Былое и думы — краткое содержание произведения герцена

Александр Иванович Герцен является одним из русских авторов, на которого повлияла французская культура. Отражение истории в человеке — вот главная тема его произведения «Былое и думы».

Краткое содержание позволит ознакомиться с мыслями писателя, его биографией и трудностями, с которыми ему пришлось столкнуться. Но книга не лишена определенной романтики и удивляющей откровенности.

Она делится на девять частей, где описаны разные периоды жизни.

Детская и университет

Первая часть книги «Былое и думы» охватывает период с 1812 до 1834 года. Автор в этом разделе описывает свою жизнь в родительском доме. Своего отца он видит умным ипохондриком, что было типичным для поколения 18 века. Юноша не собирался становиться на него похожим, поэтому искал собственную дорогу в жизни.

Становление личности писателя началось под влиянием событий 14 декабря 1825, а через два года он познакомился с дальним родственником Огаревым. Это будущий поэт, вместе с которым Герцен впоследствии работал в русской типографии в Лондоне.

Огарев стал автору хорошим другом и однажды на Воробьевых горах они поклялись отдать свои жизни за борьбу. А свой союз мальчики рассматривали как политический. Радикальные взгляды Герцена не изменились с возрастом, он проповедовал их уже тогда, когда стал студентом Московского университета.

Тюрьма и ссылка

Начало второй части — 1834 год. Герцен, Огарев и другие ребята из их университета были арестованы по ложному доносу. Их обвиняли в оскорблении Его Величества.

Юношей недолго продержали в тюрьме, но затем выслали. Автору пришлось переехать в Вятку, где он служил в канцелярии губернского правления.

Он описал множество комедийных и печальных случаев, которые с ним приключились во время работы.

Большое внимание писатель уделил характеру Витберга, с которым он познакомился в ссылке. Талантливый друг создал удивительный проект храма, посвященного событиям 1812 года на Воробьевых горах. Политичных взглядов в этой части практически нет. Текст посвящен воспоминаниям службы и интересным людям. В 1838 место ссылки Герцена изменилось. Его перевели из Вятки во Владимир.

Владимир-на-Князьме

В третьей части автор написал о своей романтической истории любви. Его личная жизнь была действительно удивительной. Герцен влюбился в незаконную дочь собственного дяди.

Ее звали Наталья Александровна Захарьина. Девушку воспитывала ее полубезумная тетка, поэтому у нее были проблемы с воспитанием. Над Натальей практически издевались, ее никуда не выпускали.

Соответственно, ни о каком браке не могло быть и речи.

Тогда Герцен решился на отчаянный шаг. В 1838 году он вернулся в Москву, хотя ему еще не разрешили въезд. Он практически украл свою невесту и увез ее с собой. Вскоре они тайно обвенчались. Об этом случае писатель вспоминает с печальными, но в то же время торжественными нотами. Он горд собой, что был таким отчаянным и смог добиться желаемого.

Москва, Петербург и Новгород

Третья часть книги «Былое и думы» описывает события после ссылки. Друзья вернулись в Москву и стали участниками кружка Станкевича. В нем состояли молодые гегельянцы:

  • Герцен;
  • Огарев;
  • Бакунин;
  • Белинский.

Автор рассказал о том, что есть общего между славянофилами и западниками. Но первое понятие смешивать с официальным национализмом нельзя. Герцен также рассуждает о социализме и русской общине.

Идеологические разногласия разделили автора и его друга. В 1846 году произошла ссора между Александром Ивановичем и Грановским. Первый доказывал, что душа не может быть бессмертной, а второй верил в ее вечность. Такие споры были частым явлением в кругу интеллектуалов той эпохи. Из-за этого автор решил покинуть Россию и отправиться путешествовать по Европе, чтобы найти единомышленников.

Перед революцией

Пятая часть рассказывает о первых годах, проведенных в Европе. Сначала Герцен оказался в Париже. Он давно мечтал побывать в этом городе, так как читал много книг на французском языке. Позже автор рассказал об Италии, Февральской революции во Франции, побеге в Швейцарию.

Здесь становится труднее читать «Былое и думы», так как последовательное изложение разбавляется статьями и очерками. Наполеоновский режим натолкнул его на мысли о гибели западной цивилизации. Ее губит мещанство, помешанное на материальном благосостоянии. Единственный выход из этой ситуации — это создание социального государственного строя.

Герцен посетил несколько европейских стран:

  • Францию;
  • Италию;
  • Швейцарию;
  • Англию.

После смерти писателя в эту часть включили главы, посвященные тяжелым семейным ситуациям Герценов. В последние годы жизни Наталья Александровна из-за депрессии изменила своему супругу. Она была слишком впечатлительной, поэтому ее нервы пострадали из-за болезни маленькой дочери и восстания 1848 года в Париже.

Ее любовником стал близкий друг Герцена — немецкий поэт Гервег. Но женщина по-прежнему любила мужа и рассказала ему правду. Александр Иванович согласился отпустить ее. Но она отказалась от развода и разорвала отношения с поэтом. Несколько месяцев супруги проводят в Италии, а в 1851 году погибла мать Герцена и его сын Коля.

Гервег до тех пор не мог оставить в покое семейство, он грозил покончить с собой, если Наталья не вернется к нему. За писателя заступаются его друзья, но поэт рассказал их общим знакомым о денежных долгах, драках, неприятных публикациях. Это все довело супругу Герцена до отчаяния. В 1852 году после очередных родов она умерла.

В то время писатель много общался с русскими эмигрантами. Его поражало, как соотечественники губят свои таланты и отказываются серьезно заниматься литературной деятельностью. Он высмеивает людей, похожих на А. Энгельсона, считает их заносчивыми и раздражительными, себялюбивыми и даже жестокими, неспособными упорно трудиться.

После смерти жены

Шестая часть книги Герцена Александра Ивановича «Былое и думы» рассказывает о его жизни после смерти супруги. Писатель отправился в Англию, где с помощью третейского суда решил разобраться в отношениях с немецким поэтом. Но успокоение он нашел в работе над своим произведением, посвятил ему и обустройству русской типографии остаток жизни.

Писателю понравилась Англия и то одиночество, которое она ему подарила. Страна принимала эмигрантов и обеспечивала их работой. Он был знаком со многими известными личностями:

  • Маццини;
  • Кошута;
  • Ледрю-Роллен.

В кругу его друзей оказались вожди национально-освободительного и социалистического движений. Он рассказал о приеме Гарибальди, интригах правительства, которое не хотело ругаться с Францией, о деятельности преступников и шпионов, представляющихся политическими изгнанниками.

Герцен описывает менталитет разных национальностей, так как убежден в существовании такого характера. Марксиды были ему отвратительны, так как их он считал непорядочными людьми, которые готовы на все для уничтожения политических противников.

Герцен любил наблюдать за тем, как характеры разных наций сталкиваются при спорах. Он описал дело двух дуэлянтов-французов, которое рассматривали в английском суде. Это получилась юмористическая сцена.

Русская эмиграция

Седьмая часть посвящена проблемам русской эмиграции. Автор написал отдельные очерки о Печерине и Бакунине, а также историю вольной типографии. Странным событием для него был визит полковника. Невежественный и нелиберальный человек пришел обратиться к нему как к начальству. Это польстило Герцену, он даже почувствовал себя генералом.

Автор вел себя довольно смело, он поддерживал не только русских эмигрантов. Его «Колокол» существовал с 1858 по 1862, а известным он стал после серии пожаров в Москве. Популярности ему добавили и последствия польского восстания 1862 года. Тогда Герцен согласился поддержать его с помощью печатных изданий.

Современники поражались бесстрашию писателя. Его нравы многие не разделяли, некоторые даже презирали и ненавидели. Но это не остановило его желание писать и рассказывать о своих рассуждениях. Своеобразие его мыслей поддавалось анализу множество раз, но до конца его могли понять только сторонники, единомышленники.

Путешествие по Европе

У восьмой части нет названия или общей темы и даже нет связности. Автор просто рассказывает о своих впечатлениях от разных европейских стран. Он посетил их примерно в 1860-х годах, но и в то время называл «царством мертвых». Есть несколько глав о Венеции и Париже, описаны проблемы императорской Франции.

Много внимания Герцен уделил жизни стариков, которые когда-то были известными и удачливыми. Свой век они доживают в нищете, окруженные презрением. Именно поэтому автор сожалел об устройстве государств, о неправильном поведении властей.

Только Швейцарию писатель считал единственным местом, еще пригодным для жизни. Он слушал государственных чиновников, пытался понять их мнение насчет устройства общества. Его поражал резкий контраст между пышностью существования властвующей верхушки и нищенством стариков и многодетных семей. А в Швейцарии чиновники пытались заботиться о тех, кто нуждался в помощи.

Старые письма

Последняя часть книги — это тексты писем друзей Герцена. Но прежде чем изложить их, автор противопоставил мысли товарищей самому произведению. Он говорил о том, что письма не давят воспоминаниями о прошлом, а книга вызывает у него в памяти печальные события, заставляет грустить о прошедшем времени.

В этой части изложены письма нескольких личностей:

  • Чаадаева;
  • Полевого;
  • Карлейля;
  • Грановского;
  • Белинского.

Тексты переписаны в случайном порядке, представлены не в полном объеме. Это делает их непринужденными, легкими к восприятию. Они словно сближают читателей с теми, кто писал эти письма.

Хотя автор это отрицает, послания его друзей похожи на саму книгу. Он пытался описать европейскую цивилизацию, а на самом деле не забывал рассказать о будничных вещах, своих сокровенных идеях и даже семейных проблемах. Сами письма Герцен назвал записками о коротком времени.

Отзывы читателей

Книга Герцена вызывает неоднозначные мнения у читателей. Некоторые считают, что именно этот автор разбудил сознательность в русском народе. Много времени уйдет на то, чтобы прочитать «Былое и думы» Герцена. Отзывы уже ознакомившихся с произведением помогут составить собственное мнение и понять запутанные моменты.

Я люблю книги, сюжет которых пронизан историей. К подобному жанру можно отнести и «Думы…» Герцена. Автор заставляет задуматься о своем месте в этом мире, ведь его непоздно искать в любом возрасте. А на самого писателя повлияла Отечественная война, сражения с французами. Это заметно в каждой строке и букве произведения. Недостатков в этой книге я не нашел.

Максим Артемович, 53 года

Хотя такие книги называют литературой для взрослых серьезных мальчиков, я ее скачала и решила прочитать. И уже вроде сложила свое мнение об авторе и произведении. Над смыслом текста нужно думать, это не рассказы на один вечер. Вся книга пронизана тонким, но взрослым юмором.

Чтобы понять ее, нужно самому повидать многое в жизни. Люди, которых все время кто-то опекает, не смогут в ней разобраться. Довольно увлекательное произведение, но мне кое-что не понравилось. Я так и не поняла, почему автор не спас своего друга от жандармов.

Мирослава, 26 лет

В юности меня пугали мемуары, но книга Герцена написана простым и понятным языком. Я читала ее в онлайн-режиме, на это ушло несколько недель.

Юным читателям сложно будет осилить слог автора, но те, кому уже за 30, без проблем справятся с текстом. Книга правдива, она пропитана самоиронией, в ней нет лишних рассуждений.

Чем больше читаешь, тем сильнее произведение увлекает. Оторваться от него просто невозможно.

Алиса, 42 года

ПредыдущаяСледующая

Источник: https://Sprint-Olympic.ru/uroki/literatura/kratkoe-soderzhanie/91068-byloe-i-dymy-kratkoe-soderjanie-knigi-aleksandra-aleksandrovicha-gercena.html

Краткое содержание: Былое и думы

Книга охватывает события с начала 1812 до 1868 годов. Сначала идёт повествование автора о его няньке, а так же том, как мыкалась его семья в Москве в 1812 году, когда город был занят французами. На тот момент А. И. было 8 или 9 лет.

Конечно, в полном смысле мемуарами «Былое и думы» назвать можно с большой натяжкой: последовательность повествования практически отсутствует. Она прослеживается только в первых пяти частях. Остальные три — это ряд очерков, статей, который расположены по хронологии.

Некоторые главы этой книги печатались отдельно, например «Западные арабески» и «Роберт Оуэн». Сам Герцен называет «Былое и думы» домом, который постоянно строится и обрастает новыми и новыми помещениями.

Читайте также:  Сочинение деньгами надо управлять, а не служить им

Первая часть «Былого и дум», которая описывает период жизни автора с 1812 по 1832, посвящена его жизни в доме отца. Отец Герцена — умный, ипохондричный человек. Сын называет его типичным порождением XVIII века.14 декабря 1825 года произведи неизгладимое впечатление на мальчика. Через два года он знакомится с Н. Огаревым, человеком, с которым его связывает родственная кровь. Огарев — будущий поэт, его с удовольствием читают люди в 1840-1860-х. Позже Герцен крепко сдружится с ним и они даже будут вместе заниматься русской типографией в Лондоне. Пока оба мальчика одинаково любят Шиллера — это тоже сближает их. Друзья считают себя политическими заговорщиками, которые заключили союз — они даже вместе присягнули Москве и поклялись потратить свою жизнь на борьбу. Так, радикальные политические взгляды заложились в Герцене очень рано. Повзрослев и поступив в Московский университет на физико-математическое отделение, он продолжал их упорно проповедовать.

Вторая часть, «Тюрьма и ссылка», (1834-1838), рассказывает о том, как Герцен, Огарев и остальные участники их университетского сообщества были арестованы и сосланы из-за дела об оскорблении его величества царя. Герцен рассказывает, что его сослали в Вятку. Там он работал в канцелярии губернского правления. На нём лежал статистический отдел.

В этой же главе есть целая подборка смешных и не очень случаев из истории Вятки и его службы там. Во время ссылки Герцен познакомился с А. Л. Витберг. Автор с восторгом отзывается о его фантастическом проекте храма, который был спроектирован в память о 1812 годе на Воробьёвых горах. В 1838 году Герцен покидает Вятку и его посылают во Владимир.

Треться часть, названная «Владимир-на-Клязме», посвящена о истории любви Герцена и Натальи Александровны Захарьиной. Она была незаконная дочь дяди Герцена и воспитывалась у сумасшедшей и злой тётки. Не получив у родственников разрешения жениться на ней, в 1838 году Герцен уезжает в всё ещё закрытую для него Москву вместе со своей невестой. Там они втайне ото всех венчаются.

Четвёртая часть называется «Москва, Петербург и Новгород». В ней описывается московские интеллектуалы, представляющими собой целую эпоху. Когда ссылка для Герцена и Огарева закончилась, они вошли в кружок Станкевича, где сразу же подружились с Белинским и Бакуниным. Главу «Не наши» Герцен посвятил Хомякову, Киреевских, Аксакову и Чаадаеву. В ней автор рассказывает о тех факторах московской атмосферы, которые сближали западников и славянофилов в 40-е гг. Герцен объясняет, почему славянофильство — это не то же самое, что и официальный национализм. В конце он рассуждает о том, какой должна быть русская община и о социализме.

В 1846 году идеология Огарева и Герцена идёт немного в сторону от многих других деятелей, между Грановским и Герценом даже вспыхнула ссора: один верил, другой отрицал бессмертность души. После этого инцидента Герцен уезжает из России.

Пятой части Герцен даёт название своего маршрута — «Париж — Италия — Париж: Перед революцией и после неё». Герцен рассказывает о своих первых годах жизни в Европе.

Он рассказывает о себе как об отвлечённом русском человеке, который, живя в России захлёбывался шедеврами, написанными здесь, в Париже: «Итак, я действительно в Париже, не во сне, а наяву: ведь это Вандомская колонна и rue de la Paix». Дальше он едет в Италию и наблюдает национально-освободительное движение.

Он пишет о Риме и о «Молодой Италии». В феврале он возвращается во Францию и в середине этого же месяца в 1848 году там вспыхивает знаменитая февральская революция. О ней Герцен пишет очень кратко: подробнее интересующийся читатель может прочесть в «Письмах из Франции и Италии».

Автор уделяет больше внимание эмиграции в Париже — о засилии Франции поляками. Он рассказывает о том, что эмиграция несёт мистический мессианский и католический пафос. Он упоминает об Июньских днях и о своём побеге в Швейцарию.

В пятой части заканчивается последовательное повествование. Начинают проскальзывать ни с чем не связанные очерки и статьи. Находясь в работе над «Западными арабесками» Герцен явно пребывает под гнётом Наполеона III — автор с тревогой пишет о том, что западная цивилизация погибает. Это волнует каждого русского социалиста и либерала. Душа Европы убывает с насаждением мещанства и его проповедью материального культа благополучия. Единственный выход из этого, по Герцену, это создание социального государства.

Так же Герцен посвящает несколько глав Прудону: он пишет и об их знакомстве, и о его личных впечатлениях о нём, и о его книге «О справедливости в церкви и в революции».

Герцену не по нраву то, как Прудон жертвует человеком во имя построения справедливого государства.

Такая модель социального государства не верна в корне: её предлагали и идеологи вроде Ба-Бефа, участвующего в революции 1891 года, и русские шестидесятники. Герцен сравнивает этих членов революции с Аракчеевым.

Особенно Герцен критиковал Прудоновское отношение к женщине — эдакий французский крестьянин-собственник. По мнению Герцена, Прудон слишком примитивен в таких сложных и многокомпонентных вещах, как измена и ревность. Болезненность, с которой Герцен рассуждает обо всём этом, наталкивает на мысли, что тема измены и ревности ему до боли знакома.

Пятая часть завершается описанием последних лет жизни Натальи Александровны, чья смерть оканчивает драматическую историю семьи Герцена. Эта часть «Былого и дум» опубликовалась после смерти всех упомянутых в ней лиц, через несколько лет.

Наталья Александровна всегда была склонна к депрессии, и разгром восстания с кровопролитием, появление на троне Наполеона III, а так же тяжело больная маленькая дочь подкосили впечатлительную женщину.

Находясь на грани нервного срыва, она знакомится с Гервегом, известным немецким поэтом и социалистом, который в то время тесно дружил с Герценом. Она обольщается его жалостливыми историями про одиночество души и у них возникает роман.

Наталья Александровна любит мужа и ребёнка, и её мучает такая вынужденная позиция между двумя фронтами. Она не могла долго скрывать свою связь от мужа, и всё ему рассказывает. Герцен готов дать развод, если она попросит. Но Наталья Александровна бросает любовника и остаётся с мужем.

Герцен саркастически описывает семейное положение Гервега и с иронией отзывается о его жене Эмме. Эмма — богатенькая дочь банкира, на которой женились только из-за приданого.

Она беспрерывно восторгалась своим гениальным мнением и душила его своей чрезмерной опекой. Она требовала от Герцена, чтобы тот отказался от семьи ради душевного равновесия Гервега. Восстановление мира в семье Герцены отмечают поездкой в Италию на несколько месяцев. В 1851 году терпит кораблекрушение судно, на котором находились мать Герцена и маленький сын Коля. Оба погибают.

Гервег преследует чету Герценов и сначала клянчит, потом требует, и наконец грозиться убийством и самоубийством в случае, если ему откажут. Следствием заступничества за Герцена его друзей оказывается рукоприкладство, напоминание о старых денежных долгах, публикации в периодике и прочее.

Нежная Наталья Александровна, не выдержав всех этих стяжательств, умирает во время родов в 1852 году.

Последний раздел пятой части называется «Русские тени». В нём содержатся упоминания о русских эмигрантах, с которыми Герцен много общался. Он упоминает Н. И. Сазонова, который был его университетским приятелем.

Сазонов долго и бестолково ездил по Европе, метался от одного политического проекта к другому, не признавал слишком «литературного» Белинского. Для Герцена Сазонов представлял тот тип современного ему русского человека, который зря тратил свои силы, которые не нужны были России.

Упоминая о своих сверстниках, Герцен требует от заносчивых молодых «шестидесятников» признания и справедливости. Ведь его поколение «жертвовало всем, что предлагала им традиционная жизнь, из-за своих убеждений. Таких людей нельзя просто сдать в архив…». А. В. Энгельсу, по мнении.

Герцена, свойственен «болезненный надлом» и чрезвычайное самолюбие, свойственное для всех выходцев из поколения петрашевцев.

Это самолюбие сдабривалось «дрянными и мелкими людьми», составлявших большую часть общества. Они была неспособны с упорной и трудной работе, бесполезны, раздражительны и временами даже жестоки.Часть шестая.

После того, как Наталии не стало, Герцен уезжает в Англию. Он искал защиты у демократичного третейского суда. То, что Гервег сделал его семейную трагедию публичным достоянием, не должно было сойти ему с рук.

Но вместо судебного процесса Герцен успокоил себя написанием «Былого и дум» и созданием русской типографии.

Герцен стал одним из тех бесчисленных эмигрантов, которые заполнили тогда Англию, считавшуюся приютом, ибо она имела «право убежища». Привыкая и находя полезным умиротворяющий темп лондонской жизни, Герцен пишет о своём благотворном одиночестве. Он одинок среди толпы.Об эмигрантах и их положении подробно рассказано в шестой части («Англия (1852-1864)»). Герцен был знаком, иногда даже близко, с вождями европейского социалистического и национально-освободительного движения. Среди знакомых автора были так же шпионы, преступники, не хотящие садиться в тюрьму — все они выпрашивали убежище под прикрытием беженцев из-за политических убеждений. Так как Герцен хорошо знал особенности характера каждой национальности, он написал об эмиграции каждой национальности в отдельности, разбив очерки по главам. («Польские выходцы», «Немцы в эмиграции», и т.д.). Маркса и его марксидов Герцен считал непорядочными, готовыми на всё ради уничтожения соперника. Неприязнь Герцена была взаимной. Всё же автор с интересом наблюдал и записывал столкновения разных национальностей — в таких ситуациях наиболее ярко проявлялся коренной характер. Седьмая часть о русской эмиграции. Бакунину и Печерину посвящены отдельные очерки. Так же в седьмой части Герцен пишет о создании русской типографии и «Колоколе» (1858-1862). Сначала речь идёт о том, как какой-то полковник, нелиберальный и невежественный, является к Герцену, считая его своим начальством. («Я тотчас почувствовал себя генералом…»). Журнал «Колокол» обретает огромную популярность и вес в России. Особенно, когда в Москве прошла серия пожаров и Герцен в одном из выпусков журнала поддержал поляков, когда те выступали в восстании в 1862 году.

Первая глава восьмой части называется «Без связи». Общего название и темы эта часть не имеет. Здесь собраны описания событий, которые произвели впечатление на автора в конце 60-х годов разные страны Европы.

О самой Европе Герцен мнения не изменил, она по-прежнему для него «царство мёртвых». Глава под названием «С того света» — о стариках, которые когда-то были удачливы и даже известны.

Единственным местом в Европе, пригодным для жилья, Герман называет Швейцарию.

В конце сборника «Былое и думы» содержатся письма, которые писали Герцену Н. Полевой, Белинский, Грановский, Чаадаев, Прудон, Карлейл и другие. Все они названы единым заголовком — «Старые письма». Герцен пишет к ним предисловие, где противопоставляет письмо и книгу.

В письмах прошлое не чувствуется таким тяжёлым и давящим, как в книгах. Этим письма обязаны тем, что они непринуждённы и написаны в атмосфере будничных забот, которые сквозь бумагу чувствует получатель.

Все эти письма похожи на мемуары Герцена в целом, ведь в рассуждения о европейской цивилизации он попытался вставить то самое «случайное» и «будничное», сквозившее в письмах.

Краткое содержание романа «Былое и думы» пересказала Осипова А. С.

Обращаем ваше внимание, что это только краткое содержание литературного произведения «Былое и думы». В данном кратком содержании упущены многие важные моменты и цитаты.

Источник: https://biblioman.org/shortworks/gertsen/byloe-i-dumy/

Краткое содержание «Былое и думы» Александра Герцена

Книга разделена на несколько частей, хронологически охватывающих жизнь автора. Первая часть относится к детству и студенческой юности. Детство свое автор проводит с отцом и растет в его доме.

Читайте также:  Привидение в инженерном замке - краткое содержание рассказа лескова

В 1827 году Герцен знакомится с Н. Огаревым, с которым годами позже открывает и свою типографию в Лондоне. Постепенно у Герцена формируются политические взгляды, которые носят радикальный характер.

Ответ на них он находит и у Огарева. Повзрослев, они приносят на Воробьевых горах присягу, обещая жертвовать жизнью за путь, который они избрали. Позже Герцен поступает на физико-математический факультет в один из московских университетов.

Следующая часть повествует о нескольких неделях заключения и ссылке в Вятку, которые пришлись на 1834–1838 года. Герцена арестовывают прямо у него дома и после бессонной ночи в канцелярии отправляют в тюрьму.

Там Герцен особенно страдает от невозможности читать, но вскоре условия его содержания немного смягчаются и ему разрешают читать итальянскую грамматику. Спустя две недели, Герцена отправляют в Крутицкий монастырь, переделанный под жандармские казармы.

Там он провел несколько месяцев до слушания по его делу.

Обвинений Герцен не знал, так же как и содержания своего приговора после суда. Кто-то говорил, что их ссылают на Кавказ, кто-то предполагал, что в Бобруйск.

После суда Герцена ссылают в Вятку, где он работает в канцелярии, ему отдают в руководство стилистический отдел. Причиной этой ссылки является дело, где его обвиняют в оскорблении самого Императора.

Находясь в ссылке, он знакомится с Витбергом, а после его отсылают во Владимир.

«Владимир-на-Клязьме» — 3 часть автобиографии рассказывает о встрече Герцена и Натальи Александровны. После смерти отца, Наташу еще совсем ребенком взяла на воспитание ее тетка-княгиня. Она описывается как деспотичная и злобная женщина.

Всю свою жизнь Наталья тайно любила Александра. Их переписка длилась долгое время, но когда княгиня узнала об этом, то решительно собралась выдать Наталью замуж.

Герцен не мог допустить, чтобы его возлюбленная вышла за другого и тайком отлучился из Владимира в Москву, где устроил побег Натальи и их тайно обвенчал священник.

«Москва, Петербург и Новгород» – четвертая часть автобиографии. Герцен с Огаревым возвращаются покидают Клязьму и возвращаются в Москву. Их ссылка окончена. Они начинают сближаться с кружком Станкевича, хотя, как пишет Герцен, раньше между ними не было симпатии, так как они не принимали совершенно взгляды друг друга.

Позже Герцен отправляется в Петербург по приглашению своего отца. Однако, спустя недолгое время Герцена пытаются обвинить в том, что он «способствовал распространению вредного слуха» и снова хотят сослать в Вятку. Его перепуганная и перенервничавшая жена рожает и теряет ребенка.

Герцена с семьей все же ссылают в Новгород, где он получает должность советника в губернском управлении. Спустя какое-то время, Герцен покидает Россию и начинает путешествие по Европе, где встречается со многими деятелями о которых рассказывает в своих очерках и историях.

«Париж — Италия — Париж» (1847–1852). Герцен прибывает в Европу и описывает свои первые дни во Франции, пишет о Риме, рассказывая о происходящих революционных движениях и достопримечательностях, о побеге в Швейцарию. С этой части изложение теряет свою последовательность и превращается в полноценные стать и очерки.

В Париже Герцен знакомится с Прудоном, французским политиком, и описывает впечатления от встречи. У них часто бывают споры и разногласия во взглядах, но Герцен удивлен его мягкостью в личном общении. Однако, ему не нравится то, как Прудон относится к женщинами и его некоторые взгляды на жизнь и политическое устройство.

После июньского восстания в Париже в 1848 заболевает маленькая дочь Герцена. Эти события сильно действуют на жену Герцена и она начинает переписку с Гервергом, немецким поэтом и хорошим другом Александра.

Их роман становится угрозой браку и Герцен даже предлагает развестись, но Наталья Александровна все еще любит своего мужа, поэтому объясняется с ним и они уезжают.

Герверг публикует личную переписку с Натальей Александровной, угрожает Герценам расправой и самоубийством.

В 1851 во время кораблекрушения Герцен теряет свою мать и сына. Это окончательно влияет на Наталью Александровну и она умирает во время очередных родов.

Герцен не может более больше выносить тоску по умершей жене и потому уезжает в Англию. Он подает в суд на Герверга и начинается долгая борьба в их отношениях, но отвлечение Герцен находит, лишь когда начинает работать над своей автобиографией «Былое и думы», открывает свою типографию.

Таким образом, шестая часть «Англия» повествует об одинокой жизни Герцена в Лондоне и эмигрантах, которые на тот момент заполонили Англию.

Она начинается с описания собственных чувств и страданий после ударов, что последовали один за другим. Сейчас ему, как никогда прежде хочется общества друга, но он понимает, что ехать ему не к кому и незачем.

Рядом с ним остается только один его сын Саша, а остальные дети находятся в Париже.

Герцен пишет об эмиграциях разных национальностей и описывает определенные черты их характеров.

К примеру, он считает, что немецкие эмигранты превращаются в распустившихся англичан, а французы очень долго привыкают к здешнему устройству жизни, не могу простить англичанам того, что они не говорят по-французски и едят на обед — не множество маленьких порций различных блюд, а проглатывают два куска мяса.

В главе «два процесса» автор особенно ярко описывает проблемы эмигрантов и столкновение с чужими законами. Также Герцен говорит о правительстве, которое ведет свои интриги, о народе, как сталкиваются нации и как это проявляется.

Седьмая часть (1858–1862) посвящена русской эмиграции самого Герцена. Он пишет как однажды его утро началось с визита русского полковника. Тот посчитал своим долгом выразить Герцену благодарность за его публикации и статьи, которые в России популярны и читаются. Также Герцен говорит, что таких визитов после было еще немало. В то же время умирает Грановский.

Весной 1856 приезжает Огарев и через год они выпускают первый лист «Колокола». Этот журнал нашел огромный отклик в России, но также и огромное количество критики. Герцен получает много писем в которых его восхваляют или, наоборот, говорят, что темы его статей слишком смелы и для России не походят. Также Герцена навещает князь Голицын, тайно покинувший Россию.

Заключительная восьмая часть не имеет названия и общей темы и охватывает три года жизни писателя (1865–1868).

Она включает впечатления Герцена о странах Европы и старые письма от Полевого, Белинсого, Грановского, Чаадаева, Прудона и Карлейля. Большая ее часть состоит из писем, которые Герцен слал своим друзьям.

Их будничность помогает лучше увидеть автора, а автобиографию делает похожей на книгу воспоминаний.

Источник: https://school-essay.ru/kratkoe-soderzhanie-byloe-i-dumy-aleksandra-gercena.html

Краткое содержание “Былое и думы” Герцен

Книга Герцена начинается с рассказов его няньки о мытарствах семьи Герцена в Москве 1812 г., занятой французами ; кончается европейскими впечатлениями 1865 – 1868 гг.

Собственно, воспоминаниями в точном смысле слова “Былое и думы” назвать нельзя: последовательное повествование находим, кажется, только в первых пяти частях из восьми ; дальше – ряд очерков, публицистических статей, расположенных, правда, в хронологическом порядке.

Некоторые главы “Былого и дум” первоначально печатались как самостоятельные веши . Сам Герцен сравнивал “Былое и думы” с домом, который постоянно достраивается: с “совокупностью пристроек, надстроек, флигелей”.

Часть первая – “Детская и университет ” – описывает по преимуществу жизнь в доме отца – умного ипохондрика, который кажется сыну типичным порождением XVIII в.

События 14 декабря 1825 г. оказали чрезвычайное воздействие на воображение мальчика. В 1827 г. Герцен знакомится со своим дальним родственником Н.

Огаревым – будущим поэтом, очень любимым русскими читателями в 1840 – 1860-х с ним вместе Герцен будет потом вести русскую типографию в Лондоне.

Оба мальчика очень любят Шиллера; помимо прочего, их быстро сближает и это; мальчики смотрят на свою дружбу как на союз политических заговорщиков, и однажды вечером на Воробьевых горах, “обнявшись, присягнули, в виду всей Москвы, пожертвовать […] жизнью на избранную […] борьбу”.

Свои радикальные политические взгляды Герцен продолжает проповедовать и повзрослев – студентом физико-математического отделения Московского университета.

Часть вторая – “Тюрьма и ссылка” “: по сфабрикованному делу об оскорблении его величества Герцен, Огарев и другие из их университетского кружка арестованы и сосланы; Герцен в Вятке служит в канцелярии губернского правления, отвечая за статистический отдел; в соответствующих главах “Былого и дум” собрана целая коллекция печально-анекдотических случаев из истории управления губернией.

Здесь же очень выразительно описывается А. Л. Витберг, с которым Герцен познакомился в ссылке, и его талантливый и фантастический проект храма в память о 1812 г. на Воробьевых горах.

В 1838 г. Герцена переводят во Владимир.

Часть третья – “Владимир-на-Клязьме” “- романтическая история любви Герцена и Натальи Александровны Захарьиной, незаконной дочери дяди Герцена, воспитывавшейся у полубезумной и злобной тетки. Родственники не дают согласия на их брак; в 1838 г. Герцен приезжает в Москву, куда ему запрещен въезд, увозит невесту и венчается тайно.

В части четвертой – “Москва, Петербург и Новгород” “описывается московская интеллектуальная атмосфера эпохи. Вернувшиеся из ссылки Герцен и Огарев сблизились с молодыми гегельянцами – кружком Станкевича . В главе “Не наши” Герцен говорит прежде всего о том, что сближало западников и славянофилов в 40-е гг. .

В 1846 г. по идеологическим причинам происходит отдаление Огарева и Герцена от многих, в первую очередь от Грановского ; после этого Герцен и решает уехать из России.

Часть пятая : Перед революцией и после нее”) рассказывает о первых годах, проведенных Герценом в Европе: о первом дне русского, наконец очутившегося в Париже, городе, где создавалось многое из того, что он на родине читал с такой жадностью: “Итак, я действительно в Париже, не во сне, а наяву: ведь это Вандомская колонна и rue de la Paix”; о национально-освободительном движении в Риме, о “Молодой Италии”, о февральской революции 1848 г. во Франции , об эмиграции в Париже – преимущественно польской, с ее мистическим мессианским, католическим пафосом , об Июньских днях, о своем бегстве в Швейцарию и проч.

Уже в пятой части последовательное изложение событий прерывается самостоятельными очерками и статьями.

В интермедии “Западные арабески” Герцен – явно под впечатлением от режима Наполеона III – с отчаянием говорит о гибели западной цивилизации, такой дорогой для каждого русского социалиста или либерала.

Европу губит завладевшее всем мещанство с его культом материального благополучия: душа убывает.

Единственный выход Герцен видит в идее социального государства.

В главах о Прудоне Герцен пишет и о впечатлениях знакомства , и о его книге “О справедливости в церкви и в революции”.

Герцен не соглашается с Прудоном, который приносит в жертву человеческую личность “богу бесчеловечному” справедливого государства; с такими моделями социального государства – у идеологов революции 1891 г.

вроде Ба-бефа или у русских шестидесятников – Герцен спорит постоянно, сближая таких революционеров с Аракчеевым .

Особенно неприемлемо для Герцена отношение Прудона к женщине – собственническое отношение французского крестьянина; о таких сложных и мучительных вещах, как измена и ревность, Прудон судит слишком примитивно. По тону Герцена ясно, что эта тема для него близкая и болезненная.

Завершает пятую часть драматическая история семьи Герцена в последние годы жизни Натальи Александровны: эта часть “Былого и дум” была опубликована через много лет после смерти описанных в ней лиц.

Июньские события 1848 г. в Париже , а потом тяжелая болезнь маленькой дочери роковым образом подействовали на впечатлительную Наталью Александровну, вообще склонную к приступам депрессии.

Нервы ее напряжены, и она, как можно понять из сдержанного рассказа Герцена, вступает в слишком близкие отношения с Гервегом , тронутая жалобами на одиночество его непонятой души.

Читайте также:  Синяя птица - краткое содержание пьесы метерлинка

Наталья Александровна продолжает любить мужа, сложившееся положение вещей мучает ее, и она, поняв наконец необходимость выбора, объясняется с мужем; Герцен выражает готовность развестись, если на то будет ее воля; но Наталья Александровна остается с мужем и порывает с Гервегом.

После примирения Герцены проводят несколько счастливых месяцев в Италии. В 1851 г. – в кораблекрушении погибают мать Герцена и маленький сын Коля. Между тем Гервег, не желая смириться со своим поражением, преследует Герценов жалобами, грозит убить их или покончить с собой и, наконец, оповещает о случившемся общих знакомых.

За Герцена заступаются друзья; следуют неприятные сцены с припоминанием старых денежных долгов, с рукоприкладством, публикациями в периодике и проч. Всего этого Наталья Александровна перенести не может и умирает в 1852 г. после очередных родов .

Пятая часть заканчивается разделом “Русские тени” – очерками о русских эмигрантах, с которыми Герцен тогда много общался. Н. И.

Сазонов, товарищ Герцена по университету, много и несколько бестолково скитавшийся по Европе, увлекавшийся политическими прожектами до того, что в грош не ставил слишком “литературную” деятельность Белинского, например, для Герцена этот Сазонов – тип тогдашнего русского человека, зазря сгубившего “бездну сил”, не востребованных Россией.

И здесь же, вспоминая о сверстниках, Герцен перед лицом заносчивого нового поколения – “шестидесятников” – “требует признания и справедливости” для этих людей, которые “жертвовали всем, […] что им предлагала традиционная жизнь, […] из-за своих убеждений […] Таких людей нельзя просто сдать в архив…”.

А. В. Энгельсон для Герцена – человек поколения петрашевцев со свойственным ему “болезненным надломом”, “безмерным самолюбием”, развившимся под действием “дрянных и мелких” людей, которые составляли тогда большинство, со “страстью самонаблюдения, самоисследования, самообвинения” – и притом с плачевной бесплодностью и неспособностью к упорной работе, раздражительностью и даже жестокостью.

Часть шестая. После смерти жены Герцен переезжает в Англию: после того как Гервег сделал семейную драму Герцена достоянием молвы, Герцену нужно было, чтобы третейский суд европейской демократии разобрался в его отношениях с Гервегом и признал правоту Герцена. Но успокоение Герцен нашел не в таком “суде” , а в работе: он “принялся […] за “Былое и думы” и за устройство русской типографии”.

Автор пишет о благотворном одиночестве в его тогдашней лондонской жизни ; это было одиночество среди толпы: Англия, гордящаяся своим “правом убежища”, была тогда наполнена эмигрантами; о них преимущественно и рассказывает часть шестая “).

От вождей европейского социалистического и национально-освободительного движения, с которыми Герцен был знаком, с некоторыми – близко , – до шпионов, уголовников, выпрашивающих пособие под маркой политических изгнанников .

Убежденный в существовании национального характера, Герцен посвящает отдельные очерки эмиграции разных национальностей .

Герцену было особенно любопытно наблюдать, как национальные характеры проявляются в столкновении друг с другом .

Часть седьмая посвящена собственно русской эмиграции , истории вольной русской типографии и “Колокола” .

Автор начинает с того, что описывает неожиданный визит к нему какого-то полковника, человека, судя по всему, невежественного и вовсе нелиберального, но считающего обязанностью явиться к Герцену как к начальству: “я тотчас почувствовал себя генералом”. Первая гл.

– “Апогей и перигей”: огромная популярность и влияние “Колокола” в России проходят после известных московских пожаров и в особенности после того, как Герцен осмелился печатно поддержать поляков во время их восстания 1862 г.

Часть восьмая не имеет названия и общей темы ; здесь описываются впечатления, которые произвели на автора в конце 60-х гг. разные страны Европы, причем Европа по-прежнему видится Герцену как царство мертвых ; недаром целая глава – “С того света” – посвящена старикам, некогда удачливым и известным людям. Единственным местом в Европе, где можно еще жить, Герцену кажется Швейцария.

Завершают “Былое и думы” “Старые письма” . В предисловии к ним Герцен противопоставляет письма – “книге”: в письмах прошлое “не давит всей силой, как давит в книге.

Случайное содержание писем, их легкая непринужденность, их будничные заботы сближают нас с писавшим”.

Так понятые письма похожи и на всю книгу воспоминаний Герцена, где он рядом с суждениями о европейской цивилизации попытался сберечь и то самое “случайное” и “будничное”.

Как сказано в XXIV гл. пятой части, “что же, вообще, письма, как не записки о коротком времени?”.

Источник: https://studentguide.ru/kratkie-soderzhaniya/kratkoe-soderzhanie-byloe-i-dumy-gercen.html

Читать

  • А. ГЕРЦЕН
  • БЫЛОЕ И ДУМЫ
  • Части 1-5

Роман о русском революционере и мыслителе

I

Мемуаров издано на свете так много, что даже имеющиеся специальные библиографические указатели не могут дать в этом отношении полной картины. Автобиографии же, которые в мировой литературе приобрели и сохранили классическое значение, можно сосчитать по пальцам.

Таковы воспоминания Челлини, «Исповедь» Руссо, «Поэзия и правда» Гете, автобиографическая трилогия Горького, «Былое и думы» Герцена. Правда, может возникнуть желание пополнить этот перечень.

Но даже такие выдающиеся художественные произведения, как автобиографические повести-хроники С. Т. Аксакова и «История моего современника» В. Г.

 Короленко не отличаются той полнотой и глубиной раскрытия себя, тем охватом целой эпохи, которые характеризуют классические автобиографии.

Конечно, автобиографии могут ставить себе различные цели.

Большую, даже мировую известность завоевали некоторые автобиографии, преследовавшие и выполнившие строго ограниченные задачи: рассказать не столько о себе, сколько о той деятельности, которой автор отдал себя целиком, и о подготовке к ней. Таковы, например, «Записки революционера» П. Кропоткина или «Моя жизнь в искусстве» К. С. Станиславского.

  1. Но мы говорим об автобиографии, в которой автор исследует и раскрывает самого себя, свой ум и свое сердце, свою жизнь и деятельность и воплощает свой рассказ о себе и других в художественных образах, обладающих непреходящей эстетической ценностью.
  2. Для создания такой автобиографии требуется сочетание, встречающееся чрезвычайно редко: синтез высших человеческих качеств в чем-то очень существенном выражающих передовые устремления эпохи, с литературным дарованием, способным выполнить труднейшую задачу безоглядного и отважного рассказа о себе и своем времени.
  3. Такую автобиографию способен создать только большой — если не великий — человек и большой — если не гениальный — писатель.

«Былое и думы» можно назвать романом о русском революционере. Но это роман и о человеке со всеми его личными особенностями, исканиями и заблуждениями, победами и поражениями, со всеми противоречиями его внутреннего мира, это повествование и об его личной жизни, любви, увлечениях и страстях.

Создание «Былого и дум» знаменует собою в жизни их автора тот пункт, в котором встретились, пересеклись и запечатлелись все многообразные и многосторонние искания Герцена — человека, революционера, мыслителя.

Поэтому и необходимо представить себе, хотя бы в самых общих чертах, путь Герцена, приведший его к созданию «Былого и дум».

Герцен рано и целеустремленно стал искать поприще, достойное тех сил и способностей, которые он ощущал в себе. Его, образующая целый том, переписка 30-х годов с другом и невестой Н. А. Захарьиной во многом посвящена страстным раздумьям об их будущем, освещенным поисками осуществления высокого призвания.

Тогда же, в годы вятской ссылки, стало вырисовываться своеобразие герценовского художественного дарования, стремление рассказать о себе, о своем духовном мире, о своем жизненном опыте и связать свою биографию с «биографией человечества». «Записки одного молодого человека», напечатанные в 1840–1841 годах и подведшие итоги вятским автобиографическим опытам, в сущности представляли собою уже ранний вариант некоторых глав первых частей «Былого и дум».

Затем, в 1841–1846 годах, Герцен публикует ряд завоевавших ему имя и известность произведений как в области философии («Письма об изучении природы», «Дилетантизм в науке» и др.), так и художественной литературы («Кто виноват?», «Сорока-воровка» и др.).

Но Герцен не хотел быть только писателем, только ученым. Этим он не был в состоянии удовлетвориться.

Больше того, он чувствовал, что и как философу и тем более как художнику ему совершенно необходима опора в такой собственной деятельности, которая дает право писать о своем идейном и практическом опыте, о своих переживаниях и думах. А для Герцена такой жизнью могла стать только жизнь русского революционера.

Эмиграция (1847 г.), открытое объявление войны царизму, создание в Лондоне в начале 50-х годов вольной русской печати, издание альманаха «Полярная звезда», а с 1857 года газеты «Колокол» определили новый важнейший период деятельности Герцена.

И не случайно тогда же, когда он готовился обратиться со свободным словом к России, Герцен приступил к «Былому и думам». Ибо найден был тот жизненный, проверенный делом фундамент, который давал право углубить и расширить давно задуманный роман о русском революционере и мыслителе.

Поэтому всякая попытка отделить в авторе и герое «Былою и дум» революционера от чело-века была бы насильственной.

«Былое и думы» раскрывают и человека и писателя. Для читателя это открытие и данной замечательной личности, и, неотрывно от нее, тех могучих общественных сил истории, которые отразились и воплотились в человеке.

Недаром Герцен сказал в предисловии к пятой части «Былого и дум», что это произведение представляет собой «отражение истории в человеке, случайно попавшемся на ее дороге».

Перед нами предельно откровенная история духовного, нравственного и идейного развития человека, действительно постоянно «встречавшегося» с историей, с важнейшими силами, событиями, идеями и деятелями того ее отрезка, который начинается на склоне 20-х и заканчивается на исходе 60-х годов XIX века.

В самом деле, еще в юности Герцен, ровесник Отечественной войны 1812 года, завязывает отношения с такими видными представителями старшего, пушкинского поколения, поколения декабристов, как М. Ф. Орлов и П. Я. Чаадаев. В 40-х годах он в центре дружеского кружка с Н. П. Огаревым, В. Г. Белинским, М. А.

 Бакуниным, со знаменитым историком Т. Н. Грановским, с великим актером М. С. Щепкиным. Вместе с тем он находится в сложных взаимоотношениях с такими лидерами славянофильства, как К. С. Аксаков, Ю. Ф. Самарин, А. С.

 Хомяков, братья Киреевские — всё обострявшиеся идейные конфликты помешали изначальной симпатии к некоторым из них перейти в дружескую близость.

Покинув в 1847 году Россию, Герцен играет крупную роль среди таких деятелей международного демократического движения, как Виктор Гюго, Ворцель, Кошут, Гарибальди, Маццини, Оуэн, Прудон, Луи Блан, Ледрю Роллен, Феликс Пиа, Гервег и многие другие.

В 60-х годах в борьбе с царизмом Герцен находится по одну сторону баррикад с Чернышевским, Добролюбовым, Н. Серно-Соловьевичем и другими русскими революционерами этого периода.

Если еще иметь в виду отношения Герцена с Толстым, Тургеневым, Ф. И. Тютчевым, Н. Н. Ге, В. В. Стасовым, с рядом русских ученых-естествоиспытателей и другими деятелями русской культуры — а мы называем лишь наиболее громкие и то далеко не все имена, — то широту всех этих связей нельзя не признать удивительной.

Правда, некоторая, сравнительно небольшая, часть этих отношений не получила по разным причинам прямого отражения в «Былом и думах». С Чернышевским, например, у Герцена была лишь одна и крайне трудная для автора «Былого и дум» встреча, о которой нельзя было публично рассказать, в частности и по конспиративным соображениям.

Однако такие «лакуны» не влияют на полноту отражения духовной идейной жизни в «Былом и думах».

Думается, одна из наиболее примечательных особенностей этого произведения, выражающих его индивидуальную неповторимость, заключается в художественном отражении в нем главных идей и мировоззрений эпохи, — тех идей, которые определяли расстановку сил в духовной борьбе этих десятилетий. Это встречи Герцена и с идеями дворянской революционности, и с утопическим социализмом Сен-Симона и Оуэна, и с философией Гегеля, и со взглядами эпигонов, опошлявших последнюю, и с естественно-научным материализмом, и с воззрениями разного рода представителей буржуазной и мелкобуржуазной демократии, и с анархиствующим прожектерством Бакунина, и с мировоззрением молодой русской революционной демократии, и с идеей исторической необходимости, выдвинутой марксизмом.

Источник: https://www.litmir.me/br/?b=280148&p=1

Ссылка на основную публикацию