. Дальше и вовсе взрывают французские суда и устраивают споры между собой, ставя под угрозу жизни мореплавателей.

Саламандры устраивают мощные землетрясения и начинают затопление Великобритании. Страна не может дать должный отпор бушующей стихии, ведь постепенно уходит на дно. Конференция по урегулирования конфликта, собравшая умы всего мира в Вадузе, уже готова принять условия саламандр, но континенты все быстрее затапливаются водой. Человечество оказалось в смертельной ловушке.

Пан Повондра вспоминает визит к его хозяину-богачу Г.Х. Бонди капитана Ванаха. Швейцар мог тогда не пустить на порог корыстного моряка, но дело уже сделано. Чех надеется избежать потопа, ведь море далеко от границ его страны.

Но внезапно в реке Влтаве появляется зловещая голова саламандры. Неизвестно, пойдут ли воинственные саламандры востока и запада в наступление. Лишь их взаимное истребление друг друга может спасти человечество от катастрофы.

Источник: https://www.allsoch.ru/chapek/vojna_snbspsalamandrami/

Ссылка на основную публикацию