Фирдоуси — краткое содержание эпос шахнаме

Уже во время многолетней службы в армии Фирдоуси начал интересоваться жизнью народа, его бытом, историей, собирал и изучал народные предания, легенды Востока, писал стихи.

Данных о жизни поэта сохранилось очень мало. В 976 году Фирдоуси начал работать над огромной эпопеей «Шахнаме», ставшей одним их выдающихся памятников мировой культуры, жемчужиной восточной поэзии.

По преданию, Фирдоуси посвятил своему труду 30−35 лет жизни, в результате было создано около 60 тысяч бейтов (двустиший).

Поэмы, вошедшие в «Шахнаме», пользовались сразу, с момента их появления, огромной популярностью.

Изучая эпос, предания, мифы, легенды народов Средней Азии, Фирдоуси решил в эпическом полотне как бы сконцентрировать 4000-летнюю историю народа, его культуру. Эпопею условно принято делить на три части: мифическую, героическую, историческую.

Фирдоуси - краткое содержание эпос ШахнамеАндре-Дервиш Севрюгян, «Иллюстрацияr к поэме Фердоуси „Шах-наме“», 1924−34 гг. ru.wikipedia.org

В первой части использованы в переработанном виде древние мифы, во вторую часть включены сказания о богатырях, третья посвящена хронике событий. Как писал Гёте:

Фирдоуси предпринял изложение всех общественных и государственных событий прошлого, легендарных и исторических.

Хотя эпопея носит название «Шахнаме — Книга царей» и композиционно делится на 50 так называемых царствований («падишахи»), основной ее идеей является возвеличивание любимой родины, силы и мощи простого народа, его настоящих героев. Вся эпопея пронизана симпатией к людям труда, и в первую очередь — к крестьянам.

Фирдоуси - краткое содержание эпос Шахнаме«Шахнаме». Иллюстрация из издания XVI века ru.wikipedia.org

Эти симпатии и гуманизм Фирдоуси особенно ярко выражены в лирических отступлениях, прославляющих человека, его разум, храбрость, честность. В эпопее звучит протест против деспотизма, гнета и несправедливых войн. Фирдоуси призывает правителей заботиться о простых людях, не облагать их непосильными податями при стихийных бедствиях, защищать от произвола чиновников.

Утопическая идея справедливого, мудрого, миролюбивого владыки становится краеугольным камнем социально-этической концепции Фирдоуси. Вековые мечты народа о мудром правителе находят свое отражение в образах справедливых царей, отдающих жизнь за свободу родины, в образах народных героев, сильных, верных, мужественных, готовых на подвиг во имя родины, друга или любимой.

Фирдоуси - краткое содержание эпос ШахнамеДэв Акван швыряет Рустама в море. Иллюстрация XVI—XVII веков ru.wikipedia.org

Одним из лучших произведений Фирдоуси считается поэма «Рустам и Сухраб», также входящая в «Шахнаме».

  • Но мук любви не скроешь от людей — Их слезы выдадут волне морей.
  • Кто б ни был любящий — душевной боли Не утаит он — выдаст поневоле.

Великий поэт, закончив «Шахнаме», преподнес свой многолетний труд правящему в то время султану Махмуду Газневидскому.

Но правитель отрицательно отнесся к эпопее, содержание которой противоречило его деспотической политике.

За огромный труд поэт не только не получил вознаграждения, но и подвергся преследованиям, и ему пришлось бежать из родной страны. По преданию, Фирдоуси выступил с обличительной сатирой на султана Махмуда.

Фирдоуси - краткое содержание эпос ШахнамеМавзолей на могиле поэта в Тусе ru.wikipedia.org

  1. Все свершится, как предрешено, Что от рожденья нам судьбой дано.
  2. Под крыльями судьбины роковыми И зрячие становятся слепыми.

Глубина мысли, простота языка, реалистические способы изображения событий и героев, удивительная афористичность многих бейтов делает «Шахнаме» поистине народным произведением. Поэт затрагивает в эпопее философские и социальные проблемы, воссоздает судьбу народа, его героев.

Никто не вечен. Хоть живи сто лет, Всяк осужден покинуть этот свет. И будь то воин или шах Ирана,Мы — дичь неисследимого аркана. Наступит время, всех нас уведутНа некий Страшный, на безвестный суд. Длинна иль коротка дорога наша —Для всех равно — дана нам смерти чаша. Как поразмыслить, то сейчас навзрыдОплакать всех живущих надлежит!

Фирдоуси - краткое содержание эпос ШахнамеГазанфар Халыков, «Похороны Фирдоуси», 1934 г. ru.wikipedia.org

Эпопея «Шахнаме» вошла в сокровищницу мировой литературы, бессмертные строки Фирдоуси и поныне звучат на языках многих народов мира.

Источник: https://ShkolaZhizni.ru/culture/articles/29203/

Шахнаме

«Шахнаме» сообщает, что первым на земле носил корону и царскую повязку на голове прародитель людей, Гайомарт (Каюмарс). По словам Фирдоуси, он поселился на горах, одел себя и свой народ в тигровые шкуры. Подобно солнцу сиял он на своем престоле; и животные и люди повиновались ему.

Но злой дух Ахриман, смотря с завистью на его царственное величие, послал на него дива, и сын Гайомарта, храбрый Сиямак, пал в бою. Однако сын Сиямака, Хушанг (в Авесте – Хаошьянха), поразил дивов, отомстил за смерть отца и взошел на престол Гайомарта.

В «Шахнаме» повествуется, что иранский царь Хушанг открыл искусство извлекать огонь из камня, возжег священное пламя и построил первый алтарь огню. Он научил людей ковать железо, орошать землю, делать себе одежду из звериных шкур.

Фирдоуси - краткое содержание эпос Шахнаме

После смерти Хушанга на иранский престол, согласно Фирдоуси, взошел Тахмурас (авест. Тахма-Урупи), усмиритель дивов. При нем люди узнали искусство прясть и ткать, научились петь, научились укрощать животных. Получив от Серуша, вестника богов, аркан, выехал он на коне, с булавою и арканом в руке, против дивов и низвергал их на землю.

После Тахмураса правил с царственным блеском Джемшид (авест. Ийима Хшайта). В «Шахнаме» говорится, что этот царь разделил людей на четыре звания: на жрецов, воинов, земледельцев и ремесленников. С помощью дивов, которые стояли у его престола препоясанные как рабы, он воздвиг великолепные здания. Он извлек из земли металлы и построил первый корабль.

Все повиновалось могущественному Джемшиду; ему приносили драгоценные уборы, и праздновали ежегодно в честь него торжество, «новый день». Такое величие сделало царя надменным. Джемшид послал свое изображение народам и потребовал, чтоб они оказывали ему божеские почести.

Тогда отступило от него сияние Божие, цари и вельможи восстали против него, и злой дух снова стал могуществен на земле.

Злодей Зохак и Феридун

В то время, продолжает поэма Фирдоуси, жил в земле фасийцев (Thasi), в пустыне, князь, имя которому было Зохак (авест. Ажи-Дахака), исполненный властолюбия и нечестивых желаний. К нему пришел Иблис, злой дух, и сказал: «над солнцем возвышу я главу твою, если ты вступишь со мною в союз».

Зохак заключил с ним союз, убил при помощи дива своего отца и овладел его престолом. Тогда Иблис превратился в прекрасного юношу, поступил поваром на службу Зохака, питал его кровью, как льва, чтобы сделать его мужественным, и давал ему превосходные кушанья, чтобы приобрести его расположение.

И попросил он себе позволения поцеловать Зохака в плечо. Зохак позволил ему – и мгновенно выросли на том месте, которое поцеловал юноша, две черные змеи. Зохак изумился, велел отрезать их у самого корня, но напрасно. Как ветви дерева, они выросли опять.

Тогда Иблис пришел к нему в образе врача и дал ему совет кормить их человеческим мозгом. Таким путём надеялся Иблис истребить людей на земле.

«Шахнаме» Фирдоуси. Индийское издание конца XVIII века

«Шахнаме» рассказывает, что к этому Зохаку и обратились иранцы, недовольные Джемшидом, и провозгласили его своим царем. При известии о приближении Зохака Джемшид бежал, отдавая престол завоевателю-иноземцу.

Через сто лет, он снова является к людям на самом далеком востоке, на берегу моря, в стране Чин (Китай). Зохак берет его в плен и перепиливает пополам пилой. Зохак, по словам Фирдоуси, царствует над Ираном тысячу лет, совершая злодейства за злодействами.

Каждый день отдают в пищу его змеям двух людей. В его дворец насильно приводят чистых девушек и приучают их к дурному. Он кровожадно тиранствует.

Он велит убить всех потомков Джемшида, которых может отыскать, потому что сновидение предвестило ему: юноша царского рода, стройностью стана подобный кипарису, убьет его железной булавой, сделанной в виде коровьей головы.

Но, по рассказанной в «Шахнаме» легенде, Феридун (древний иранский национальный герой Траэтаона), правнук Джемшида, спасен от поисков Зохака осторожностью матери, отдавшей его пустыннику в лесу горы Эльбрус.

Достигнув шестнадцати лет, он сходит с горы, узнает от матери свое происхождение и судьбу своей династии и идет мстить тирану.

Фирдоуси описывает, как кузнец Кава, шестнадцать сыновей которого пожраны змеями Зохака, привязывает к копью свой кожаный фартук и под этим знаменем ведет ненавидящих Зохака к Феридуну.

Феридун велит выковать булаву, имеющую форму коровьей головы, в воспоминание о корове Пурмайе, которая кормила его в лесу. Он побеждает Зохака, не убивает его, потому что это воспрещено святым Серошем (Сраошей), а приковывает к скале в глубокой, ужасной пещере горы Демавенда.

В таком виде «Шахнаме» Фирдоуси передаёт видоизменённый в течение веков древний миф о трехголовом змее Дахаке (Dahaka), которого убил Траэтаона, сын Атвии.

Чудовище, которое создал демон зла Ахриман для опустошения мира чистоты, превращено у иранцев времён Фирдоуси в тирана с одной человеческой и двумя змеиными головами.

Мифический герой, победивший изобретением медицины болезнь и смерть, стал просто человеком.

Пятьсот лет правит Феридун Ираном мудро и справедливо. Но сила злого духа продолжает действовать в его роде. Удрученный старостью, он делит царство между тремя сыновьями Сельмом, Туром и Иреджем. Сельм и Тур говорят, что Феридун слишком много дал младшему сыну. Напрасно Иредж, благородный душой и храбрый, заявил, что отказывается ото всего в их пользу.

Старшие братья, раздраженные тем, что народ называет Иреджа достойнейшим царской власти, убивают любимого богом юношу. Из уст их отца Феридуна вырывается проклятие, которое «подобно палящему дыханию пустыни пожрёт злодеев»; он призывает на них мщение. Его желание исполняется. Внук Иреджа, Миноджер, убивает обоих убийц и посылает головы их Феридуну.

Старик умирает от печали о судьбе своего рода.

Сказание о Рустаме

«Шахнаме» рассказывает далее о начале страшной войны между враждебными отраслями династии. Новые злодеяния увеличивают силу злого духа. Потомок Тура, свирепый, волнуемый необузданными страстями Афрасиаб (авест.

– Франграсьян), царь Турана, побеждает в кровопролитной племенной войне, овладевает страною солнца, Ираном, ставит свое знамя над престолом Джемшида. Но величайший из героев «Шахнаме», Рустам (авест. Равдас-Тахма), разбивает врагов. По словам Фирдоуси, Рустам родился в области Систан (древней Дрангиане) и был сыном героя Заля и Рудабы, дочери кабульского царя.

Содержащийся в «Шахнаме» рассказ о любви Заля и Рудабы – грациозно-лирический эпизод величественной эпопеи, исполненной воинственного духа.

Победив Афрасиаба, Рустам возводит на иранский престол Кей-Кубада (Кава-Кавада), потомка Феридуна. Афрасиаб спасается за Окс (Амударью). Рустам защищает против туранцев страну солнца, Иран, при Кава-Каваде и его преемниках – Кава-Усе (Кей-Кавусе), Кава-Сьяварене (Сиявакуше) и Кава-Хусраве (Кей-Хосрове).

На своем быстром как молния коне Рахше, который один из всех коней выдержал испытание давлением его тяжелой руки, Рустам, с накинутой на плечи тигровой шкурой, бьется арканом и булавой, имеющею форму головы быка, и никто не может устоять перед ним.

Как медь его тело, подобен горе его вид, широка и высока его грудь, преизобильна его сила, и едва увидев его, ужасаются враги. Даже дивы бессильны бороться с ним.

Раздраженный благоденствием Ирана, Ахриман придумывает новые средства погубить служащих богу света. Он возбуждает в душе Кей-Кавуса надменность и алчность; Кей-Кавус доходит до такой дерзости, что считает себя равным с богами, и перестает чтить их.

Воображая себя всесильным, он совершает ряд безумных дел и навлекает на себя бедствия. В «Шахнаме» рассказывается, как три раза наводит Ахриман врагов на Иран, три раза угрожает Ирану погибель. Но каждый раз сильная рука.

Рустама отражает врагов, и наконец Кей-Кавус, вразумленный бедствиями, становится разумным.

Рустам и Сухраб

В ярости от неудачи своих замыслов, от возобновившегося благоденствия Ирана, над которым снова сияет солнце, Ахриман обращает свой гнев на героя, разрушившего все его козни, и успевает запутать дела так, что Сухраб, сын Рустама, родившийся в Туране, ведет туранцев на Иран.

Отец, не узнав сына, убивает его на поединке. Невыразимая скорбь овладевает душою Рустама, когда он узнаёт, что мужественный юноша, убитый его кинжалом, – сын его, пошедший на войну, чтобы найти отца.

Но даже после этого страшного потрясения тяжким ударом судьбы, воспетый Фирдоуси Рустам остается защитником святой иранской страны.

Сказание о Сиявуше

Злоба Ахримана вскоре изобретает новую кознь. Сиявуш («Темноглазый», авест. – Сьяваршан), ещё один великий герой «Шахнаме», сын Кей-Кавуса, чистый душой и прекрасный видом, которого Рустам научил всем воинским доблестям, становится жертвою вражды Ахримана.

Мачеха Сиявуша, Рудаба, раздраженная тем, что он отверг её любовь, хочет погубить его интригами и клеветой. Но невинность Сиявуша разрывает сеть лжи. Тогда постигает его другая опасность. Боясь Рустама и Сиявуша, Афрасиаб заключил мир с Ираном.

Кей-Кавус, обольщенный злым советом, хочет возобновить войну, требует от сына нарушения данного слова. Сиявуш с негодованием отвергает вероломство. Отец настаивает на своём требовании, и Сиявуш убегает к Афрасиабу.

Туранский царь принимает его с радостью, женит на своей дочери, дает область во владение ему.

Но недолго улыбается счастье Сиявушу во дворце, который он построил среди розовых садов и тенистых рощ.

В сказании «Шахнамэ» о нём рассказывается, как Герсивез, брат Афрасиаба, завидуя доблестям и дарованиям иранского героя, наполняет душу царя подозрением, что Сиявуш находится в сношениях с его врагами, а Сиявушу говорит, что ему угрожает опасность, и убеждает его бежать. На дороге поставлен отряд туранцев подстерегать его; он взят в плен, и Герсивес отсекает ему голову.

Это новое преступление возбуждает ожесточенную войну. Разгневанный Рустам препоясывается мечтом, чтобы отомстить за Сиявуша. Фирдоуси описывает, как разбитому Афрасиабу приходится бежать к морю страны Чин. Его сын погибает той же смертью, что и Сиявуш, Туран страшно опустошён.

Еще сильнее свирепствует война, когда на иранский престол восходит Кей-Хосров, сын Сиявуша, рожденный после смерти отца, скрытый от преследований и воспитанный у пастухов. Борьба народов принимает колоссальный размер: множество царей ведёт свои войска на помощь туранцам, вся Центральная Азия соединяется против Ирана.

Войско Кей-Хосрова будет, по-видимому, подавлено многочисленностью врагов. Но Рустам снова спасает царство. Сорок дней длится его бой с врагами. Они рассеиваются перед ним, как облака, гонимые бурей. Афрасиаб не может устоять пред его силою, и после долгой борьбы меч мщения падает на его голову. Постигает смерть и коварного Герсивеза.

Читайте также:  Стекольный мастер - краткое содержание рассказа паустовского

Победоносные герои «Шахнаме» возвращаются на родину.

Пророк Зердушт в «Шахнаме» Фирдоуси

Вскоре после этого Кей-Хосров, справедливый царь, был в лесном уединении взят от земли и вознесен на небо к солнцу. На престол Джемшида вступил Лограсп (Аурваташпа), которого он назначил своим преемником. Лограсп построил в Балхе великолепные храмы для служения огню и дворцы.

По «Шахнаме», он царствовал недолго; престол наследовал его сын Густасп (Висташпа, «обладатель коней»), при котором победа почитателей богов над силами мрака завершается откровением новой очищенной религии света Зердушту (Заратустре, Зороастру).

Фирдоуси повествует, как повсюду принимается новое зороастрийское вероучение, повсюду воздвигаются алтари служения огню, и в память об установлении истинной веры Зердушт сажает священный Кишмерский кипарис.

Рустам и Исфандияр

Силы мрака пытаются искоренить новую веру, угрожающую навеки уничтожить их владычество. По их наущению туранский царь Арджасп, внук Афрасиаба, требует, чтобы Густасп изгнал Зердушта и вернулся к прежней вере. Густасп не соглашается, и Арджасп идет на него войною.

Но туранское войско побеждено сыном Густаспа, вторым любимым героем «Шахнамэ», Исфандияром (Спентодатой), все тело которого, кроме глаз, было неуязвимо, по благодати дарованной ему чудотворной силой мудрого пророка.

Ярость Ахримана обращает теперь свою злобу на Исфандияра, возбуждает в сердце Густаспа подозрение против сына, и отец посылает Исфандияра на чрезвычайно опасные подвиги, чтоб он погиб в этих предприятиях.

Но юноша преодолевает все опасности, совершает, как некогда Рустам в походе на Мазандеран, семь подвигов, и снова побеждает туранского царя, вторгшегося в Иран и разрушавшего алтари служения огню.

Густасп примиряется с сыном, и обещает отдать ему царство, если он приведет в цепях Рустама, который держал себя в Систане как независимый государь и не исполнял обязанностей вассала. Исфандияр повинуется повелению отца, хоть душа его возмущается против этого и исполнена мрачным предчувствием.

Рустам не хочет покориться позорному требованию, и начинается поединок между ним и Исфандияром в отдаленном от войск лесу. Описание этого боя – один из самых известных эпизодов «Шахнаме». Рустам и Исфандияр бьются день за днём. Победа колеблется. Раненый Рустам уходит на холм.

Волшебная птица Симург высасывает кровь из его раны и уносит его к морю страны Чин, где стоит вяз, имеющий роковую силу над жизнью Исфандияра. Рустам срывает с него ветвь, делает из неё стрелу и на следующий день возобновляет поединок с Исфандияром. Юноша не хочет прекратить бой, Рустам пускает стрелу ему в глаз и убивает его.

Но этим Рустам обрёк на смерть и себя: пророк Зердушт произнёс заклинание, что тот, кто убьёт Исфандияра, скоро умрет и сам.

Чернокрылые духи смерти летают около головы Рустама; он должен следовать за Исфандияром в холодное царство ночи. Подобно Иреджу, он погибает от коварства брата.

На охоте в Кабулистане он падает в яму, на дне которой воткнуты остриями вверх мечи и копья. Эту яму предательски приготовил для его падения в нее кабульский царь, по совету его завистливого брата, Шегада.

Отец Рустама, старик Заль, идет войною на убийц и, отомстив за героя-сына, умирает в скорби о гибели своего рода.

С глубоко-трагическим чувством ставит «Шахнаме» траурное знамя над могилами своих любимцев и поет похоронную песнь славной жизни, павшей в жертву неумолимой судьбе. Предания и имена, которые передает нам поэма Фирдоуси, непрерывно во все века хранились в памяти иранского народа. Все огромные древние сооружения иранцы приписывают Джемшиду, Рустаму или Зохаку.

Источник: http://comunicom.ru/kultura/41-shakhname

Шахнаме. Том 1

 Лишь солнце явило сиянье лучей,

380 Мир сделался кости слоновой светлей.

Кто ж солнцем зовется, дарящим тепло?От чьих же лучей на земле рассвело?

То царь торжествующий Абулькасим[37]

37
  Абулькасим (Абу-ль-Касем) – одно из почетных имен Махмуда Газневидского.

[Закрыть]

,Престол утвердивший над солнцем самим.

Восход и Закат он дарит красотой[38]

38
  Речь, по-видимому, идет о том, что Махмуд Газневидский, прочно закрепивший за собой восток Ирана и Индию, успешно укреплял свои позиции и на подступах к западу Ирана, т. е. выступал в ореоле восстановителя древней государственности.

[Закрыть]

;

  • 390 Как в прежние дни, суждено зазвучать.
  • 400 На той мураве бирюзовый престол,
  • И сотни слонов воздымают клыки[39]

Весь край будто россыпью стал золотой.И счастье мое пробудилось от сна;Воскресла душа, вдохновенья полна.Я понял: певучему слову опять,Властителя образ лелея в мечтах,Уснул я однажды с хвалой на устах.Душа моя, в сумраке ночи ясна,Покоилась тихо в объятиях сна.Увидел мой дух, изумления полн:Горящий светильник вознесся из волн.Весь мир засиял в непроглядной ночи,Что яхонт, при свете той дивной свечи.Одет муравою атласною дол;И царь восседает, – что месяц лицом;Увенчан владыка алмазным венцом.Построены цепью бескрайной стрелки,39
  Использование в войске боевых слонов, этих «танков древности», вывезенных Махмудом из Индии, произвело на современников большое впечатление, хотя и в древнем Иране были случаи использования слонов. В решающей битве близ Балха (1008 г.) пятьсот слонов Махмуда принесли ему победу над караханидами.

[Закрыть]

.У трона советник, в ком мудрость живет[40]40
  У трона советник, в ком мудрость живет. – Имя советника – везира Махмуда – не названо. Скорее всего, мог подразумеваться основной везир Махмуда Газневидского до 1011 г. – Фазл Исфераини.

[Закрыть]

,Кто к вере и правде дух царский зовет.Увидя величья того ореол,Слонов, и несчетную рать, и престол,Взирая на лик светозарный царя,

410 Вельмож я спросил, любопытством горя:

«То небо с луной иль венец и престол?То звезды иль войско усеяло дол?»

Ответ был: «И Рума и Хинда он царь[41]

41
  Рум – Римская империя, Византия, точнее малоазиатские владения Римской империи; Хинд – Индия.

[Закрыть]

,Всех стран от Каннуджа до Синда он царь[42]42
  Каннудж (или Канаудж – арабизованное от санскр. Каньякубджа) – столица одного из крупных индийских государств в период мусульманских завоеваний Махмуда Газневидского, ныне небольшой городок на реке Ганг. Синд – имеется в виду долина нижнего Инда, где рано и прочно утвердились мусульмане. Старые мусульманские авторы обычно различали Хинд (Индию – немусульманскую страну индусов) от Синда – долины Инда и Мекрана.

[Закрыть]

.Туран, как Иран, перед ним преклонен[43]43
  Туран, как Иран, перед ним преклонен. – В данном случае речь идет о суверенитете Махмуда над владениями караханидов, т. е. о саманидской Средней Азии.

[Закрыть]

;Всем воля его – непреложный закон.Когда возложил он венец на чело,От правды его на земле рассвело.В стране, где законы Махмуда царят,

420 Свирепые волки не тронут ягнят.

От башен Кашмира до берега Чин[44]44
  Кашмир – город в Индии; Чин – Китай.

[Закрыть]

Его прославляет любой властелин.Младенец – едва от груди оторвут —Уже лепетать начинает: «Махмуд».Воспой это имя в звенящих строках!Той песней бессмертие сыщешь в веках.Его повеленьям ослушника нет,Никто не преступит служенья обет».И я пробудился, и на ноги встал,

  1. 430 И долго во мраке очей не смыкал.

  2. 440 И край, словно рай лучезарный, цветет.
  3. Слон – телом могучим, душой – Джебраил[45]

Хвалу я вознес властелину тому;Не золото – душу я отдал ему.Подумал я: «Вещий приснился мне сон.Деяньями шаха весь мир восхищен.Воистину должен прославить певецВеличье, и перстень его, и венец».

Как сад по весне, оживает земля;Пестреют луга, заленеют поля,И облако влагу желанную льет,В Иране от правды его – благодать,Хвалу ему всякий стремится воздать.В час пира – он в щедрости непревзойден,В час битвы – он мечущий пламя дракон;45
  Джебраил (Гавриил) – библейский и христианский образ архангела-благовестника.

У мусульман Джебраил – вестник, передающий избраннику Мухаммеду подлинные слова Аллаха (суры Корана).

[Закрыть]

:

  • 450 Его не страшат ни труды, ни война.
  • И первый из них – брат владыки меньшой[46]

Длань – вешняя туча, а сердце – что Нил.Врага ниспровергнуть ему нипочем,Богатства отвергнуть ему нипочем.Его не пьянят ни венец, ни казна,Мужи, что владыкою тем взращены,И те, что подвластны, и те, что вольны,Все любят безмерно царя своего,Все рады покорствовать воле его.Над разными землями власть им дана,В преданьях прославлены их имена.46
  И первый из них – брат владыки меньшой. – Младший брат Махмуда Газневидского, Наср. Наместник Хорасана, – основных иранских областей саманидов. По-видимому, являлся покровителем и ценителем литературы. Поэты так называемого литературного круга Махмуда посвящали Насру свои лучшие касиды.

[Закрыть]

;Никто не сравнится с ним чистой душой.Чти славного Насра: могуч и велик

460 Пребудешь под сенью владыки владык.

Правитель, чей трон над созвездьем Первин[47]47
  Первин (авест. paoiryaeinyas) – созвездие Плеяд. Известно также под арабским названием Сурейя.

[Закрыть]

,Кому был родителем Насиреддин,Отвагою, разумом, благостью делСердцами знатнейших мужей овладел.

Правителя Туса еще воспою[48]

48
  В тексте неясно, о ком идёт речь. Можно было бы предположить Абу-Мэнсура, но в редакции, посвященной Махмуду Газневидскому, это представляется невозможным.

[Закрыть]

,Пред кем даже лев затрепещет в бою.Щедротами свой осыпая народ,Для доброй лишь славы он в мире живет.Стезею Йездана ведет он людей,

470 Желая царю нескончаемых дней. . .

Властителя да не лишится земля,Да здравствует вечно он, дух веселя,Храня свой престол и венец золотой,Не ведая бед, под счастливой звездой!Теперь обращусь я к поэме своей,К сей книге увенчанных славой царей.  

Источник: https://itexts.net/avtor-abulkasim-firdousi/249379-shahname-tom-1-abulkasim-firdousi/read/page-1.html

Описание и анализ поэмы "Шахнаме" Фирдоуси

«Шахнаме» — эпическая поэма Абул-Касима Мансура Фирдоуси, персидского и таджикского поэта X—XI вв. К сочинению поэмы Фирдоуси приступил предположительно в 975—976 гг., первая редакция была завершена в 994, вторая — в 1010 г.

По мнению исследователей, поэт черпал материал для создания своего шедевра из самых разнообразных источников, в том числе устных легенд и преданий древности, а главное — из свода иранской эпической традиции Абу Мансура.

По утверждению поэта, он отдал тридцать пять лет жизни этому труду, завершив который приступил к изнурительному, а порою унизительному поиску меценатов в надежде положить конец нищенскому существованию и обеспечить материально свою старость. Фирдоуси питал большие надежды на патриотизм первой после арабского завоевания Ирана национальной династии Саманидов. Однако надежды оказались тщетными.

Саманиды были разбиты, и власть в Мавераннахре (Средняя Азия) перешла в руки тюрка султана Махмуда Газневи со столицей в Газне. Поэт благожелательно отнесся к этим переменам, усмотрев в новом правителе долгожданного объединителя и восстановителя целостности Ирана.

В 58-летнем возрасте он посылает по частям свою поэму «Шахнаме» в Газну, сопровождая каждое свое послание панегирическими стихами в адрес вновь обретенного сюзерена. Наконец, завершив свой гигантский труд, Фирдоуси, очевидно, лично отправляется в столицу, но опять его надежды не оправдались.

Легенда говорит, что на непринятие его труда султаном Махмудом поэт написал дерзкие стихи, в результате чего в течение пяти лет должен был скрываться от преследования разъяренного султана. После больших страданий и крайней нищеты, поэт, получив, наконец, прошение, вернулся на родину и вскоре умер. Существует еще одна легенда: когда поэта хоронили, в ворота города вошел караван с богатыми дарами от султана Махмуда.

«Шахнаме» в большинстве списков насчитывает от 48000 до 55000 двустиший. Композиционно эпос разделен на 50 неодинакового объема песен (падишахи), посвященных отдельным правителям иранской древности, начиная от первого мифического царя вплоть до конца эпохи Сасанидов (VII в.).

«Это великая эпопея человечества, конкретизированная в истории Ирана» (Я. Рыпка). Особенность творческой манеры поэта заключается в том, что он строго придерживается своих источников, не давая воли фантазии или своим субъективным суждениям.

Повествование ведется по хронологическому принципу: первые мифические и легендарные цари представляют эпоху варварства, примитивное индо-арийское общество.

В древнейшей мифологической части «Шахнаме» Фирдоуси единственные враги Ирана — дивы, служители зла. С ними успешно борются первоцари Хушанг, Тахмурас, Джамшид (в Авесте Йима).

Мифический образ последнего был воспринят в первую очередь как образ созидателя, положившего начало иранской государственности, культурного героя, принесшего миру много благ. Однако больше половины «Шахнаме» посвящено Турану и его отношениям с Ираном.

А в эпической традиции владыкой мифического Турана считается Афрасияб. Этот богатырь (в Авесте Франграсьян) у Фирдоуси полностью обрел черты тюркского владыки, предводителя тюркских племен.

Из легендарно-мифических событий в «Шахнаме» очень важно появление на арене борьбы иранцев с туранцами эпического богатыря Рустама, с именем которого связана победа иранцев как над дивами, так и над реальными врагами-тюрками во главе с Афрасиябом.

В «Шахнаме» Рустаму отводится исключительное место.

Он залог победы иранцев, воспитатель самого любимого героя иранского эпоса Сиявуша, отец героя самого трагического сказания Сухраба, освободитель самого могущественного царя иранской древности Кей-Кавуса и одного из честнейших и храбрейших богатырей иранского эпоса — Бижана.

Колоритнейшей фигурой в «Шахнаме», несомненно, является Сиявуш, сын Кей-Кавуса. Сказание о нем имеет особую жанровую специфику и относится к жанру лиро-эпическому, нечасто встречающемуся в «Шахнаме».

Реально-историческая сюжетная линия в эпосе Фирдоуси начинается с эпохи Аршакидов (парфян) и завершается падением иранской государственности и гибелью последнего представителя династии Сасанидов.

Тенденция стадиального развития иранского эпоса находит продолжение в последующих главах «Шахнаме», где повествуется об исторических событиях, например, о деяниях Александра Македонского, правителей парфян, Сасанидов и др. На этой стадии освобожденный от мифов эпос вбирает в себя много хроникального материала.

Источник: Энциклопедия литературных произведений / Под ред. С.В. Стахорского. — М.: ВАГРИУС, 1998

Источник: https://classlit.ru/publ/zarubezhnaja_literatura/drugie_avtori/opisanie_i_analiz_poehmy_shakhname_firdousi/62-1-0-1514

Читать онлайн "Шахнаме. Том 1" автора Фирдоуси Хаким Абулькасим — RuLit — Страница 1

  • АКАДЕМИЯ НАУК СССР
  • ОТДЕЛЕНИЕ ЛИТЕРАТУРЫ И ЯЗЫКА
  • ЛИТЕРАТУРНЫЕ ПАМЯТНИКИ
  • ФИРДОУСИ
  • ШАХНАМЕ
  • ТОМ ПЕРВЫЙ
  • ОТ НАЧАЛА ПОЭМЫ ДО СКАЗАНИЯ О СОХРАБЕ

Издание подготовили Ц. Б. Бану, А.Лахути, А А. Стариков

  1. ИЗДАТЕЛЬСТВО АКАДЕМИИ НАУК СССР
  2. Москва
  3. 1957
  4. Редакционная коллегия серии «Литературные памятники»:

академик В. П. Волгин (председатель), академик В. В. Виноградов, академик М. Н. Тихомиров, член-корреспондент АН СССР Д. Д. Влагой, член-корреспондент АН СССР Н. И.

Конрад (заместитель председателя), член-корреспондент АН СССР Д. С. Лихачев, член-корреспондент АН СССР С. Д. Сказкин, профессор И. И. Анисимов, профессор С. Л. Утченко, кандидат исторических наук Д.

Читайте также:  Краткое содержание белый бим чёрное ухо троепольского

В. Ознобишин (ученый секретарь)

Ответственный редактор член-корреспондент АН СССР Е. Э. ВЕРТЕЛЬС

Редактор перевода Л. ЛАХУТИ

  • Поэма Фирдоуси «Шахнаме» — героическая эпопея иранских народов, классическое произведение и национальная гордость литератур: персидской — современного Ирана и таджикской — советского Таджикистана, а также значительной части ираноязычных народов современного Афганистана.
  • Глубоко национальная по содержанию и форме, поэма Фирдоуси была символом единства иранских народов в тяжелые века феодальной раздробленности и иноземного гнета, знаменем борьбы за независимость, за национальные язык и культуру, за освобождение народов от тирании.
  • Гуманизм и народность поэмы Фирдоуси, своеобразно сочетающиеся с естественными для памятников раннего средневековья феодально-аристократическими тенденциями, ее высокие художественные достоинства сделали ее одним из наиболее значительных и широко известных классических произведений мировой литературы.

«Шахнаме» в переводах на многие языки мира стала достоянием широких кругов читателей. В России с поэмой Фирдоуси впервые познакомились по вольной обработке В. А. Жуковским эпизода «Рустем и Зораб». На рубеже XIX и XX вв. появились переводы фрагментов «Шахнаме».

Значительное число стихотворных антологий было издано в советское время, в 1934—1936 гг., в связи с празднованием тысячелетия со дня рождения Фирдоуси. Несколько эпизодов в стихотворной обработке опубликовано в самые последние годы.

Однако полного перевода поэмы на русский язык до сих пор не было.

Настоящее издание заполняет этот пробел и дает перевод всей поэмы, сделанный непосредственно с подлинника и сочетающий, насколько возможно, научную точность с художественностью. Первый том содержит:

стихотворный перевод «Шахнаме» от начала поэмы до сказания о Ростеме и Сохрабе, сделанный Ц. Б. Бану под редакцией А. Лахути;

историко-литературный очерк «Фирдоуси и его поэма „Шахнаме»», написанный А. А. Стариковым; очерк знакомит с основными проблемами изучения жизни и творчества поэта, с содержанием и литературной историей «Шахнаме»;

комментарий к стихам перевода, составленный А. А. Стариковым; библиографию основных работ о «Шахнаме», краткое послесловие переводчика, а также именной, географический и предметный указатели.

Издание рассчитано на 5—6 томов.

Во имя создавшего душу и ум[2], Над кем не подняться парению дум, Кто место всему и названье дает[3], Дарует нам блага, ведет нас вперед. Он правит вселенной, над небом царит, Он солнце зажег, и Луну, и Нахид[4], Он выше примет, представлений, имен; Им в зримые образы мир воплощен.

Ты зрения не утруждай: все равно  10 Глазами узреть нам Творца не дано[5], К нему даже мысль не отыщет пути; Превыше всех в мире имен его чти. Того, Кто над всем вознесен естеством, Обнять невозможно душой и умом.

Хоть разум порою в суждениях зрел, Он в силах судить лишь о том, что узрел Достойной Творца нам хвалы не сложить, Ему неустанно должны мы служить. Он дал бытие и душе и уму — В твореньи своем не вместиться Ему. 20 Не в силах наш разум и дух до конца Постичь и восславить величье Творца. В Его бытии убежденным пребудь, Сомненья и праздные мысли забудь.

Служа Ему, истину должно искать, В его повеленья душой проникать. Тот мощи достигнет, кто знанья достиг; От знанья душой молодеет старик. Тут слову предел, выше нет ничего; 30 Уму недоступно Творца существо.

[СЛОВО О РАЗУМЕ]

О мудрый, не должно ль в начале пути[6] Достоинства разума превознести. [О разуме мысли поведай свои, Раздумий плоды от людей не таи[7].] Дар высший из всех, что послал нам Изед[8],— Наш разум, — достоин быть первым воспет. Спасение в нем, утешение в нем В земной нашей жизни, и в мире ином[9].

Лишь в разуме счастье, беда без него, 40 Лишь разум — богатство, нужда без него. Доколе рассудок во мраке, вовек Отрады душе не найдет человек.

Так учит мыслитель, что знаньем богат, Чье слово для жаждущих истины — клад: Коль разум вожатым не станет тебе, Дела твои сердце изранят тебе; Разумный тебя одержимым сочтет, Родной, как чужого, тебя отметет. В обоих мирах возвышает он нас;  50 В оковах несчастный, чей разум угас.

Не разум ли око души? Не найти С незрячей душою благого пути. Он — первый средь вечных созданий Творца[10], Он стражей тройной охраняет сердца. Слух, зренье и речь — трое стражей твоих: И благо и зло познаешь через них.

Снимок с так называемого Хамаданского барельефа, найденного при раскопках близ Хамадана. Над высеченным изображением Фирдоуси с птицей Симоргом (?) стоит дата — годы Хиджры 955 и 833—, а также приведены стихи из Введения к «Шахнаме»

  1. Как правили гордо они в старину
  2. Землею, что ныне у горя в плену,
  3. И как доживали со славой они
  4. Свои богатырские ратные дни.
  5. (стихи 277—280)

Кто разум и душу дерзнул бы воспеть? Дерзнувшего кто бы услышал, ответь? Коль внемлющих нет — бесполезны слова.  60 Ты мысль обрати к первым дням естества. Венец мирозданья, ты создан Творцом, Ты образ и суть различаешь во всем.

Пусть разум водителем будет тебе, От зла избавителем будет тебе. Ты истину в мудрых реченьях найди, О ней повествуя, весь мир обойди. Науку все глубже постигнуть стремись, Познания вечною жаждой томись.

Лишь первых познаний блеснет тебе свет, 70 Узнаешь: предела для знания нет.

[О СОТВОРЕНИИ МИРА]

Сначала, чтоб все ты чредой изучал, Послушай рассказ о начале начал. Явил сокровенную силу свою Создатель: Он быть повелел бытию; Не зная труда, сотворил естество; Возникли стихии по воле Его. Четыре их: пламя, что светит всегда[11]. И воздух, под ними — земля и вода.

Вначале движенье огонь родило, 80 И сушу затем породило тепло; Наставшим покоем был холод рожден, И холодом — влага, таков уж закон. Они, назначенье свершая свое, Творили на юной земле бытие; Из пламени с воздухом, суши с водой Рождаясь, явленья текли чередой. Возник над землею вертящийся свод, Являющий диво за дивом с высот.

Он правдой и милостью мир озарил 90 По воле Дарителя знанья и сил. Все в стройность пришло над простором земли, И семь над двенадцатью власть обрели[12]. Воздвиглись одно над другим небеса[13], И круговорот мировой начался. Возникли моря, и холмы, и поля; Сияющим светочем стала земля. Рождение гор, бушевание вод. . .

И вот уж былинка из почвы встает. Возвыситься время настало земле, — 100 Дотоле она утопала во мгле. Луч яркий звезды в вышине заблестел, И светом земной озарился предел. Вознесся огонь, — воды вниз потекли, И начало солнце свой бег вкруг земли[14]. Деревья и травы везде разрослись, — Они зеленеют и тянутся ввысь.

Одно прозябание им суждено, А двигаться им по земле не дано. Но вот и ступающий зверь сотворен; 110 И трав, и дерев совершеннее он. Живет он для пищи, покоя и сна; Отрада иная ему не дана. Трава и колючки — вот вся его снедь; Он мыслью и речью не создан владеть; Не знает, что к злу, что ко благу ведет; Творец от него поклоненья не ждет.

Создатель всеведущ, могуч и правдив; Творил он, всю силу искусства явив. Таков этот мир, но никто не постиг 120 Всего, что таит его видимый лик.

вернуться

Эти стихи являются традиционным авторским предисловием, предшествующим собственно повествованию — истории царей.

вернуться

Естественное, для представителя глубокого средневековья обращение к Богу в начале труда. Поэты Востока, как правило, начинали произведение кратким (10—15 бейтов) обращением к Богу, обычно именуемом «дибаче» (от «диба», «дибач» — парча), поскольку эти вступительные бейты при оформлении рукописи украшались красочными заставками с золотом и серебром, составляя как бы «парчевую страницу» книги.

Независимо от авторского поэтического» вступления, средневековые переписчики по традиции начинали свой труд с основной формулы мусульманского благочестия: «Во имя Бога милостивого, милосердного» — вступительными словами к Корану в целом и к каждой его «суре» (главе) в частности. Вступительная формула переписчика предшествует поэтическому тексту «Шахнаме» в большинстве рукописей и изданий поэмы.

вернуться

Кто место всему и названье дает — В подлиннике дословно: «владыка имени» (ходаванд-е нам) и «владыка места» (ходаванд-е джай).

вернуться

Нахид — персидское название планеты Венеры.

вернуться

Этот бейт постоянно приводился врагами поэта в доказательство его еретических, в данном случае рационалистических, воззрений на природу Бога.

вернуться

Восхваление разума — первое, к чему обращается великий поэт. Эти строки традиционны, они характерны для поэзии сасанидского Ирана, но оригинальны по сравнению с большинством позднейших классических авторов, изощрявшихся в многословном восхвалении Аллаха, Мухаммеда, его сподвижников, первых халифов и т. д.

Восхваление разума, будь то философская категория греческого неоплатонизма или традиция сасанидского зороастризма, не может не рассматриваться как своеобразное выражение религиозного свободомыслия Фирдоуси.

вернуться

Заключенное в скобки двустишие является, по всей вероятности, вариантом предыдущего бейта (одна и та же рифма с херад в смежных стихах), хотя и сохраняется в большинстве рукописей и изданий.

вернуться

Изед (авест. Язата — достойный) — основной домусульманский термин для обозначения светлого божества.

вернуться

В земной нашей жизни, и в мире ином, т. е. в мире земном и в мире небесном. Представление о двух мирах — общее для восточного средневековья.

У Фирдоуси мы, естественно, встречаем идеалистическое представление о загробном мире, но ему чужда и позднейшая реакционная (в основном суфийская) трактовка чувственного мира как лишенного реальности, являющегося лишь тусклым отражением, тенью истинного мира идей.

вернуться

Встречалась и несколько иная трактовка данных бейтов в связи с двойным написанием: се пас и сепас. Се пас — три стражи (vigilia), сепас — хвала, например, в старом опыте перевода «Шахнаме» С. Соколова :

Да будет ведомо, что ум был создан первым. Души он нашей страж — воздай ему хвалу, Хвалу и языком, и слухом, и глазами, Затем, что чрез него добро и зло тебе. вернуться

Фирдоуси имеет в виду четыре изначальные элемента — стихии: огонь (аташ), воду (аб), воздух (или ветер — бад) и землю (прах — хак), отражая общие религиозно-философские представления мусульманского средневековья, переплетающиеся с философскими концепциями греков, народными верованиями и религиозными догмами маздаизма.

вернуться

И семь над двенадцатью власть обрели, т. е. семь планет (в том числе Солнце и Луна) расположились в двенадцати созвездиях Зодиака. Образ связан с астрологическими представлениями средневековья, по которым планеты, располагаясь в том или ином сочетании, в различных созвездиях определяют судьбы людей,

вернуться

Воздвиглись одно над другим небеса. — Здесь Фирдоуси точно отражает общие античные и средневековые представления о небесах как о хрустальных концентрически вращающихся сферах (система Птолемея).

Таких сфер-небес обычно насчитывалось семь (по числу планет, включая Солнце и Луну). Над ними мыслилось восьмое небо — сфера неподвижных звезд и, наконец, всеобъемлющее неподвижное «горнее небо», рай — место пребывания Божества.

Таким образом, в древности исчисляли и семь, и восемь, и девять небес.

вернуться

Эта мысль представляет собой отражение господствовавших в средневековье геоцентрических представлений о мире (система Птолемея).

Источник: https://www.rulit.me/books/shahname-tom-1-read-453372-1.html

Фирдоуси Шахнаме

Краткое
содержание поэмы.

Сказание о Сиавуше

Рассказывают,
что однажды утренней порой доблестный
Тус и прославленный в боях Гив в
сопровождении сотни воинов с борзыми
и соколами поскакали к равнине Дагуй
потешить себя охотой. Настреляв дичи в
степи, они отправились в лесок. Вдали
показалась девушка. Охотники поспешили
к ней.

Перед ними предстала стройная
как кипарис невиданная красавица. На
вопрос Туса, кто она такая, девушка
призналась, что ушла из дома из-за отца,
который в нетрезвом состоянии грозился
убить ее. В разговоре с ней выяснилось,
что она из рода шаха Феридуна. С дорогим
венцом на голове, верхом на коне покинула
она дом.

Но конь пал в пути, обессилев,
а ее саму оглушили и ограбили разбойники.

Обоим
молодцам девица пришлась по сердцу, и
между ними разгорелся яростный спор,
кому она достанется. Решили вынести его
на суд владыки Ирана Кей Кавуса, а тот
заявил, что такая красавица достойна
только властелина. Девицу посадили на
трон и увенчали короной. Когда пришел
срок, молодая царица родила сына
необыкновенной красоты. Нарекли его
Сиавушем.

Младенец рос среди дворцовой
роскоши. Однажды пришел из Забула могучий
Ростем. Заметив при дворе резвого
царевича, попросил он шаха доверить ему
воспитание львенка. Шах не видел причины
для отказа.

Ростем увез Сиавуша в Забул,
где под надзором прославленного витязя
он был приобщен к дворцовой жизни,
получил необходимое для той поры
воспитание, превзошел всех своих
сверстников в ратном деле.

Пришло
время воспитаннику Ростема вернуться
к родному очагу. Гонцы принесли Кей
Кавусу, отцу царевича, радостную весть.
Шах приказал своим военачальникам Тусу
и Гиву поскакать навстречу наследнику.
Повелитель Ирана гордился своим сыном
и молился о нем небесам. Был устроен
пышный пир по случаю возвращения
царевича.

Неожиданно
к Сиавушу подкралась беда: умерла любимая
мать. Прошло немного времени, как другая
жена отца, Судабе, влюбилась с первого
взгляда в молодого красавца. Начались
бесконечные преследования. Судабе
неоднократно заманивала юношу в свой
дворец, но тщетно.

Судабе решилась на
весьма рискованный шаг — пожаловалась
мужу на якобы бессердечность и невнимание
своего пасынка, который игнорирует не
только ее, но и своих сестер и, несмотря
на неоднократные приглашения, ни разу
не удостоил их своим посещением.

Кей
Кавус, ничего не подозревая, посоветовал
сыну быть внимательным к мачехе и ее
дочерям, Сиавуш, опасаясь стать жертвой
интриг Судабе, попросил отца позволить
ему искать общества прославленных
воинов. Отец настаивал на своем и второй
раз велел Сиавушу навестить сестер.

Старый слуга Хирбед повел Сиавуша к
женским покоям. В чертоге молодой царевич
увидел небывалую роскошь: путь был
устлан китайской золотой парчой, трон
из чистого золота был украшен драгоценными
камнями. На троне, блистая неземной
красотой, восседала Судабе.

Царица сошла
с трона, отвесила низкий поклон и обняла
Сиавуша. Тот был смущен. Горячие объятия
мачехи показались ему неприличными. Он
подошел к своим сестрам и провел с ними
немалое время.

Судабе
казалось, что она уже близка к цели, и
при встрече с мужем расхвалила Сиавуша.
Шах предложил подобрать сыну невесту
и устроить свадьбу. Судабе решила выдать
за царевича одну из своих дочерей. Она
во второй раз пригласила в свои покои
Сиавуша.

Как и при первой встрече, она
глубоким поклоном встретила его, усадила
на трон и как бы невзначай показала на
девиц, сидевших недалеко, и спросила,
какая из них больше нравится ему, кого
он изберет себе в жены. Сиавуша не
прельщала такая затея. Он промолчал.

Читайте также:  Семья болконских в романе война и мир толстого сочинение

Это подбодрило его собеседницу. Она, не
смущаясь, раскрыла свой тайный замысел,
говоря: «Да, рядом с солнцем луна не
привлекает; пользуйся моей благосклонностью,
лови счастье.

Возлелей меня до скончания
лет, я любви своей не таю, отныне душой
и телом я — твоя!» Позабыв о стыде, она
крепко обняла царевича и стада страстно
целовать его.

Сиавуш
побоялся оскорбить ее резкостью и
смущенно сказал, что готов стать ее
зятем, а столь прекрасной, как она,
достоин лишь повелитель, и, добавив:
«Тебя я готов почитать, словно милую
мать», покинул гарем шаха.

Прошло
некоторое время, Судабе вновь повелела
призвать к ней Сиавуша и стала опять
говорить о своей страсти, о том, как она
томится и изнывает от любви к нему.
Почувствовав безразличие к себе со
стороны Сиавуша, царица перешла к
угрозам, заявив: «Если не покоришься,
не захочешь меня оживить юной любовью,
я тебе отомщу, лишу тебя трона». Такая
дерзость вывела из себя юношу.

Он в
сердцах ответил: «Тому не бывать. Мне
честь дорога, не стану я обманывать
отца» — и вознамерился было уйти, но
царица вмиг исцарапала себе ланиты,
разорвала на себе одежды и стала взывать
о помощи. Услышав крик супруги, шах
поспешил в гарем.

Полуголая царица,
смотря в гневные глаза мужа-венценосца,
закричала неистово: «Сын твой, озверев
от страсти, разорвал на мне одежду,
шепча, что он полон любовного огня».

Выслушав
жену, шах проявил благоразумие. Он решил
спокойно разобраться в случившемся и
расспросил Сиавуша. Тот рассказал ему,
как все было на самом деле.

Шах взял
Сиавуша за руки, притянул к себе и обнюхал
кудри и одежды сына, а затем, повторив
то же самое с Судабе, понял, что нет и
следа преступных объятий, о которых
говорила царица. Она возводила хулу на
безвинного Сиавуша.

Однако наказать
жену шах побоялся, опасаясь войны с ее
родней.

Не
сумев обмануть мужа, Судабе вновь начала
плести хитрые козни. Она призвала
колдунью, носившую в себе ребенка, дала
ей снадобье, чтобы у той случился выкидыш,
а плод собралась выдать за свой, обвинив
Сиавуша в убийстве ее ребенка.

Колдунья
согласилась и, выпив зелье, родила
мертвых близнецов, которых царица велела
положить в золотую лохань, а сама издала
пронзительный крик. Властелин, узнав о
постигшей царицу беде, разъярился, но
гнева своего не выдал ничем.

Наутро он
пришел в покои жены и увидел встревоженных
слуг и мертворожденных детей. Судабе
лила слезы, говоря: «Я ведь говорила
тебе о делах злодея».

В
душу шаха закрались сомнения. Он обратился
к звездочетам с просьбой справедливо
рассудить обвинения царицы. Звездочеты
трудились неделю, а затем сказали, что
не он и царица родители этих детей.
Царица вновь стала лить слезы и просить
у шаха правосудия. Тогда владыка отдал
приказ найти настоящую мать этих детей.

Стража вскоре напала на след колдуньи
и привела ее к шаху, угрожая петлей и
мечом. Та же твердила им в ответ: «Вины
за собой не ведаю, нет!» Звездочеты снова
подтвердили свое решение. Судабе же
сказала, что говорить правду им запретил
Сиавуш. Чтобы отогнать от себя подозрения,
царевич решается пройти испытание
огнем, как велел великий Заратуштра.
Развели огромный костер.

Пламя бушевало
под вопли собравшихся людей. Всем было
жаль цветущего юношу.

Появился
Сиавуш и сказал: «Да будет небесный
свершен приговор! Коль прав я, спасатель
меня спасет». Вот вороной конь понес
Сиавуша сквозь огонь. Не видно стало ни
всадника, ни скакуна.

Все замерли и через
мгновение радостно грянули: «Прошел
сквозь огонь молодой властелин».
Справедливость была восстановлена. Шах
решил казнить лгунью, но Сиавуш уговорил
его помиловать супругу и не терзать
себя.

Кей Кавус еще сильнее привязался
к сыну.

Тем
временем шах Афрасьяб готовился к новым
битвам с Ираном. Сиавуш попросил отца
разрешить ему возглавить войско, сказав,
что ему по плечу сокрушить Афрасьяба и
повергнуть в прах вражьи головы. Шах
согласился и послал гонца за Ростемом,
попросив его быть защитой Сиавушу в
предстоящей войне.

Под
гром литавр Тус выстроил рать перед
дворцом. Шах вручил Сиавушу ключи от
сокровищ дворца и воинского снаряжения
и поставил под его начало рать из
двенадцати тысяч бойцов. После этого
шах произнес перед войском напутственную
речь.

Вскоре
Сиавуш занял Балх и послал эту радостную
весть отцу.

Афрасьябу
приснился страшный сон, будто вихрь
налетел на его войско, опрокинул его
царственный стяг и сорвал покров с
шатров. Смерть косила воинов, кровавой
горой громоздились тела.

Налетели сто
тысяч воинов в броне и их предводитель
как вихрь на коне, Афрасьяба связали,
помчали быстрее огня и бросили к ногам
Кей Кавуса.

Тот в ярости вонзил кинжал
в грудь Афрасьяба, и тут его пробудил
собственный крик.

Мобед
разгадал его сон: «Могучий владыка,
готовься увидеть наяву грозную рать
иранцев. Твоя держава будет погублена,
родная страна затоплена кровью. Сиавуш
изгонит тебя прочь, а если ты победишь
Сиавуша, то иранцы, мстя за него, сожгут
страну».

Желая
предотвратить войну, Афрасьяб отправляет
с Гарсивазом караван с богатыми дарами,
табун коней и множество рабов, Когда
Гарсиваз вошел во дворец, царевич проявил
к нему учтивость и усадил у трона,
Гарсиваз изложил просьбу своего
повелителя о прекращении войны.

Юный
полководец Сиавуш, посоветовавшись с
Ростемом, решил принять предложенный
мир. Гонец сообщил об этом Афрасьябу и
добавил, что Сиавуш требует при этом
сотню заложников. Условие было принято,
и Ростем отправился к Кей Кавусу с вестью
о заключении мира.

Однако
послание Сиавуша ужалило шаха. Его
совсем не обрадовало решение Сиавуша,
и он велел передать войско под командование
Туса, а самому Сиавушу немедленно
возвращаться домой, назвав его при этом
«недостойным звания воина». Это оскорбило
мудрейшего полководца Ростема, который
в присутствии шаха вспыхнул гневом и
покинул двор.

Сиавуш
излил свое горе двум близким ему богатырям
— Зенгу и Бахраму — и признался, что
ввязался в войну из-за интриг мачехи,
однако сумел вернуть стране две богатейшие
области — Согд и Балх, а вместо
благодарности подвергся унижению.

Сиавуш в гневе возвратил Афрасьябу всех
заложников и дары, которые туранцы
прислали ему в день победы, войско вверил
Бахраму, а сам решил не возвращаться в
отчий дом. Вскоре его посланник Зенге
прибыл в Туран к Афрасьябу, который
оказал ему пышный прием. Узнав о решении
Сиавуша, Афрасьяб был потрясен.

Он
посоветовался с мудрецом Пираном,
который очень лестно отозвался об
иранском царевиче и предложил повелителю
Турана принять Сиавуша как родного
сына, окружить его почетом и дать ему в
жены свою дочь, исполнив положенный
обряд.

Афрасьяб
рассудил так: приход к нему Сиавуша —
конец войнам; Кей Кавус одряхлел, конец
его скор, два престола объединятся, и
он станет владыкой огромной страны.

Воля повелителя Турана была исполнена
немедленно. К Сиавушу был срочно отправлен
гонец с дружественным предложением от
имени Афрасьяба.

Царевич прибыл в стан
владыки Турана с тремя сотнями бойцов
и частью казны. Кей Кавус был сражен
этим известием.

Мудрый
Пиран встретил Сиавуша на границе с
большим почетом, нарек его своим сыном,
и они отправились в столицу Турана.
Такой же сердечный прием оказал иранскому
царевичу и сам властитель Турана —
Афрасьяб. Он, встретив гостя с распростертыми
объятиями и горячими поцелуями, был
восхищен и покорен Сиавушем и обещал,
что отныне Туран преданно будет служить
ему.

Сиавуша
ввели во дворец, усадили на блестящий
трон, устроили в его честь грандиозный
пир, а наутро, лишь только он проснулся,
преподнесли ему богатые дары Афрасьяба.

Чтобы дорогой гость не скучал, придворные
устраивали в его честь всевозможные
игры и забавы. По приказу правителя для
игры отобрали семь наиболее искусных
богатырей-всадников, но гость легко их
победил.

Пальма первенства досталась
ему и в стрельбе из лука, и на охоте, куда
все отправились во главе с самим
Афрасьябом.

Старец
Пиран позаботился о семейном благополучии
Сиавуша и предложил ему породниться с
какой-нибудь из самых знатных семей
страны. Царевич, исполненный любви,
заявил в ответ: «Хочу породниться с
твоей семьей». Была сыграна пышная
свадьба. Дочь Пирана Джерир стала первой
супругой витязя. Близ милой жены Сиавуш
на время забыл о своем суровом отце Кей
Кавусе.

Прошло
еще немного времени, и однажды прозорливый
Пиран сказал Сиавушу: «Хотя дочь моя
стала твоей женой, но ты рожден для
другой доли. Тебе подобает породниться
с самим владыкой. Его дочь Ференгиз —
алмаз, взлелеянный отцом». Сиавуш
покорился, говоря: «Если таково повеление
творца, то не стоит противиться его
воле». Пиран выступил в качестве
посредника.

Он изложил желание царевича
украсить свой дворец и назвать супругой
несравненную дочь владыки ференгиз.
Шах задумался. Ему показалось, что Пиран
слишком усердствовал, пестуя львенка.
К тому же он помнил предсказание жрецов,
которые поведали ему, что немало страданий
и бед принесет ему внук.

Пирану удалось
успокоить владыку и получить согласие
на женитьбу Сиавуша на его дочери.

Ференгиз
нарядили, украсили ее кудри цветами и
привели во дворец Сиавуша. Семь дней
длилось веселье и звучали музыка и
песни. Еще через семь дней Афрасьяб
одарил своего зятя драгоценностями и
отдал в придачу землю до Чин-моря, на
которой были возведены богатые города.
Шах повелел также передать ему престол
и золотой венец.

По
истечении года Афрасьяб предложил
Сиавушу объехать свой край до Чина и
выбрать себе столицу, где бы он мог
поселиться. Сиавуш открыл для себя
райский уголок: зеленые равнины, леса,
полные дичи. Здесь, в центре славного
города, он решил воздвигнуть первый
дворец.

Однажды,
объезжая округу, Сиавуш обратился к
звездочету: «Скажи, буду ли я счастлив
в этом блистательном городе или меня
сразит горе?» Глава звездочетов промолвил
в ответ: «В этом городе нет тебе благодати».

Пирану
принесли приказ владыки Турана, в котором
он велел собрать дань со всех подвластных
ему земель. Пиран, простившись с Сиавушем,
отправился выполнять высокое повеление.

Между
тем распространилась молва о прекрасном
городе — жемчужине страны, который был
назван Сиавушкерт. Вернувшись из похода,
Пиран посетил этот город.

Он пришел в
восхищение, дивясь его красотой, и,
воздавая хвалу Сиавушу, вручил Ференгиз
венец и ожерелье, ослепляющие взор.
Затем он отправился в Хотен, чтобы
увидеть шаха.

Доложив ему о своей миссии,
он между прочим рассказал и о величии
и красоте города, который построил
Сиавуш.

Спустя
некоторое время Афрасьяб послал своего
брата Гарсиваза посмотреть строительство
и поздравить Сиавуша с его удачей. Сиавуш
вышел навстречу со своей дружиной, обнял
именитого богатыря и спросил о здоровье
шаха.

Наутро
гонец сообщил радостную весть: у Сиавуша
родился сын. Его нарекли Фаридом. Пиран
ликовал, но Гарсиваз подумал: «Дай срок
— и Сиавуш вознесется над страной. Ведь
он владеет почти всем: и ратью, и троном,
и шахской казной». Гарсиваз был сильно
встревожен.

Вернувшись в столицу, он
доложил шаху о том, как вознесся Сиавуш,
как к нему идут посланцы Ирана, Чина и
Рума, и предупредил брата о возможной
для него опасности.

Шах заколебался;
верить ли всему этому? — и повелел
Гарсивазу снова отправиться к Сиавушу
и передать ему, чтобы он немедленно
прибыл ко двору.

Сиавуш
был рад встретиться с владыкой, но
Гарсиваз оговорил Афрасьяба и представил
дело так, что в результате происков
злого духа тот стал враждебен к герою
и пылает к нему лютой ненавистью.

Сиавуш,
помня добро владыки, все же был намерен
поехать к нему, но Гарсиваз приводил
все новые и новые доводы.

Наконец, призвав
писца, он написал письмо Афрасьябу, в
котором воздал ему хвалу и сообщил, что
Ференгиз отягчена бременем и Сиавуш
прикован к ее изголовью.

Брат
шаха торопился к Афрасьябу, чтобы
сообщить очередную ложь о том, что Сиавуш
якобы не принял письмо, не вышел навстречу
Гарсивазу и вообще настроен враждебно
по отношению к Турану и ждет иранских
посланцев. Афрасьяб, поверив козням
своего брата, вознамерился повести
войска и покончить с предполагаемой
смутой.

Тем
временем, опасаясь за свою жизнь, Сиавуш
решает пойти с дружиной в Иран, но в пути
его настигает владыка Турана. Почувствовав
беду, дружина Сиавуша готова была
сразиться, но полководец сказал, что он
не станет пятнать свой род войной.
Гарсиваз же все настойчивей торопил
Афрасьяба начать сражение. Афрасьяб
отдал приказ уничтожить войско Сиавуша.

Верный
своей клятве, Сиавуш не коснулся ни
меча, ни копья. Тысячи иранских бойцов
погибли. Тут воин Афрасьяба Гаруй бросил
аркан и стянул шею Сиавуша петлей.

Услышав
черную весть, супруга Сиавуша Ференгиз
бросилась к ногам отца, умоляя о пощаде.

Но
шах не внял ее мольбам и прогнал прочь,
приказав запереть ее в темницу. Убийца
Гаруй схватил Сиавуша, поволок его по
земле, а затем ударом кинжала поверг
его в прах. Гарсиваз приказал извлечь
из темницы дочь шаха и забить ее батогами.

Так
свершилось злодейство. И в знак этого
поднялся над землей вихрь и затмил собой
небеса.

Источник: https://studfile.net/preview/1799721/page:2/

Ссылка на основную публикацию